А он сидит тут, в этой проклятой дыре, и ничего, ничего не знает...

– Свершилось, Час Дракона настал, - разлив темно-вишневую жидкость по бокалам, она один из них вложила в руку в руку Джона, - Благодарю, Тристана. Благодарю за твою теплоту и твое участие.

– Вы рады, Ваша Милость?
– поинтересовалась она.

– Я рад, очень рад, просто счастлив, - Джон грустно улыбнулся, ответ был утвердительным, но голос мужчины был слишком слабым и уставшим, - Мой сын, Тристана, мой сын... Которого я, возможно, никогда не увижу... Мне страшно, очень страшно за его судьбу.

– Простите, Ваша Милость, - извинилась она, в её интонации слышалось искреннее сожаление, - Это было жестоко с моей стороны, напоминать вам о таком, но я хотела сообщить вам приятные вести.

– Тебе не за что извиняться, - она приняла из его рук пустой бокал, когда он допил, - Если кто и виновен, то только я сам, - хрипло усмехнулся мужчина.

Вот ещё новая жизнь пришла в этот мир. Что их ждет? Каким будет этот мир для их малышей?

– Поговаривают, Ваша Милость, что с вашим исчезновением удача отвернулась от этой семьи, - тихо поведала она, - Отец вашей супруги вынужден был уволиться. Начальник начал преследовать его, как только дочь покинула Францию. А её брата едва не лишили врачебной лицензии на практику... Ещё эти журналисты всё время наседают и не дают покоя, а конкуренты пытаются отобрать у вашей супруги права на ателье и ночной клуб.

Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки:

– Как же я устал. Устал от бессилия...

– Всё когда-нибудь обратится в прах, вы это лучше других знаете, - легкие, умелые движения её пальцев расслабляли плечи, привнося тепло и обманчивое спокойствие.

– Это совершенно лишнее. Вам лучше одеться, миледи, - еле уловимый шорох легких одежд заставил его напряженно вздрогнуть, - Присядьте рядом со мной.

– Господин не хочет меня? Господин был так добр и внимателен ко мне, но господин печален, что-то гложет его сердце, - женщина опустилась рядом на диван в растерянности и недоумении, - и я подумала, что господин желает... Мне нечем больше отплатить господину за его доброе отношение, кроме моего тела.

– Господин желает лишь одну женщину, и она для него теперь недосягаема, - он провел ладонью по её щеке и взял в руку прядь её волос, - У тебя гладкая кожа и мягкие волосы... Думаю, что не ошибусь, если скажу, что ты молода и привлекательна - такая женщина не должна делать этого по принуждению... Помоги мне, и ты будешь свободна полюбить того, кого пожелает твое сердце. Мне нужно увидеть их и защитить. Им не от кого больше ждать помощи, а мне больше некого просить помочь...

Так с ней ещё никто и никогда не разговаривал. В его словах не было и намека на презрение, которое она, несомненно, заслужила, по её собственному мнению. Но нет - он сопереживал и сочувствовал ей. Никогда прежде не доводилось ей видеть настолько преданного мужчину. И защипало в глазах от неловкости за свое позорное поведение. Привыкнув к потребительскому отношению к себе, как со стороны мужчин, так и со стороны женщин, она не ждала иного, а вот теперь растерялась. А в груди точно кто-то зажег яркий фонарь, манящий своим теплом и светом, и кто-то тихо нашептывал, что и у нее есть шанс жить не по долгу, который она уже не единожды успела выплатить Мирозданию - а по сердцу. Чернокожая женщина надела свой легкий халат и завязала его поясом, несмело приблизившись, тепло обняла за плечи:

– Даже если я рискую навлечь на себя гнев Госпожи, я помогу вам, Ваша Милость. Вы увидите сына, - тихо произнесла она, и мужчина благодарно кивнул. Тепло и свет надежды вернулось и к нему.

Вечный мрак на душе, и уже слишком поздно

Вспоминать о былом, когда ночь так темна...

Ты ушёл навсегда, моё Солнце и Звёзды,

И печальна теперь твоей Жизни Луна.

Но не внемлет судьба никаким уговорам -

Бесполезны мечты. Бесполезна печаль,

Ведь, подобно листве, не поднимутся горы,

Лёгким ветром ночным уносимые вдаль.

Ты вернёшься, когда остановится время,

И когда из морей испарится вода,

Когда сгинет проклятья тлетворное бремя,

Когда вновь я зачну... Никогда, никогда!

Возрождённая вновь твоей смертною тризной,

Нашей вечной любви освящённой огнём,

Будет помнить до смерти Луна Твоей Жизни

Об ушедшем во мглу, о Светиле своём.

В мире мёртвых немом, бесконечном, бесслёзном,

Будут ночи, и дни, и вся жизнь - позади...

Я вернусь к тебе - слышишь?!
– О Солнце и Звёзды!

Когда время придёт. Только прежде - не жди!

"Ladies of Westeros" - "Плач Дэйенерис"

Маргарита беспокойно металась по кровати, её всю лихорадило - кожа была горячая и сухая, не помогали ни компрессы, ни жаропонижающие, ей продолжали сниться кошмары - снова и снова она переживала падение с моста и ужасы послеродовой горячки, снова и снова ей казалось, что она тонет, снова и снова она захлебывалась и не могла дышать, а внутри - ледяная вода.

Она, и правда, тонула на этой огромной кровати... одна, вспоминая тепло его тела, прикосновения его рук и губ...