— Невероятно… Невозможно! — Выдохнул Смолий. — Это должна быть вторая модель, «Физикус-179».

— Мы работали над летным прототипом с крыльями обратной стреловидности, — сказал Люгер. — Мы начали работать над машиной, имевшей такие же широкие возможности «воздух-воздух», как и «воздух-земля». Но мы даже не выкатывали его из ангара — до первого полета оставались годы.

— Возможно, тот, кто купил «Физикус» завершил Фи-179 и теперь он летает, — предположил Смолий.

— Фурсенко, — сказал Люгер. — Петр Фурсенко. Он был руководителем КБ. Я думаю, что он будет на записи, добытой шпионом, вместе с Павлом Казаковым.

— Казаков? Наркоторговец? Это говно руководит «Физикусом»?

— Ему принадлежит «Метеор Аэрокосмос», — сказал Люгер. — И несколько других компаний.

— Tak. Он занимается строительством, судоходством, банковскими делами, добычей нефти, торговлей, добычей полезных…

— Добычей нефти? — Я что-то помню о том, что он строит нефтепровод от Каспийского моря до Черного.

— Да. Он был завершен год назад. По нему перекачивается почти миллион баррелей в сутки с Каспия через Азербайджан и Грузию[95]. Украина покупает много… Он… — Смолий остановился и ахнул. — И я слышал, что он хочет построить еще один трубопровод, еще больше, от Черного моря до западной Европы, в обход пролива Босфор и высоких турецких транзитных пошлин.

— От Черного моря в Западную Европу… — Протянул Люгер. — Это значит, через Болгарию и…

— И Македонию и Албанию, — недоверчиво сказал Смолий.

— Не может быть, — сказал Люгер. — Все не может быть настолько просто.

— Я слышал, что Казаков не мог построить трубопровод из-за войны в Косово, нестабильности в отношениях Албании с Западом, а также усиления западного присутствия в Македонии — возможно, даже ее вступления в НАТО, — сказал Смолий — Но так как Торн решил выйти из НАТО, а Россия закрепить свои позиции на Балканах, ему предоставляется возможность…

— С помощью российской армии, — сказал Люгер. — Российские «миротворцы» наводняют Балканы и берут регион под контроль, и Казаков спокойно строит трубопровод. А если какое-либо правительство упирается, какой-либо город или, возможно, даже столица может попасть под удар.

— Под удар малозаметного самолета — невидимого, тихого и неизвестного, — сказал Смолий. — Россия может заявить о полном незнании об ударе, а западные спутники наблюдения не имеют ни малейшего представления о том, где искать малозаметный самолет или где он ударит вновь.

— Должно быть, он атаковал что-то в Турции, — сказал Люгер. — Вот почему турки собирают вещи и идут домой — их страна находится под ударом.

— Я ничего не слышал о каких-либо атаках в Турции, — сказал Смолий. — Но я не могу узнать многого.

— Думаю, я могу, — ответил Люгер. — Мне будет непросто выбраться отсюда, но я попытаюсь.

— Вас держат под стражей?

— Нет, — ответил Люгер. — Но просто взять и уйти я не могу.

— И кто, Дэвид? — Спросил Смолий. — Люди, которые хотят отдать вас под трибунал? Которые отправили вас в больницу, потому, что вы сорвались? Да они же поместят вас туда на всю оставшуюся жизнь, а если нет, то отдадут под трибунал! Какая у вас может быть верность по отношению к ним?

— Хорошая мысль, — сказал Дэвид. — Но мне нужен доступ в информационную систему «Дримлэнда».

— И я знаю, кто может вам его дать, — сказал Смолий. — Потерпите. Мы скоро с вами свяжемся.

* * *

Десятки грузовиков вкатились на главную стоянку самолетов авиабазы Неллис, где члены экипажей из разных стран помогали загружать два турецких транспортных самолета С-135. Рядом экипажи турецких истребителей занимались проверкой своих F-16, готовя их к срочному вылету. На F-16 даже подвешивалось вооружение — все турецкие истребители в полете будут иметь возможность ведения воздушного боя, для чего они были оснащены ракетами AIM-9 «Сайдуаиндер» и боезапасом для встроенных авиапушек. Грузовые самолеты будут сопровождаться истребителями на протяжении всего полета домой. Люди работали быстро и целенаправленно, некоторые даже лихорадочно…

… Словно готовились к войне.

Общий инструктаж в инструктажной только что закончился, и летчики разбились по звеньям. Турки работали быстро, разговаривая только по-турецки и даже не сбавляя темпа, чтобы кто-то мог перевести разговоры. Американский персонал просто помогал и не вмешивался. На этот раз, это было не их дело — так решил их верховный главнокомандующий. Их союзники и братья по оружию направлялись домой, чтобы вести бой с невидимым и неуловимым врагом самостоятельно.

Генерал-полковник Роман Смолй, командующий ВВС Украины, подошел к дверям одной из инструктажных, как только там закончилось совещание. Генерал-майор Эрдал Сиварек, командующий ВВС Турции, собирал документы.

— Мне нужно поговорить с вами, сэр, — сказал Смолий по-английски.

Сиварек посмотрел на украинца.

— Простите, генерал-полковник, но у меня нет времени.

— Я получил доклад по инциденту над Черным морем, — сказал Смолий. — У меня есть сведения, которые вы должны знать…

— Какой инцидент над Черным морем? — Спросил Сиварек. — Я не знаю ни о каком инциденте. Мне нужно идти.

— Генерал, я знаю, что вы потеряли истребитель F-16 в ходе учебного полета над Черным морем, — сказал Смолий. — И я знаю, что ваши пилоты и операторы наземных станций не видели, кто его сбил. И поскольку с вами находятся некоторые из лучших летчиков в вашей стране, ваше правительство приказало вам немедленно вернуться в Турцию и быть готовыми к войне, хотя они еще сами не знают с кем — с курдами, русскими, греками, иранцами, иракцами, сирийцами или марсианами.