Победители стояли, тяжело дыша. В висках стучала кровь. В это время два луча фонариков выхватили фигуры Чифа и Шамана из темноты, и друзья услышали короткий приказ:

– А ну, хлопцы, стоять! Стрелять буду.

Щурясь от яркого света, направленного прямо в глаза, ребята увидели двух патрульных ментов, которые услышав шум драки, прибыли на место происшествия. Чуть поодаль стоял их козлик желтого цвета с синей полосой на борту и перевернутыми вверх дном горшками мигалок на крыше. Видя, что драчуны не ерепенятся, первый милиционер в звании младшего лейтенанта потребовал у друзей документы, бегло глянул, посветив фонариком, и спрятал паспорта в нагрудный карман своего кургузого мышиного кителя, мол, в участке разберемся. Затем он деловито подошел к пострадавшему.

– Михалыч! – обратился офицер к другому менту, склонившись над поверженным незнакомцем. – Отведи-ка героев в машину и вызови неотложку. Тут пассажир скучает.

Друзья не стали сопротивляться. Бесцеремонно затолкав ребят в задний отсек милицейского козлика, Михалыч с напарником закурили, поджидая приезда скорой помощи.

– Во, блин, попали, – сказал Шаман, устраиваясь на неудобной лавке для задержанных и потирая ногу – ссадина на коленке, которую он получил в момент падения, неприятно саднила.

– Ща придет Олег, разрулит ситуацию, – обнадежил Чиф.

Но Олег так и не появился: может быть опоздал, а может просто не захотел связываться с ментами, чтобы не раскрывать карты каждому первому встречному. Значит, вытащит их позже.

Вскоре приехала машина неотложки и забрала злодея, лежавшего у железных дверей гаража без чувств. А патрульные вернулись в свою колымагу и прямо по трамвайным путям Первого Рощинского проезда с грохотом помчались в районное отделение милиции, располагавшееся в Дальнем переулке, как раз напротив Донского монастыря, чтобы сдать задержанных для выяснения их личностей.

Друзей посадили в обезьянник, а документы куда-то унесли. Так они просидели почти два часа, а потом заявился какой-то старлей и забрал Шамана на допрос.

– Значит, вы у нас Кляйн Дмитрий Юрьевич, – сказал он неторопливо и лениво посмотрел на задержанного. – Скажите, кем вам приходится Александр Владимирович Ровенский?

– Другом, – сдержанно ответил Шаман, стараясь не раздражать офицера.

– Другом, – повторил старший лейтенант. – А вы, значит, студент Геологического факультета МГУ.

– Да.

– А вы знаете, что ваш друг дезертировал, значит, из рядов советской армии?

– Как? – удивился Шаман.

– А вот так, – медленно проговаривая слова, ответил милиционер. – Самовольно покинул расположение своей части в Кандагаре, в дружественной республике Афганистан, где наши воины-интернационалисты, значит, выполняют свой долг, и нелегально перешел границу Узбекской ССР.

– Это невозможно? Его же перевели оттуда в Москву! – начал горячиться Шаман.

– Далее, – не обращая внимания на Диму, невозмутимо продолжил старлей, медленно листая какие-то бумажки, – в Ташкенте гражданин Ровенский ввязался в драку, где жестоко избил троих местных, один из которых, значит, до сих пор лежит в больнице с увечьями. Между прочим, – в тяжелом состоянии. И вот теперь сегодня…

– Что сегодня? – вспылил Шаман. – На нас напали. Мы защищались.

– Не знаю, не знаю, – размеренно произнес старлей, словно нарочно пытался своей неторопливостью вывести задержанного из себя. – Следствие покажет.

– Да какое следствие? – не выдержал Шаман.

– А такое, – ответил милиционер. – Прижмурился ваш клиент прямо в скорой. Даже до больницы не дотянул горемыка. Мокрое на вас, ребятки. Так что, значит, кончилась твоя веселая студенческая жизнь, парень.

Шаман оцепенел. Он не мог поверить в происходящее. Фантасмагория какая-то, театр абсурда.

Когда он вернулся в обезьянник, Чифа там уже не было.

«Неужто совсем загребли?» – подумал Шаман.

Вопросы лезли в голову один за другим. Вообще-то хотелось бы знать, что это было? Что на самом деле произошло? В дезертирство Чифа Шаман не верил. Не складывалось. Про драку в Ташкенте Чиф сам ему рассказывал, но ведь это были подставные гэбисты. А сегодня что… Они ведь должны были встретиться с Саниным шефом. Что же тогда стряслось? Была ли это роковая случайность, или дьявольский замысел госбезопасности? Мысли путались.

Вскоре вернулся Чиф. Оказывается, его водили на параллельный допрос. На товарище лица не было. Интересно, что ему там наговорили?

– Чиф, ты как? – спросил Шаман.

– Разговорчики! – раздался резкий окрик дежурного, которому было велено следить за происходящим и пресекать всякие нежелательные поползновения задержанных.

Чиф страдальчески посмотрел на друга, обреченно вздохнул и без всякого энтузиазма молча сел на лавку. Около трех часов ночи пришел младший лейтенант.

– Руки, – сказал он зычным голосом, приказывая ребятам протянуть ладони в узкое горизонтальное окошечко между прутьями решетки, и достал наручники.