Эберхарт только кивнул, решив просто не тратить слов.

– Тогда какие предложения по поводу штурма станции?
– спросил я.
– Пусть мы располагаем тремя полками против одного вражеского, плюс союзные силы. Сколько, кстати, у вас солдат, лорд Саргатанас?

В подобные официальные моменты к демону приходилось обращаться именно так. Звания его мы не знали, а кроме слова "лорд" ничего не оставалось.

– Примерно тремя полками полного состава, - ответил тот.
– Если быть точным, четыре с половиной тысячи демонов.

– Мы превосходим альбионцев в несколько раз, - решительно рубанул воздух рукой снова Башинский.

– А вы не забыли, полковник, - сказал ему я, - что нам еще и Килкенни штурмовать. Со всеми окопавшимися в нем Зелеными львами. Можно сказать, у нас каждый солдат на счету, простите уж за излишний пафос.

– Противник окопался очень хорошо, - вступил в разговор штабс-капитан Зальцман, - и лобовая атака будет стоить нам очень дорого. Но систему окопов там оборудовал настоящий профи. Защищены со всех возможных направлений удара. С какой стороны не подойди, тут же угодишь под перекрестный пулеметный и пушечный огонь.

– Тогда в первых рядах пойдут мои демоны, - заявил Саргатанас.
– Наши доспехи менее уязвимы для огня вашего лучевого оружия, так что шансов подойди к вражеским окопам у них будет существенно больше.

– Наши доспехи не хуже, - тут же высунулся Башинский, но я остановил его резким жестом.

– Отлично, лорд Саргатанас, - сказал я.
– Пусть ваши демоны идут впереди. Построения наши не слишком отличаются, а потому будете идти быстрым шагом, цепью, ведя огонь из ваших автоматических винтовок. Прямо на ходу. Пусть толку от этого будет немного, но заставит альбионцев поглубже зарываться в окопы, не помышляя о том, чтобы еще из лучевых винтовок стрелять. Быть может, и пулеметчиков заставим голову пониже пригнуть. Нам же, - я обернулся к насупившемуся Башинскому, - следует в это время как можно скорее выдвинуть на позиции наши орудия и малые мортиры, чтобы поддержать наступающих. Второй волной в атаку пойдут наши драгунские полки. Будем прорывать оборону, как нам и положено по уставу. Гренадеры останутся в резерве. Полковник Эберхарт, без моего приказа в бой не ввязывайтесь. Как бы нам туго не было по вашему мнению. Ваших солдат я хочу сберечь для штурма Килкенни.

– Это форменное безумие!
– воскликнул тот.
– Ударить по станции, защищаемой целым полком траншейников. С орудиями, пулеметами и зелеными куртками. И всего с четырьмя ротами драгун. Я знаю, что вы, полковник, однажды уже сотворили чудо на Баварии, но сумеете ли повторить его тут. В этом я не уверен.

– Про союзные силы, - заметил я, - числом равные нашему противнику, вы, полковник, как-то позабыли.

Саргатанас со скрипом кивнул.

– Тут все зависит от слаженности наших действий, - продолжил я.
– Башинский, проведите со своими командирами рот тяжелого вооружения Я поговорю со своими как следует. Каждая минута будет на счету. Чем быстрее они займут свои позиции и откроют огонь, тем, снова прошу прощения за пафос, меньше наших солдат погибнет. Я хочу, чтобы вы донесли это до ваших офицеров.

– А что на сегодня?
– поинтересовался Эберхарт, понимавший, что совещание окочено.

– Усиленный марш-бросок до вечера, - ответил я.
– Завтра утром - никакого завтрака. И всем выдать по сто пятьдесят грамм шнапса.

Мы поднялись и разошлись по своим полкам раздавать приказы.

Спустя четверть часа бригада продолжила движение в ускоренном темпе.

До самой темноты я трясся в автомобиле, размышляя о том, что доспех куда менее удобная штука, чем мне казалось до того.

После ночи, показавшейся мне лично очень короткой, бригада двинулась не таким быстрым темпом. Остановились, когда в полевые бинокли можно было рассмотреть лежащую впереди станцию.

Я выбрался из машины, принялся внимательно оглядывать укрепления. Защищена станция была неплохо, но явно на скорую руку. Никакого бруствера, проволочные заграждения самые примитивные, орудия стоят без барбетов, пулеметные точки вкопаны неглубоко. Правда, окопы полны солдат, значит, нас уже ждут. И явно не первый день. Выходит, зеленые куртки заметили-таки нашу разведку.

Грянуло одно из орудий противника. Снаряд взорвался где-то посередине между нашими и вражескими позициями. Кто-то сильно поторопился - или нервы сдали просто.

– Лорд Саргатанас, - обратился я к командиру демонов, - пора начинать.

Тот кивнул с тем же неприятным скрипом - и издал серию негромких звуков на своем языке. И тут же его демоны пришли в движение. Пригнув защищенные шипастыми шлемами головы, они бодрой рысцой побежали к окопам, быстро рассыпаясь в стрелковую цепь. По ним почти сразу открыли огонь пулеметы с альбионских позиций. Демоны стрелять в ответ не спешили. Это на станции у врага патронов полно, а вот солдаты Саргатанаса вряд ли располагают столь изрядным количеством.

В этом как раз лучевые винтовки сильно выигрывают перед огнестрельным оружием. Трех батарей хватит на несколько сотен выстрелов, правда, невеликим темпом из-за охладителя. Но все равно в бою у демона со штурмовой винтовкой куда больше шансов оказаться без патронов, чем у человека, вооруженного лучевиком - с разряженными батареями.

Снова захлопали орудия альбионцев. Взрывы подбрасывали к небу комья земли, но и только. Демоны еще не пересекли ту самую незримую черту, разделяющую для некоторых из них жизнь и смерть.