В комнате Драко долго искал конспекты, но потом, плюнув на все, заставил прилететь тетрадь с помощью Акцио.

— Драко, давно хотел с тобой поговорить. Насчет того, что происходит.

Малфой мысленно напрягся. Никакой возможности, что Блез знает о Гриме, просто не могло быть. Слова Забини могли означать что угодно.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, ты отдалился от нас всех. Редко появляешься в гостиной, я тебя только на уроках вижу и то не на всех. Что с тобой творится, Малфой? Все не можешь прийти в себя? — грубо спросил Забини. — Мерлин, я, конечно, понимаю, что ты много вынес за этот год. Задания Темного лорда, трупы в Малфой-меноре…

— Блез, все это в прошлом, — твердо произнес Драко. — Все закончилось, и я не хочу вспоминать. Да и не вспоминаю уже давно.

— Тогда, черт тебя побери, я не понимаю! Ты ушел из команды по квиддичу, отказался быть капитаном! Капитаном! Вечно сидишь в своей комнате. Тебя что, Грейнджер покусала, что ты стал ботаником? Ты здесь что, правда все уроки делаешь? — скептически спросил Блез, глядя на стопку книг, кое-как сваленных на столе.

— То, чем я занимаюсь — мое дело, — твердо произнес Малфой. — И не лезь.

Некоторое время два слизеринца сверлили друг друга взглядами.

— Блез, ты ошибаешься, я всегда был с вами и есть.

Драко почувствовал, как раздражение и злость Блеза сменяются недоверием. Но все же слизеринец произнес:

— Тогда официально приглашаю тебя на свою днюху! — Забини дружески хлопнул Драко по плечу.

Малфой понял, что это будет проверкой. Придет или не придет. Проигнорирует или нет.

Терять друзей было никак нельзя. Драко отлично понимал это.

Разве он виноват в том, что отдалился, что забыл о многих, что частично потерял вкус ко многим прежним своим удовольствиям?

Виноват он сам. Виноват Грим — его вторая сущность.

— Так у тебя же вроде нескоро? — спросил Драко.

— Да, но выпивку мы уже заказали. Эй, а что это у тебя светится на кресле?

Драко удивленно обернулся: забытый им в кресле кристалл светился ровным голубоватым светом.

«И что от меня нужно грязнокровке?»

— Та это безделушка, купил где-то, уже сам не помню где, — произнес Драко, сжимая кристалл в руке. Тот погас. — Что-то типа вредноскопа, светится, когда близится что-то неприятное.

В дверь постучали.

Драко и Блез резко обернулись — в дверном проеме стояла Пэнси Паркинсон.

— Да уж, полезная штуковина, — захохотал Забини. — Но не совсем правдивая.

— Что-то я не поняла?! — произнесла Пэнс, глядя на смеющихся однокурсников. — Драко, так ты идешь на вечеринку? Отлично. На ней будут почти все старшекурсники, заодно и обсудим кое-что. Ты у нас все-таки высшее руководство.

— О чем ты, дикое создание? — галантно спросил Малфой. Пэнси, прищурившись, смотрела на него.

— Узнаешь. А то совсем выпал из жизни «порядочных» слизеринцев. Блез, за мной! Будем обсуждать, как отвлечь доходягу Слизнорта. Не хочу, чтобы он своими нудными проповедями испортил праздник.

Забини страдальчески посмотрел на друга и поплелся вслед за девушкой. Драко насмешливо глядел ему вслед. Он уже давно догадывался, что Блезу нравится Пэнс. Хотя он и вечно насмехается над ней.

Только вся проблема, что девушке нравился как раз сам Драко. Забини прекрасно знал, что Пэнси Паркинсон — кандидатура номер один на роль невесты Малфоя.

Блез абсолютно все понимал, и его отношение к Драко ничуть не изменилось. За это Малфой и ценил его настоящую мужскую дружбу.

«Грейнджер, Грейнджер, неужели что-то нашла? Я в библиотеке все книги пролистал. Нет, с этой заучкой в книгах мне все равно не тягаться. Тут уж единственный соперник — мадам Пинс».

Драко быстро надел на себя мантию Грима, накинул капюшон. Посмотрелся в зеркало.

«Вылитый дементор, — слизеринец усмехнулся своим мыслям. — И если Грейнджер вызвала меня просто так, точно применю к ней поцелуй смерти».

Хлопок. И в комнате слизеринца уже никого не было.

*

Гермиона Грейнджер уже была там, когда он трансгрессировал на Астрономическую башню. Стояла у одной из бойниц. Ветер трепетал ее кудрявые волосы, придавая ей какой-то колдовской неземной и одновременно зловещий вид.

Девушка повернулась к нему. Милое лицо, плотно сжатые губы, насмешливо-заинтересованный взгляд. Ничего жутковатого, обычная Грейнджер.

— Вызывала? — усмехнувшись сам себе, спросил Грим.