Удивительно, но у ребят всё получилось, они незаметно выбрались, даже прошли немало по открытой всем ветрам и взорам дороге и ещё чуть-чуть, как можно было бы счесть, что они вовсе к особняку не имеют отношение, если бы их не приметил возвращающийся в имение конный разъезд.

– Эй, мелюзга, вы что...

Кто первый побежал, сказать сложно. Рванул один, за ним все. Бежали как-никогда в жизни, подгоняемые страхом и улюлюканьем. Дав небольшую фору пацанам, конные пустились в вдогонку.

Просто так, северянам скучно было, опросили бы деревенских ребят, что они тут делали и отпустили бы, слегка попугав. Других мыслей у догоняющих на тот момент не было.

Неожиданно для всех из редколесья выскочил конный мужик с запасной лошадью, пацаны запрыгнули на животных и все дали дёру. Гонка приобрела интересное направление и баловства в ней уже не было. Марк, а это был он, гнал лошадей сокращая путь известными всем местным уловкам, но это не давало ему особого преимущества. Вот если бы ему удалось хоть на время вообще скрыться с глаз преследователей, то можно попробовать спрятаться где-нибудь, но всё вышло так, как вышло. Даже спустившая темнота одинаково помогала и мешала всем. Дальнейшее уже было известно всем на горе.

**********************************************************************************

В небольших покоях лекаря, состоящих из трех комнат, Ксения быстро пришла в себя.

– Миледи, как вы себя чувствуете?
– тихо спросил подошедший лекарь.

– Сносно, - оглядывая помещение, произнесла Ксения.

– Я снял аллергическую реакцию. Сейчас приготовлю отвар. Угрозы жизни нет, скоро и неприятных ощущений не будет.

– Как вы тут живете, господин Фидель?
– спросила леди.

– Нормально, - улыбнулся мужчина.

– Вас не обижают?

– Кто в здравом уме будет обижать лекаря? А северяне отсутствием ума не страдают.

Наверное, Фидель был прав. Похоже, для него мало что изменилось. Даже покои, которые он занимал десятилетиями в крыле особняка Орисов, остались за ним. Смотровая, она же рабочая, личная библиотека, совмещенная с гостиной и спальня. Был ещё на территории сада в самом углу одноэтажный дом, в котором в случае нужды устраивали больничку, с наймом медсестёр. Но при Ксении подобного не происходило.

– Как вообще моё самочувствие? Другие болезни не закрались ко мне без вашего надзора?

– Вы в отличной форме. Просто в идеальной. Несмотря на то, что организм сейчас требует отдыха, после змеи и после физической нагрузки, у вас всё работает прекрасно. Где вы были, что набрались такого запаса сил и здоровья? Если не секрет конечно?

– Теперь уже не секрет, - грустно улыбнулась Ксения.
– На горе жила, вместе с другими.

Удивленно вскинутые брови, послужили ответом. Разговор продолжить не удалось, в дверь постучали.

– Да, войдите, - устанавливая ширму, прикрывающую лежащую на кушетке графиню, крикнул лекарь.

– Господин Фидель, вот кипяток и что будет с леди?

Вошедшим был не кто иной, как герр Ингвар.

– Спасибо, очень кстати. Ну, у леди большая чувствительность к яду осталась и пару дней она будет практически без сознания. Дальше я надеюсь на восстановление, но её будет качать от малейшего ветерка. Она будет чрезвычайно уязвима ко всему. Но надеюсь, что через месяц графиня полностью восстановится.

– Так долго?
– подозрительно спросил северянин.

– А вы что хотели. Змея видимо была здоровенная, - лекарь развёл руки вовсю ширь, - яду впрыснула со страху, быка свалить можно. А много ли надо маленькой, хрупкой женщине? И могу сразу предупредить, что зачатое в этот период потомство будет умственно отсталым, если вообще выносит.

Герр Ингвар зло глянул на лекаря, но ничего не сказал, резко развернулся и вышел. Подождав немного, господин Фидель подошёл к двери, прикрыл её плотно, подумав, задвинул засов и вернулся к женщине.

– Леди Ксения, вы всё слышали, к сожалению, большего я для вас сделать ничего не могу.

– От всей души благодарю вас за эту отсрочку. Кто знает, как всё сложится?
– прижимая руки к груди, с наполненными слезами в глазах, произнесла леди.

– Вы уж тоже не подводите меня. Попробую вас оставить у себя, но вам, скорее всего, отдадут вашу спальню. Она свободна. Но кто будет назначен ухаживать за вами, не знаю. Служанок в особняке нет.

– Не будем гадать. Сейчас ночь, вас, наверное, больше до утра не побеспокоят. Я знаю, что у вас своя душевая комната есть. Не будет ли наглостью с моей стороны попроситься в неё. Мне кажется, у меня даже цвет волос от пыли изменился, не хочется пачкать собою чистое бельё.