— Вход... вроде бы через одну дверь от Комнаты ума.

— Вправо или влево?

— Мерлин, я не помню! Боюсь ошибиться, — нахмурилась Гермиона, нервно накручивая на палец прядь волос. Тео поймал её руку и перехватил прядь на свой указательный палец.

— Тише, лапочка, не переживай так, — снисходительно произнёс он, зная, как сильно его покровительственный тон бесит Гермиону. И точно: возмущённая тем, что Нотт продолжает обращаться с ней как с маленькой глупой девочкой, Гермиона попыталась отстраниться, но ей помешали собственные волосы, которые он по-прежнему держал закрученными на пальце и уже наклонялся к ней с наглой улыбкой и явным намерением захватить в плен её соблазнительные губы.

Мысленно ругая себя на чём свет стоит, она была вынуждена сдаться, и Тео поцеловал её долгим страстным поцелуем, наслаждаясь каждым мгновением, вновь пробуя её на вкус, вдыхая её запах, секунда за секундой теряя контроль над собой...

— Нотт... — слабо прошептала она, пытаясь вырваться из этого головокружительного плена, — если ты будешь так меня отвлекать, я не смогу тебе ничем помочь.

— Ладно, исправлюсь, — усмехнулся он, с неохотой отпуская её. — Ну, продолжим?

====== Глава 21 ======

В течение следующего часа Гермионе удалось набросать по памяти более-менее подробный план Отдела тайн. Тео больше не отвлекал её, сохраняя дистанцию и даже заговаривая с ней теперь только по делу.

Благодаря его сдержанности, которая, как казалось Гермионе, даётся ему проще простого, она смогла вспомнить примерное расположение Комнат времени и Вселенной, а также Зала пророчеств.

— Здесь хранятся эти шарики, верно? — спросил Тео, хмурясь, как будто что-то припоминая.

— Да. И именно здесь было сражение, ставшее поворотным во всей войне.

Тео вдруг ударил кулаком по пушистому, ни в чём не виноватому ковру.

— Проклятье! Как же мне хочется уничтожить эту тварь, которая погубила столько жизней...

— Я тебя понимаю, — с удивительным спокойствием и расстановкой сказала Гермиона. — Но у меня есть одна просьба: если хочешь реализовать свой план, то подойди к этому с холодной головой. Сгоряча ты ничего не добьёшься.

Сейчас, как следует вникнув в поставленную задачу, Гермиона вновь ощутила такую свойственную ей жажду деятельности, желание найти лучшее решение проблемы и, вместе с тем, растущую уверенность в себе, а ещё больше — в этом мрачном слизеринце, который сидел рядом, обложившись книгами и чертежами.

— Твоя правда, Грейнджер, — согласился Тео и вернулся к теме: — Итак, как нам пробраться в Отдел тайн? Я считаю, что для начала следует выяснить, как попасть в само Министерство.

Заметив, как его собеседница удивлённо приподняла бровь, Тео невесело усмехнулся.

— Это тебя там ждут с распростёртыми объятиями и готовят красную дорожку. Моё же появление в Министерстве, тем более добровольное, будет выглядеть по меньшей мере странным и может вызвать много вопросов.

— Хорошо, я поняла, — медленно произнесла Гермиона; по её усталому виду было ясно, что она изо всех сил борется с внезапно накатившим сном. — Лучшее время, чтобы попасть туда с наименьшими последствиями — это час ночи. В такое время там никого не должно быть. Самые поздние службы заканчивают работу в полночь: Аврорат, Отдел магических происшествий и катастроф...

— Согласен. И для подстраховки воспользуемся Дезиллюминационным заклинанием.

— Может, лучше Оборотным зельем?

— Вот ещё! — фыркнул Тео. — Я не собираюсь глотать чьи-то волосы. Да и пора уже применять более сильную магию, а, Грейнджер?

— Это тебе не конкуренция за лучшие баллы на ЖАБА! Это рискованная, опасная затея, и... и... между прочим, варить Оборотное зелье тоже надо уметь!

— Я помню, как на втором курсе ты лежала в больничном крыле вся в кошачьей шерсти. Что, неудачный эксперимент?

Гермиона широко распахнула глаза.

— Откуда ты знаешь?

— Ты что-то тормозишь сегодня, лучшая ученица последнего столетия. Много огневиски выпила на свадьбе?

— Два бокала! — назло ему соврала Гермиона, прекрасно зная, что так плохо соображает вовсе не из-за огневиски.

— Ух ты. Знаешь, с каждым разом я получаю всё больше компрометирующей информации о тебе, — довольно промурлыкал Тео. — И всё больше убеждаюсь, что поведение нашей школьной старосты не так уж и идеально.

Он выдержал паузу, в течение которой Гермиона шумно втягивала носом воздух, безуспешно пытаясь скрыть своё раздражение и даже лёгкую обиду — подумать только, её буквально обвинили в плохих манерах! — а потом добавил, наклонившись к самому её уху:

— Зато как женщина ты совершенство.

Она замерла на несколько секунд, а потом тряхнула головой, словно сбрасывая с себя его чары. Мерлин, что же он с ней вытворял! Сначала дразнил, доводя её до бешенства, а потом шептал какой-нибудь комплимент, и вся её обида с треском рушилась, растворяясь в желании впитывать его слова, его голос каждой клеточкой...