Ведьма закусила губу. Ее глаза превратились в две узких щелочки.

– Неужели ты так жаждешь смерти?

Чьи-то руки обвили его сзади, подбираясь цепкими пальцами к шее. В кожу уперлось что-то колкое.

– Одно нажатие, и яд проникнет в тебя.

– Прекрасно. Действуй.

Игла с ядом не шевелилась. Выражение коварства сменилось на лице Желтой удивлением.

– Почему?..
– она вплотную приблизилась к нему и с тревогой стала искать в его глазах ответ.
– Почему ты хочешь умереть? И почему ты не боишься меня?

– Я знаю, что ты такое.

– Ты лжешь.

– О нет, женщина.

Она разглядывала его, закусив губу.

– Тебе придется остаться здесь навсегда.

– Только если посадишь меня на цепь. Но, - он поднял указательный палец, - тебе нечего бояться, потому что песчаные люди все равно ничего не поймут, а если поймут - не поверят мне.

Острое жало исчезло. Онерон смог обернуться. Копия Желтой ведьмы пристально разглядывала его. Из-за деревьев выступили еще несколько двойников женщины, окружив его, словно отражения в зеркальном лабиринте.

– Откуда ты знаешь?

– Все очень просто. В доме несколько спальных мест, и за столом множество кубков. Но поскольку песчаные говорят, что ты живешь здесь одна, я понял, что речь идет о двойнике. Кто-то из песчаных убил вашу сестру, и вы отомстили за нее. Песчаные не могут отличить вас, и решили, что Желтая ведьма бессмертна.

– Твоя мудрость не знает границ. Кто ты и откуда пришел?

– Я прошел по земле и по небу, сквозь пространство и время. Мой путь лежал через множество стран.

– Богоподобный чужестранец!
– воскликнула одна из близняшек.
– Останься с нами! Дели с нами ложе, еду и питье.

– Нет. Мне нужно идти. Не пытайтесь остановить меня.

– Останься хотя бы на ночь!

Онерон слишком устал, чтобы спорить. Он проследовал за сестрами-близнецами в их дом, повалился в самом дальнем углу и забылся сном. Когда настало утро следующего дня, и одна из близнецов поднесла ему кувшин нектара, Со спросил:

– Я смогу уйти сам, но отпустишь ли ты меня?

В свете дня Желтая ведьма выглядела совсем по-другому. От демонической красоты не осталось и следа. Перед ним словно сидела на коленях девочка, едва достигшая зрелости.

– Отпущу, - не сразу сказала она.

Онерон с наслаждением напился и поблагодарил ее.

– Можно ли взглянуть на твою колыбель?

Она удивленно ответила:

– Откуда ты знаешь? Ах да... Богоподобный. Пойдем.

Она повлекла его к противоположной стороне чаши, где обнаружился второй тоннель, на этот раз шире и с многими ответвлениями, а оттого напоминавший улочку в сонном городе. Когда навстречу им попалось несколько людей, Со не подал вида. Невозмутимо вышагивал он рядом с Желтой, которая испытующе поглядывала в его сторону. Так они прошли несколько перекрестков и даже одну площадь, пока не оказались в месте, напоминавшем каменный колодец со стенами, постепенно сужающимися кверху. В одной из стен на порядочной высоте зияла огромная дыра, к которой были возведена лестница и подмостки. На камне возле входа были искусно вырезаны барельефы.

Они взошли по лестнице и встретились с другой близняшкой Желтой. Когда девушки стали рядом, стала очевидна их полная идентичность. Несомненно, клоны.

– Наверху лежат руины целого города, - сказала та копия, что ждала у входа.
– Это была обитель Хранителей, которые дали нам жизнь. Пойдем за мной.

Его передали на поруки. Прежняя девушка осталась, когда они ступили в чрево пещеры, а новая стала рассказывать ему историю их рода:

– Хранители вышли из Ковчега и стали первыми людьми. Здесь, вокруг этих скал, вместо пустыни когда-то были райские сады. Хранители жили, не зная забот, горя, болезней и были бессмертными. Пока не пришли черные люди с севера и не развязали с ними войну. Враги почти победили, но одному из наших предков удалось переломить ход войны. Город был разрушен, на улицах лежали горы трупов, и стены покраснели от потоков крови. Наш род находился на краю гибели, пока Ковчег не пробудился во второй раз и не подарил нам новую надежду - новые поколения Хранителей.

Пока Онерон слушал рассказ, они прошли сквозь несколько длинных залов, искусно отделанных не только росписями, но и всевозможными украшениями. Всюду горели факелы. В каждом зале сидел лысый человек с красным кругом на макушке. Стражи тоже были клонами. Гипотеза Онерона подтверждалась. Они ступили в самый большой зал, усеянный мириадами факелов, которые перемигивались между собой совсем как звезды на ночном небе. Онерон пригляделся. У дальней стены находился огромный конусообразный предмет, наполовину погруженный в скальную породу. Предмет слабо мерцал голубым и серебристыми отсветами. В центре него находилось овальное отверстие.

Желтая ведьма завершила историю на словах о том, что второй кризис произошел с расколом общества, когда часть отпрысков бежала в пустыню. Так и появилось песчаное племя, которое со временем стало считать обитателей скал демонами и теперь опасается подходить к ним.

– А мы снова угасаем, - сказала Желтая, - как угли в костре. Ковчег дарит нам все меньше потомков Хранителей. Я и мои сестры относимся к сороковому кругу, как и другие люди из города. Но нас мало. И все чаще меж нами рождаются уроды, поэтому мы заманиваем песчаных мужчин обильной едой и питьем.