– Как там наши ребята?

– Покоцались немного, но жить будут. Блин, каскадеры… Может лучше было холостыми стрелять? – ответил другой.

Его товарищ кивнул, выражая согласие.

– Да вы что, в самом деле? – майор строго посмотрел на подчиненных. – Какими, нафиг, холостыми? Дымный порох, друзья мои, вот что дает полную имитацию, как дед мой учил. Пуля летит, но сила при этом не убойная, или вы хотите, чтобы нас в самом же начале операции раскусили? Чиф, между прочим, не салага вам какая-нибудь, Афган за плечами. Так что все должно быть предельно натурально.

В кабине патрульного козлика уже слышалось шумное кряхтение и шевеление подставных милиционеров.

– Отправьте-ка этих бравых молодцев в больницу, срочно, пусть врачи осмотрят, – распорядился Станкевич. – Как там радиомаяк? Работает?

– Никак нет, товарищ майор. Только что работал, а теперь нет.

– Елки-палки! Ладно, будем ждать, – сказал майор, – они скоро проявятся. По канализации ушли, там сигнал не проходит. Молодец Чиф, соображает. Отправьте ориентировки в МВД, пусть объявят пацанов во всесоюзный розыск, но чтоб не брали. Как обнаружат, никакой самодеятельности, только следить вплоть до нашего приезда, причем максимально скрытно. Все. Отбой. Давайте, по домам.

Старт операции «Шамбала» в ее новой редакции был успешно осуществлен.

В кабинете Эдварда Сьюэлла, человека, который уже много лет курировал в ЦРУ различные экстравагантные направления, всю ночь горел свет. Вчера вечером на совещании у шефа он получил для изучения крайне любопытные донесения сразу от двух агентов, работавших в Советском Союзе независимо друг от друга. Необходимо было срочно разобраться в сложившейся ситуации.

Один агент сообщал о некоем Шамане, кажется, студенте московского университета, за которым установили наблюдение сотрудники майора Станкевича после того, как службами безопасности было перехвачено более чем странное письмо Шамана кому-то, кого он именовал шефом, о якобы найденных им вратах в Шамбалу. Второй докладывал о ночной перестрелке, которую в Москве устроили какие-то неизвестные с целью освобождения из рук местной полиции двух бандитов, одного из которых, по документам также студента МГУ Дмитрия Кляйна, напарник называл Шаманом.

Сопоставив оба этих рапорта, хозяин кабинета пришел к выводу, что на Лубянке, по всей видимости, активизировалась операция, сведений о которой он ждал уже много лет. Зная напористый характер Станкевича, в спецслужбах США не сомневались, что этому молодому и талантливому разведчику рано или поздно все-таки удастся нарыть что-нибудь существенное в таком бесперспективном деле как поиск Шамбалы. «Что ж, надо будет осмотреться на месте и тщательно проверить факты, – рассудил мистер Сьюэлл, обдумывая свои дальнейшие шаги, – а потом действовать решительно и основательно. Шамбала, если она и впрямь существует, должна быть нашей».

Эдвард Сьюэлл почувствовал возбуждающий запах победы – не найти, так украсть – пусть конкуренты поработают и подготовят почву, а потом явимся мы и приберем к рукам результаты их трудов. От радостного и волнительного напряжения у него даже вспотели руки, в которые удача, казалось, плыла сама. Он попытался мысленно реконструировать картину событий.

Первое. Шаман каким-то образом нашел Шамбалу.

Второе. Он сообщил некой вышестоящей инстанции о своем открытии в письме. Странно, неужели они там, в России, все письма проверяют? Такая тотальная слежка за населением невозможна. Значит, вероятно, за этим Шаманом уже велось наблюдение. Где-то он должен был наследить. Этот вопрос надо будет изучить более тщательно.

Третье. Как-то Шаман связан с криминальным миром. Это тоже нужно будет проверить. Возможно, поэтому за ним и следили.

Четвертое. В ходе перестрелки Шаману, похоже, удалось скрыться. Значит, он скорее всего затаится и ляжет на дно. В таком случае, найти его будет очень непросто.

Начнем поиски со студенческих кругов. Если Шаман действительно учится в МГУ, то ближе всех к нему мог бы подобраться молодой и очень перспективный оператор с позывным «Сова». Да, пожалуй, это самая подходящая кандидатура.

Разведчик встал и прошелся по кабинету. В окне светало. Часы показывали семь минут пятого утра. Значит в Москве сейчас полдень. Мистер Сьюэлл подошел к телефону и набрал номер.

Телефон Уильяма Ларсена противно загудел привычным низким зуммером. На аппарате горела лампочка, свидетельствующая о том, что звонок идет по защищенной линии из небольшого городка Лэнгли, штат Вирджиния. Мистер Ларсен, недовольно кряхтя, снял трубку и вместо приветствия проговорил в микрофон:

– 1-00-24.