– Здесь останется Антоний, он всё рвётся проявить себя, дадим ему эту возможность.

– А он не ...

– Ему придётся сказать, что вы ушли на другую сторону, поэтому надо торопиться.

Ксения кивнула. А дальше, быстрые сборы, прощание со всеми.

– Не поминайте плохо, - все, что сказала землянка и низко поклонилась людям, которые были с ней последний год, организовали похищение и проявили себя с лучшей стороны.

А потом ранцы на плечи всем троим. Лукиан загрузился продуктами, водой, тёплыми одеялами, котелком, дровами.

– Лукиан, отбавьте груз, вы застрянете, - беспокоясь, заметила леди.

– Внутри очень холодно, нельзя, чтобы вы заболели ночью.

Ксении ответить было нечего, Алёшка хоть и встал утром здоровеньким, но долго ли снова ребёнку переохладиться.

Шагали бодро. Пока шли было жарко. Сыновья не жаловались, не отставали, молча топали. Когда дошли до середины, где были скамьи для ночевки, Ксения посмотрела на детей, и как ей не было жалко их, она сказала.

– Лукиан, делаем перерыв на два часа и идём дальше.

– Пацаны не выдержат, - с сомнением посмотрел на детей мужчина.

– Мы сейчас остынем, и никакие одеяла нам не помогут, ни маленький костерок. Здесь невообразимо холодно, поэтому утром дети не встанут, да и я тоже. Будем идти до последнего, к тому же за нами могут пустить погоню.

Лукиан нехотя кивнул, принимая доводы. Перекусив, попив горячего чая, дав ребятам поспать чуть больше часа, они все встали и пошли. Дети поначалу шатались, но вскоре окончательно проснулись и вошли в ритм. Пару часов они шли нормально, но вскоре Алешу начало качать. Поскольку часть груза в виде дров и одеял были оставлены, да и воды осталось мало, то Лукиан взял на руки младшего лорда. Через час стал спотыкаться старший. Без разговоров, мужчина шепнув что-то Алёшке, спустил его и взял сопротивляющегося Александра. Так и нёс их поочереди. Под конец Ксения смотрела на крепкие руки Лукиана и малодушно примеряла на себя его "объятия". Но дошли. Когда вышли на другую сторону, то встретила их темнота и звёзды. Мужчина начал подготавливать верёвки для спуска. Он тоже устал, но чем раньше он спустит леди, тем больше у неё шансов скрыться. В темноте, презирая страх, Ксения висела на верёвке и ждала, когда стукнется о землю. Казалось уже можно до преисподней спуститься, а она всё висела, беспомощно болтаясь на ветру. Наконец земля ударила в ноги. Быстро освободившись от оплетающих её верёвок, она дернула пару раз и принялась ждать. Когда Лукиан спустил Александра последним, то вокруг рассвело. Мужчина спрятал верёвку, а на виду оставил обрезанные концы. Теперь ему главное было не попасться под горячую руку преследователям, если они были. Для этого он использует ответвления в проходе.

Преследователи были. Не застав графиню в месте отдыха, они ринулись дальше, движение их замедлял проводник, заявивший, что он плохо знает путь, отчего несколько раз заблудился. Северяне, проклинающие чёртовы горы, с явным облегчением выскочили на воздух не встретив диких животных, о которых болтали "знатоки", ни догнав женщину. С верха горы им видна была маленькая фигурка с двумя детьми, но достать её они уже не могли. Верёвку с собой не взяли, а подготовленный спуск был обрезан. Зато подтвердилось, что в этот раз графиня действительно бежала.

Простая жизнь с желанием обычного человеческого счастья.

Ксения шла с детьми, едва волоча ноги. Выйдя к дороге, они чтобы не замерзнуть, продолжали ползти, в надежде встретить попутную телегу. Если слышали, что кто-то мчится слишком быстро, прятались на обочине в кустарниках, и вот наконец им повезло и за небольшую плату их, сжавшихся в единый комочек, подвезли поближе к городу. Там они ещё раз воспользовались попуткой, а в городе сняли гостиничный номер и отдыхали двое суток. Пробежавшись по магазинам, они продолжили своё бегство в сторону побережья. Больше не требуя от своих детей усилий сверх меры, они не торопясь достигли неказистого рыбацкого посёлка, в котором северян видели только издалека. Сняли там дом и, наняв вдовую рыбачку в помощь, начали готовиться к зимовке.

Снаружи дом Ксения менять не стала.

– Пусть остаётся хибарой, - сказала она подряженным на работу местным мужичкам, - внутри обмазать глиной, побелить. Печь прочистить и заделать щели. Рядом постройте сарай для дров.

– Мы не топим дровами леди, это слишком дорого.

– А чем топите?

– Уголь надо заказать, - деловито ответили ей.

– Закажу.

Ксения волновалась, не донесут ли местные на то, что у них проживает "леди", но нанятая женщина уверила, что больше такой глупости не сделают.

– Позарились наши уже на дармовое золото, сдали одну баронесску. Вместо награды, плетей получили, а она в отличие от варваров хорошо платила за удобства.

Землянка кивала, пытаясь не показывать, как коробит её признание рыбачки.

– Сильва, у меня немного денег, и я тебе скажу сразу, что у варваров закон, наказывать доносчиков и предателей. Так что вашим доносителям ещё повезло, что живы остались.

– Зачем же они тогда повсюду кричат о награде за выдачу аристократов?
– удивлённо спросила женщина.

– Злая шутка. Что поделать, варвары, - развела руками Ксения.

Так потихоньку землянка вписывалась в местное простецкое общество. Очень ей не хотелось ни с кем общаться. В отличие от её людей, побережники очень отличались хамоватой простотой, отсутствием такта и любовью доносить свои неприязненные мыслишки до ближайших слушателей, отчего беспрестанно день начинался со скандала с соседями.

Ксения на первых порах объединила всех жителей деревеньки в обсуждении своей персоны. А уж с каким удовольствием они старались высказать бывшей леди своё мнение!