И ближний телохранитель понял, что случится через несколько секунд, но к стене не отступил, а, наоборот, чуть выдвинулся вперед. Чтобы прикрыть своим телом совершенно обалдевший от происходящего объект.

— У вас что, уши законопатило? — хохотнул один из блатных. — Так сейчас расковыряем. Ближний автоматчик повернулся к нему.

— Ну все. Сдаемся. Без базара!

И тут же прозвучала короткая, на два патрона, очередь. И еще три. И за ними еще четыре выстрела.

Первая пуля попала точнехонько в лоб братану, глупо и опасно размахивавшему гранатой. Отброшенный ударом пули, он так и не успел выдернуть из гранаты чеку. Он так и умер с ощущением своей особой значимости.

Шесть других пуль ударили в плечи, головы и руки неосторожно высунувшейся братвы, которая от неожиданности растерялась и вместо того, чтобы открыть ураганную стрельбу на поражение, попряталась за микроавтобус и стены. Теперь их судьба была предрешена. Теперь автоматчикам довольно было секунды, чтобы допрыгнуть до выхода из арки и, поливая малоквалифицированного противника длинными очередями, покончить с угрозой, исходящей с тыла.

Но они не успели сделать этот прыжок. И не успели расчистить тылы. Потому что сразу после четырех коротких автоматных очередей прозвучали четыре одиночных пистолетных выстрела. Совсем с другой стороны прозвучали...

Автоматчики дернулись и попадали на асфальт. Двое с тяжелыми сквозными пулевыми ранениями в шею. Один со смертельным в голову. Еще один с относительно легким в плечо.

Четверо автоматчиков были нейтрализованы четырьмя выстрелами!

— Быстро! — заорал ближний телохранитель, ухватил Ивана Ивановича за шиворот и потащил его безвольно обвисшее тело вон из-под арки.

Телохранитель правильно выбрал цели. Не обладающих многократным численным преимуществом братанов. Которые, несмотря на свою многочисленность, все-таки были гораздо менее опасны четырех автоматчиков-профессионалов. Он выбрал автоматчиков. И очень точно выбрал момент для выстрелов. Когда все они были отвлечены на бой с пришедшим с тыла противником. И перестали обращать должное внимание на него. Телохранитель стопроцентно использовал предоставленный ему судьбой шанс. Единственный шанс из ста. А может быть, из тысячи. При любом другом раскладе, вступи он мгновение раньше или припоздай хотя бы на секунду, он лежал бы сейчас с пулей в переносице.

— Быстрее, быстрее! — торопил телохранитель своего спасенного клиента, увлекая его в сторону подъезда и неприцельно, лишь бы прижать противника к земле, стреляя из пистолета.

— Во блин! — пришла в себя братва, когда перестали свистеть пули. И высунулась из-за микроавтобуса. — Кто кого замочил? Кто их замочил? Этих, которые наших шмальнули?

Стоящие вдоль стен телохранители поглядели на свое брошенное на землю оружие.

— А ну назад! — гаркнули на них бандиты, уставя в глаза «шмайссеры», «Калашниковы» и «узи».

— Добро. Мы вам не мешаем, — сказали телохранители.

— Куда они побежали?

— Мы не видели. Хлопнула дверь подъезда.

— Там они! Пошли! Их всего двое! Братва всей толпой ломанулась во двор.

— Все. Заметили! — зло сказал телохранитель, осторожно выглянувший в окно второго этажа. — Двери за собой надо тихо закрывать! Не учили в школе?!

— Откуда я знал...

К подъезду со всех сторон бежали бандиты.

— Вы стреляли? — спросил телохранитель.

— Нет, — ответил Иван Иванович.

— Тогда давайте свой пистолет сюда. У меня обойма почти пустая. Давайте скорее! Они сейчас будут здесь.

— У меня еще один есть, — вспомнил Иван Иванович про пистолет из пакета, который вместе с деньгами вытащил из банковского сейфа.

— Где?!

— Здесь.

— Хорошая машина. Откуда?

— А я как же? — вместо ответа спросил Иван Иванович.

— Вы? Держите мой. Там пара патронов осталась. Вам хватит. Как пользоваться, знаете?

— Конечно! На эту штуку жать.

— На штуку? Ладно, жмите на штуку. А пока ложитесь.

— Куда?

— На пол ложитесь! Если жить хотите. Иван Иванович и телохранитель упали на пол и высунулись за срез лестничной площадки.

— Ну, сейчас начнется.

Хлопнула входная дверь. Послышались голоса. Показались фигуры.

Иван Иванович вытянул вперед пистолет. Но его накрыл рукой телохранитель.

— Вы что, с ума сошли? — сказал он одними губами. — Пусть все войдут. Все!

Братва набилась между дверями и рядом с дверями, не решаясь бросаться вперед.

— Давай первым! — показал старший пистолетом вперед. Какому-то «шестерке» показал. Которого не жалко.

— А если они...

— Шагай давай! А то не они, а я! — и послал вперед сильным ударом ноги куда попал.

«Шестерка» вывалился на открытое пространство и попытался заползти обратно под прикрытие лестницы. Но получил еще один увесистый пинок.

— Выше! Выше давай!

Выставив вперед пистолет и прижимаясь к стене спиной, «шестерка» сделал шаг. И еще один. И еще.

Выстрела не последовало. Он осмелел. И приподнялся еще на две ступени. И снова остался жив.