— Помогите, — рыдала Катя. — Он тут, чувствуете жуткий запах?

— Спокойствие, милиция уже здесь, — пробасил Шумаков, забывший, что ему нельзя раскрываться перед подозреваемыми в шпионаже. — Без паники, сначала выведем женщин и детей, потом оставшихся лиц.

Я пошарила рукой по спине урода, нащупала вилку, выдернула ее и попыталась уколоть его.

— Ааа, — заорала Катя. — Он меня кусает!

— Прости, прости, — зашептала я. — Случайно в тебя попала.

Договорить мне не удалось. Короткий, резкий свист, и неведомая сила повалила меня на пол, ктото с урчанием и хрюканьем прополз по мне, затем на секунду перед глазами появился свет, и снова потемнело.

— Он ушел? — прошелестела Катя.

— Он убежал! — заорала Вика.

Мы с Юрой и Катей выбрались изпод стола, Василий Олегович спрыгнул с комода.

— Кто это был? — простонала Манана, сидя на ковре.

Самойлов схватил трубку телефона.

— Если сюда немедленно не явятся капитан и уборщица вместе с официантом, я разнесу эту гадскую посудину в щепки!

Никита опустился на диван.

— Признаюсь честно, я перепугался до икоты. К нам приходил саблезубый мамонт?

Вика осторожно спустилась со стула.

— Папочка! Ты где?

Из стены высунулась голова Леонида.

— Все целы?

— Как вы проникли в деревянную панель? — поинтересовалась Аня.

Зарецкий неуклюже выкарабкался наружу.

— Здесь небольшой шкаф, — пояснил он.

— Удивительно, как крупный мужчина уместился там, куда и кошка не влезет, — покачал головой Никита.

— В момент опасности в человеке пробуждаются неведомые силы и способности, — ответила Аня.

— Кошка! — взметнулась с пола Манана. — Боже, я сидела на трупе!

— Мама! — взвизгнула Вика, вскакивая на стул. — Папочка! Реши проблему!

В столовой один за другим появились капитан, официант и рыжеволосый парень со шваброй. Я узнала матроса. Именно он встретил нас в день прибытия на теплоход у трапа и отвел в каюту.

Леонид приосанился:

— Выбросьте останки животного за борт.

— Не положено, — заспорил Иван Васильевич. — Река — не место для отходов!

— Хорошо, — согласился Зарецкий. — Утилизируйте это, как надо!

— Уберите здесь и подавайте обед, — метал гром и молнии Василий Олегович. — Кто сейчас заходил в столовую?

— Я и члены команды, — отрапортовал капитан.

— Я спрашиваю про зверя! — добавил металла в голос кондитер. — Того, который…

— Не знаю, — быстро перебил его Иван Васильевич. — Маргарита сказала, что он из тумана возник, а потом в нем же и растаял. Во второй половине дня наступили сложные метеоусловия, мы движемся в «молоке».

— Наверное, это призрак боевого слона Александра Македонского, — загробным голосом заухал Никита.

Алина подперла голову рукой.

— Он собака. Небось от хозяина удрал.

Иван Васильевич галантно склонил голову к плечу:

— Не хочется спорить, но вы ошибаетесь. На судне нет животных.

— Его тайком провели, — упорно стояла на своем диетолог, — без вашего ведома.

— Без меня тут даже муха не чихнет! — гордо вскинул голову Иван Васильевич. — На флоте закон строгий: капитан на судне бог.

Алина встала.

— Когда полкан залез под стол, он сначала там возился, потом из коридора приоткрыли дверь, свистнули и сказали: «Сюда! Ко мне!» — и барбос стрелой полетел на зов.

— Собак ростом с телефонную будку не бывает, — протянул Никита.

— Последняя из рода Баскервилей, — шепнул мне на ухо Юра.

— Иван Васильевич, можно я ее себе возьму? — спросил матрос, протиравший палас щеткой. — Хорошая вещь, Таньке подарю!

Я посмотрела на него и вздрогнула: парень наклонился над белорыжей мохнатой кучкой. Невольно у меня вырвался вопрос:

— Вы хотите преподнести подруге труп кошки?

— Ну не выбрасывать же его? — хозяйственно возразил корабельный служащий, поднял шкуру, встряхнул…

— Это моя шубка! — завизжала Вика. — Папочка! Манто сперли!

— Оно тут валялось, — попятился юноша. — Иван Василич велел в мусор его отправить.

— Папочка, — заканючила Вика. — Смотри, весь мех обслюнявлен, воротник пожеван!

— Безобразие! — взорвался Леонид. — Шуба стоила пятнадцать тысяч долларов!

— Едрена Матрена, — опешил матрос и выронил то, что я вначале приняла за безвременно погибшую кошку.

— Пятнадцать кусков зелени? — недоверчиво повторила Алина. — Вас бессовестно надули! Телогрейка из кошки не может иметь подобную цену.