Колокольчик на двери звякнул, и Улькиорра отвлёкся от полки, на которой он расставлял продукты. Орихиме стояла в дверях, тяжело дыша, рукой держась за живот. Её глаза опустились на Улькиорру, и он увидел самую широкую и лучезарную улыбку.

========== Любовная история VIII ==========

Гортензии Татсуки Арисавы были самыми большими во всём районе. Её муж очень сильно ими гордился, и, хотя она обычно не говорила о своём вмешательстве, несмотря на комплименты и восторг, иногда Татсуки выходила во двор и ухаживала за ними, когда муж был на работе. Она стояла во дворе, пытаясь решить, как же лучше сохранить форму кустов, когда услышала вдалеке какофонию голосов. С каждой секундой болтовня становилась всё громче, разделяясь на два спорящих голоса. Татсуки сняла слишком большие для неё перчатки мужа и подошла к калитке.

Она открыла её прежде, чем прозвенел звонок, увидев перед собой трёх детей: девочку-подростка с густыми чёрными волосами, девочку помладше с длинными прямыми чёрными волосами и мальчика-брюнета, не сильно младше второй девочки. Татсуки положила руку на бедро.

— Ваши родители знают, что вы здесь?

— Привет, тётя Татсуки! — сказала старшая из них, как бы отвечая на её вопрос. Она подняла коробку пончиков. — Это, мы принесли гостинцы?

— Заходите, — вздохнула Татсуки. Это не первый раз, когда к ней ни с того ни с сего заявляются Сатсуки, Сиори и Казума Шиффер, и явно не последний.

Когда они вошли во двор, она отметила, как не похожи их походки. Сатсуки маршировала впереди, Сиори кралась за Татсуки, стеснительно кивая, а Казума прохаживался с руками в карманах. Татсуки отвела их к входной двери, улыбнувшись при мысли о временах, когда все надежды о существовании хотя бы одного из них были утрачены.

— Если вы пришли, чтобы играть в видеоигры, то я позвоню вашей матери, — сказала она.

— Неа, Сиори хочет спросить кое-что, — Сатсуки хлопнула свою младшую сестру по спине, напугав её. Татсуки, хорошо знавшая, что более общительные брат и сестра задирают её, улыбнулась покрасневшей девочке.

— Это правда, Сиори-тян?

— Да, — в отличие от Сатсуки и Казумы, Сиори было тяжело говорить, поэтому она, в основном, шептала. Никто не понимал откуда взялась эта её стеснительность. И хотя многие считали это ущербностью, благодаря своей стеснительности Сиори стала папиной любимицей, наверное, потому что она реже всех попадала в неприятности.

Татсуки предложила им сесть в гостиной и принесла напитки в добавок к пончикам. Когда все уселись, Сиори заставили задать её вопрос, и из-за такого внимания она засмущалась и начала трястись. Потребовался толчок локтём от Казумы, чтобы она выдавила свою просьбу.

— Как встретились мама и папа?

— Разве лучше не у них спросить? — удивилась Татсуки.

— Мы пытались, — сказал Казума, — но каждый раз, когда мы поднимаем эту тему, мама говорит…

— А! Вы не захотите слушать! Важно, что мы встретились, разве не так, папа? — прокричала Сатсуки, идеально копируя Орихиме.

— И папа говорит… — начала Сиори.

— Спросите вашу мать, — процитировал Казума с таким же непроницаемым лицом, как у Улькиорры.

— А потом они такие играют в любовь-морковь, — закончила Сатсуки.

— Ясно, — Татсуки сделала глоток своего напитка. Почему-то это было очень похоже на Орихиме и Улькиорру, хотя ей казалось, что в исполнении Улькиорры любовь-морковь — это лишь намёк на улыбку. Она поставила свою чашку. — Ну это немного странная история, — сказала она. — И я могу многого не помнить, потому что чуть не умерла в тот день.

Сиори побледнела. Сатсуки и Казума наклонились чуть ближе.

— В общем, ваш отец появился в городе вместе с другим арранкаром, который брал и высасывал души всех, находящихся поблизости, и меня в том числе, — Татсуки пренебрежительно пожала плечами. — Я выжила, потому что мои духовные способности были посильнее. И затем, когда большой чувак уже собирался убить меня, появилась ваша мама с Чадом, и они защитили меня.

— Ай да наша мама! — воскликнула Сатсуки.

— А что папа сделал? — спросила Сиори. Татсуки открыла рот, затем закрыла его. Она потёрла переносицу.

— Если честно, я отрубилась сразу после того, как Орихиме вытащила меня из опасной зоны. Но вы можете спросить Чада или даже Урахару и госпожу Йоруичи. Мне сказали, что они позже появились.

***

— Хмм, — Урахара перевернул табличку на двери магазина на ту, что означала, что он временно закрыт. — Да, я чётко помню этот день, — он повернулся к стойке. Дети столпись вокруг кассы, споря.

— Как ты можешь хотеть ещё жратвы, если ты съела три пончика у тёти Татсуки? — раздражительно спросил Казума.

— Но я всё ещё голодна! — выпалила Сатсуки.

— Обжора! Как ты собираешься выйти замуж и покинуть дом, если ты даже не пытаешься быть сексуальной?

— Да что ты знаешь о сексуальной внешности, дебил?

— Достаточно, чтобы понять, что ты ею не обладаешь!

— И почему тебя вообще волнует моя сексуальна внешность? Сестринский комплекс?

— Чё сказала?