– О! Они, правда, очаровательны, - одобрительно улыбнулся Марк, глядя на умиротворенные детские личики, - И так на вас похожи, вырастут настоящими красавицами - все в мать. Твои дети будут самыми счастливыми, - его внимание привлек блеск золотых цепочек на детских шейках, - Хм, у них уже свои украшения имеются - не рановато ли? И буквы "Д" и "К" - стало быть, уже и имена есть у малышек?
– полюбопытствовал он, усмехнувшись.

– Да - их зовут Диана и Екатерина, а эти кулоны с монограммами - подарок Жана, они вместе с Рафаэлем своими руками сделали, включая цепочки, - с гордостью пояснила Маргарита.

– И красные розы - тоже от него?
– покосился он на корзину с ярко-алыми цветами, правда, сразу же и сам сообразил - ну, конечно, разве могло быть иначе.

– А как ты догадался?
– хитро прищурилась Маргарита, усмехнувшись.

– Ну, это совсем не сложно - кто ещё у нас красный цвет предпочитает, - легко ответил юноша, - Ты теперь счастлива?
– он смерил девушку изучающим взглядом, заметив разительные изменения во всем её облике, в котором уже ничего не осталось от той девочки-подростка, которой она была когда-то, приобретя женственную плавность и соблазнительность линий и изгибов тела, - Можешь не отвечать, я и так вижу это по твоим сияющим глазам, - вдруг на его щеке блеснула слезинка, - Господи, прости меня, прости... Из-за меня ты потеряла первого ребенка...
– Марк обхватил руками её ноги, прикрытые покрывалом, и едва не зарыдал, надрывно, навзрыд - как ребенок, - Я не могу ничего изменить...Самую большую боль я причинил той, которую больше всего...
– и снова обожгла старая боль, что это могли быть его дети.

– Марк, не надо...Я стараюсь не думать об этом, иначе это станет и вовсе невыносимым, - Марго потрепала его светлые кудри, - Ну, ты что... Я же сказала тебе, что простила... Ио Шнайдера больше нет, а Марк Витриченко ни в чем передо мной не виноват...Ты должен стать счастливым, больше ты мне ничего не должен, - когда он поднял на неё лицо с выражением неподдельной признательности и восхищения - с глазами, чистыми и светлыми, ровно как у собственных её младенцев, поднимаясь и поправляя одежду, запечатлев невесомый поцелуй на лбу девушки.

– Марк, знаешь что?
– она взяла его за руку, - Когда у меня появится сын, который мне предсказан, будете ли вы с Мей его крестными родителями? Пожалуйста, мне бы этого очень хотелось.

– Что?
– на минуту парень замер и онемел, - Кто, я?
– он не мог поверить в то, что действительно слышит это, а Маргарита только пожала плечами, - Значит, прощен?
– он улыбнулся и кивнул головой, - Почту за честь.

– Я так и думала, что найду тебя здесь, - в дверях появилась маленькая японка с победным выражением лица, - Твой чай - зеленый, с мятой, без сахара, как заказывал. Разрешишь нам поговорить о своем, о женском?

– Я подожду тебя в холле, - подмигнул парень, проходя мимо неё к выходу, мягко проведя ладонью по её щеке и беря из её рук стакан с чаем, - Ну, я пошел, до свидания, Маруся, - козырнул Марк, широко улыбаясь Маргарите.

– Дочери?
– удовлетворенно заключила азиатка, оглядев детскую кроватку, - Ну, теперь-то ты мне точно больше не соперница - ты не из тех, кто мог бы изменять отцу своих детей. А вот у меня обязательно будет сын. Нет, лучше даже - два сына. Как думаешь - тогда он от меня уже никуда не денется?

– Боже, Мей, ну какая же ты смешная!
– искренне улыбнулась молодая мама, - Поверь мне, если мужчина любит женщину, то он будет любить и её детей, а если нет между ними любви и взаимопонимания - то и десятеро детей не удержат его.

– Считаешь меня совсем неразумной?
– недоверчиво нахмурилась Мей.

– Конечно же нет!
– Маргарита улыбнулась, приглашая жестом присесть рядом на кровати, - После того, что ты пережила, оно и не удивительно, что тебе сложно научиться снова доверять людям, но поверь мне - нам ты можешь смело довериться и перестать фыркать и щетиниться, как недовольный маленький ёжик.

– Ну, ты и сравнила, - хихикнула Лали-Мей и облегченно выдохнула, глядя прямо на собеседницу, - Но, знаешь, ты права - с вами я могу немного расслабиться и быть собой. Я уже почти забыла, как это... Я раньше реально считала, что друзья нужны лишь для того, чтобы их использовать, а при ненадобности их можно безжалостно выкинуть из своей жизни.

– Какие страшные вещи ты говоришь!
– округлила свои большие глаза Марго, покачав головой.

– Да, именно так я и думала, - утвердительно кивнула девушка, - Теперь я понимаю, что просто боялась привязываться к друзьям... И это ещё не самое плохое, что обо мне можно было сказать - поверь, тебе бы не захотелось об этом знать, - виновато опустила глаза, азиатка, - Я же, собственно, пришла поздравить...Вы же мне теперь вместо родителей, а эти девчушки, выходит - мне как сестры... Непривычно только, что ты лишь на пару лет меня старше - так что, не обессудь уж, если не буду мамой называть.

– Да, всё в порядке, - успокоила её Маргарита, погладив японку по темным волосам, - Ты и не должна забывать своих родителей - мы только пытаемся заменить их до твоего совершеннолетия.

– Я знаю, знаю, - кивнула та, но тут спохватилась, хлопнув себя ладонями по коленям, - Хочу подарить тебе одну вещь, - точно вспомнив что-то важное, спешно раскрыла свою сумочку и достала маленькую статуэтку из слоновой кости, которую у неё на родине называют нэцке, и вложила фигурку в ладонь молодой женщины, - Это солнечная богиня Аматэрасу, прародительница японского императорского рода, дарующая свет и тепло всему окружающему - она... как ты...
– азиатка улыбнулась, опустив глаза.