— Забрал с собой эту ненормальную, — начал он, не дав им скрыться в доме, — отправился к моему дяде, между прочим, просидел там, без малого, полдня, и даже ни словом ни о чем не сказал. Я вообще об этом от Лео узнал! От человека, который вообще к семье отношения не имеет!

— Не кипятись, — небрежно бросил Сириус, огибая деда по дороге к лестнице, — ты встаешь поздно, до обеда из комнат не выходишь, буду я тебя беспокоить из-за всяких мелочей.

— Мелочей? Сириус Блэк! Имей хоть капельку уважения к возрасту! У вас пока маловато опыта, а вы все дела решаете без наших советов.

— Конечно без ваших, — недовольно морщился Сириус, поднимаясь по лестнице, — когда я что-то спрашиваю у тебя или отца, что я слышу в ответ? Не знаю. Такой информации нет. Об этом триста лет никто не задумывался. И все в этом духе. Я понимаю, маги из-за долгой жизни отличаются здоровым пофигизмом, но у меня в голове не укладывается, как можно сто лет просидеть в этой библиотеке и чего-то не знать! Поэтому мы и предпочитаем решать вопросы самостоятельно.

— Поллукс говорил, чтобы его не беспокоили. Нарушать его покой — бесчестно, — Арктурус поднимался за внуком по лестнице, Белла тихонько шагала за дедом, стараясь остаться незамеченной.

— Он был не против, — Сириус уже вышел в коридор второго этажа, который и вел к Блэковской библиотеке, — да и выглядит он весьма бодро. Память не отшибло, мысли выдает здравые. А главное – у него есть хоть какие-то ответы.

Сириус недовольно поморщился, когда вспомнил “ответы” своего прадеда. Поллукс не выбирал выражения, отчитал молодого Лорда с видимым удовольствием. Прошелся по поводу отсутствия дисциплины (что значит — не знаю, сколько работаю в день?), долго насмешничал ввиду отсутствия плана, с видимым удовольствием высказал свое “фи” на проделанную работу, обозвал и его, и Джима идиотами и выдал огромный список магловских книг и совсем небольшой — магических. Среди последних были какие-то брошюры, написанные Блэками в веке так в пятнадцатом.

Поэтому разговор с прадедом вовсе не сделал Сириуса счастливым. Отповедь деда была бы унизительной, но Поллукс невербально и без палочки вырубил Беллу еще на первых минутах разговора. Поэтому та теперь шла полностью выспавшаяся и еще более недовольная: до этого она и не думала, что Поллукс может раздражать ее больше, чем ей помнилось. Ее распирало от любопытства, что такого наговорил главный семейный интриган Сириусу, что тот лишь морщится, но не орет, не выходит из себя и вообще выглядит как истинный аристократ, что с ним случается нечасто.

========== Глава 33. Долой. ==========

Портключ перенес девушек в просторный светлый холл. Оля, Лили, Цисси и Касси осторожно поставили небольшие чемоданы на пол. Ольга уже подумала, что про них забыли и никто встречать не вышел, как из арки радостно выбежал огромный пес, а за ним — молодой мужчина. Пес был породы кавказкой овчарки, имел добрый нрав и хорошую память, поэтому на полном скаку мчался к Касси — ту он знал с самого своего детства. Девушка присела, обнимая огромную собаку, которая порядком напугала двух англичанок, но вошедший за псом мужчина быстро их успокоил.

— Это избалованный домашний пес, не знает, что нужно охранять дом, поэтому еще никого не покусал. Простите, младшие постоянно забывают закрыть его.

Мужчина был высок, загорел, сверкал добрыми голубыми глазами и улыбался совсем не так, как большинство англичан — его губы были сомкнуты, а на щеках играли ямочки.

— О, совсем забыл, меня зовут Святослав Чернов, я рад вас приветствовать в родовом поместье Черновых, в России.

Девушки несколько удивленно представились, Касси оторвалась от разговоров с собакой, а Оля о чем-то заговорила с ним на русском. Но всего пара слов, и Святослав начал разливаться соловьем о России, поместье, и их размещении.

Ольга собрала подруг внезапно. Пара дней на сборы — и пора нестись в Россию. Лили удивилась, узнав интересную традицию чистокровных магов, а Цисси лишь поблагодарила за оказанную честь. Оказывается, девушка, переходя в род мужа, обычно меняет и круг знакомств. Первый год супружеской жизни обычно богат на развлечения и приемы, плюс молодожены, как правило, еще молоды и вынуждены доучиваться. Поэтому молодая невеста видится с родителями практически лишь на светских приемах. Так появилась традиция отправлять молодую жену погостить домой перед первой годовщиной свадьбы.

— Обычно после Вальбургиевой Ночи заканчивается сезон приемов, — объясняла Оля, — к тому же, к первой годовщине большинство жен уже беременны.

— Или начинают усиленно пытаться забеременеть, — добавила Цисси.

— Поэтому пожить в родительском доме с неделю — прекрасная возможность молодоженам наконец-то отдохнуть друг от друга, а будущей матери — поговорить о жизни в браке с мамой.

— Это соблюдается не всегда, — опять продолжила за Ольгу Цисси, — и не существует каких-то точных правил, но молодая жена берет с собой подруг, они уходят в некоторое затворничество в женском кругу, что превращает неделю в девичник, только для более… ммм… просвещенных девиц.