– Это не хорошо, - закончила Диана.
– Любое путешествие в Фейри полностью запрещено для нефилимов без специального разрешения.

– Но они вернутся, верно?
– спросил Тай. Он звучал напряженно.

– Марк вернется?

– Конечно, они вернутся, - сказала Ливви.
– Это просто миссия. Спасательная миссия, - добавила она, обращаясь к Диане.
– Конклав не поймет, что им нужно было пойти?

– Спасать фейри—нет, - ответила Диана, покачав головой.
– Они не имеют право на нашу защиту в рамках Соглашения. Центурионы не должны знать. Конклав будет в ярости.

– Я не скажу, - сказал Тай.

– Я тоже не буду, - согласилась Ливви.
– Очевидно.

Они оба посмотрели на Кита.

– Я даже не знаю, почему я здесь, - сказал он.

– В этом есть смысл, - сказала Ливви. Она повернулась к Диане.

– Почему он здесь?

– Мне кажется, ты всегда найдешь способ узнать о чем угодно, - сказала Диана Киту.
– И поэтому я подумала, что было бы лучше контролировать твою информацию. И взять с тебя слово, что ты будешь осторожен.

– Что я не скажу? Конечно, я не скажу. Мне даже не нравятся Центурионы. Они… - Такие, какими я

думал, будут Сумеречные охотники. Но вы не такие. Вы все… разные.
– Придурки, - закончил он.

– Я не могу поверить, - сказала Ливви, - что Джулиан и остальные нашли веселые приключения,

просто оставив нас здесь, чтобы мы прислуживали, принося полотенца Центурионам.

Диана выглядела удивленной.

– Я думала, ты расстроишься, - сказала она.
– Будешь беспокоиться о них.

Ливви покачала головой. Ее длинные волосы, оттенком светлее, чем у Тая, развевались вокруг нее.

– Потому что они веселятся и пошли посмотреть на Фейри? Пока мы пашем как лошади здесь? Когда они вернутся, я собираюсь сказать Джулиану пару ласковых слов.

– Каких слов?
– Тай выглядел смущенным на мгновение, прежде чем его лицо прояснилось.
– О,

– сказал он.
– Ты будешь проклинать его.

– Я собираюсь использовать каждое плохое слово, какое я знаю, и поискать немного других, -

сказала Ливви.

Диана прикусила губу.

– С тобой действительно все в порядке?

Тай кивнул.

– Кристина активно изучала фей, Марк был охотником, а Джулиан и Эмма умные и смелые, - сказал он.
– Я уверен, что они будут в порядке.

113

http://vk.com/the_dark_artifices 2017

Диана выглядела потрясенной. Киту пришлось признать, что он тоже был удивлен. Блэкторны, как семья, поражали его своей сплоченностью, что «попав в неприятности», они всегда защищали друг друга. Но

Ливви сохраняла веселое раздражение, когда они пошли сказать Дрю и Тавви, что остальные ушли в

Академию Сумеречных охотников, чтобы принести что-то — она была также весьма убедительна, так как сказала им, что Кристина пошла вместе с ними в Академию, потому что визит туда был обязательной частью путешествия на год — и они повторили ту же историю для сердитого Диего и кучки Центурионов, в том числе и его невесте, которую Кит называл про себя Противная Зара.

– В общем, - Ливви закончила сладко, - возможно, вам придется стирать свои собственные полотенца. Теперь, если вы извините нас, Тай и я собираемся взять Кита на экскурсию по периметру.

Зара выгнула бровь.

– Периметр?

– Территория, которую вы оставили без присмотра, - сказала Ливви, и двинулась на улицу. На самом деле, она не тащила Тая и Кита за собой, но что-то в силе ее личности заставило их идти за ней. Ливви уже спускалась вниз по ступенькам, в то время как дверь Института закрылась за ними.

– Вы видели выражение на лицах Центурионов, - спросила она, когда они пробирались вокруг массивной стены Института.

Ливия носила сапоги и джинсовые шорты, которые не скрывали ее длинные, загорелые ноги. Кит пытался притвориться, как будто он не смотрит.

– Я не думаю, что они оценили твои слова о стирке их собственных полотенец, - сказал Тай.

– Может быть, мне следовало нарисовать им карту, где находится средство для мытья посуды, -

сказала Ливви.
– Ну, вы поняли, поскольку они так сильно любят карты.

Кит рассмеялся. Ливия взглянула на него, немного подозрительно.

– Что?

Они прошли стоянку позади Института и достигли низкой живой изгороди из кустарника, за которой был скульптурный сад. Греческие драматурги и историки стояли вокруг в гипсовых позах, держа лавровые венки. Это казалось странно неуместным, но все же Лос-Анджелес был именно тем городом, в котором вещи часто не подходили к месту, в котором они находились.