— Надеюсь, тебе понравится! Там нет ничего специфичного, ну, если только ты не считаешь начинку из клубничной глазури специфичной. Но все говорят, что шоколад и клубника хорошо сочетаются, а если мне кажется, что клубника вкуснее с арахисовым маслом, это вовсе не значит, что это понравится тебе, — Улькиорра опустил ложку в торт, поднял её, а затем остановился.

— Мне надо извиниться за моё вчерашнее поведение.

— Какое поведение? — улыбка Орихиме слегка дрогнула.

— В том состоянии я мог заставить тебя испытать неудобства, — её лицо залилось краской в рекордные сроки.

— А! Ты об этом! — она опустила взгляд, сложила руки на коленях и стала раскачиваться из стороны в сторону. — Тебе не надо извиняться за это. Это не… Ну, то есть, то, что произошло… Я остановила тебя не потому, что мне не понравилось. Эм, когда люди… Ну, знаешь, иногда много хорошего превращается в плохое! Подожди, опять не то! — она заговорила тише. — Я хочу сказать, что я не против, если мы как-нибудь повторим, но… не сейчас. Иначе вся кровь прильёт мне в голову.

— Хорошо, — Улькиорра старался сильнее обычного подавить своё наслаждение. — Постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы этого не случилось.

Осталось лишь попробовать торт, которых пах так же вкусно (если не вкуснее), как и шоколад, который женщина готовила вчера. Он попробовал первый кусочек и, выяснив, что консистенция и вкус идеальны, решился приняться за второй. Орихиме радостно улыбнулась и наклонилась вперёд, кладя подбородок на руки.

***

Они, держась за руки, шли до дома длинным путём, минуя магазинчик Урахары, где Дзинта до сих пор был на седьмом небе от счастья, ведь Юзу Куросаки подарила ему шоколад. Они увидели Таро в парке с его девушкой, почувствовали, как Ичиго и Рукия вместе сражаются с пустым и даже стали свидетелями пьяного антивалентинового забега на караоке троих библиотекарш.

Когда они подошли достаточно близко, чтобы видеть здание дома, Орихиме спросила:

— Когда ты понял, что я тебе нравлюсь?

Улькиорра долго молчал. Затем он остановился, побуждая сделать её то же самое. Он показал ей встать перед ним.

— Это очень по-человечьи делать ошибки, — произнёс он, а затем добавил: — Твой язык опух тогда, — Орихиме вспомнила удивительное посещение зубного и поняла, что они стоят сейчас на том же самом месте, где она произнесла эту фразу. Её глаза расширились.

— Ещё тогда?

— Это было не так давно.

— Нет, давно! — она выглядела огорчённой, раздумывая над всем, что произошло с тех пор: она нечаянно отравила его, потеряла перед ним самообладание из-за того, что больше не любила Ичиго, Сора навестил их, она повредила голову… Орихиме встревоженно вскрикнула. — В тот раз, когда я рассказала тебе о своём сне и извинилась, потому что у меня…

— Ничего, — прервал её Улькиорра, хотя, похоже, это не успокоило Орихиме. — Сердце ведёт себя, как само того пожелает. Если бы ты знала о моих чувствах, то ведь могла бы начать заставлять себя ответить на них взаимностью.

Конечно, он был прав; тогда бы они не были подлинными. Чувства Орихиме проявились сами собой, и она была рада этому. Но всё же она не могла не думать о том, как ему было тяжело до этого… Уж она-то знает, что такое неразделённая любовь. Он тоже испытывал ревность, неуверенность и желание?

Они продолжили их путь; стали зажигаться уличные фонари, а солнечного света становилось всё меньше. Орихиме задумчиво посмотрела на сумеречное небо.

— Когда я поняла, что ты мне нравишься? — вслух задумалась она. Он не спрашивал, но она предположила, что ему было любопытно так же, как и ей. — Хм. Чувства к тебе у меня уже были до того, как я их заметила… Они просто прятались от меня. Но если выбирать день, когда они прям в самом деле боролись за моё внимание, то это, пожалуй, будет… мой день рождения.

— У меня была проверка поведения, — нахмурился Улькиорра, припомнив этот день.

— Мммм, — Орихиме перепрыгнула через лужу, когда они переходили дорогу. — Тебя не было весь день, и, как бы сильно я ни пыталась, без тебя я не могла почувствовать себя полноценно счастливой. Конечно, всё можно было списать на то, что я скучала по тебе как по постоянному компаньону, но, когда ты взял меня за руку и поздравил с днём рождения, я почувствовала что-то, что невозможно было уже скрывать, — она вовремя подняла глаза и заметила промелькнувшую на его лице улыбку. — Это тебя радует?

— Да, — сказал он без промедления. Орихиме, пожелав, чтобы он был менее прямолинейным (ведь тогда он не будет её так смущать), сменила тему.

— Сегодня теплее, не правда ли? — воскликнула она, дёргая своё пальто. — Скоро оно мне не понадобится!

Улькиорра молчал, довольствуясь слушанием её болтовни. Тяжело было поверить в то, что он мог испытывать сейчас подобные чувства, когда в его сердце всё ещё оставался пустой уголок. Но в данный момент он был рад, что рядом с ним есть целый один человек, который знает, чего хочет от жизни, и не побоится погнаться за своей целью. Единственное, в чём он был уверен насчёт своего будущего, — её присутствие в нём.