– Нашествие рейгаев. – Коротко бросил брюнет.

– Рейгаев? Это еще кто?

– Куросаки, тебе не кажется, что сейчас не лучшее время задавать вопросы?

Она обиделась и самовольно свернула на следующем перекрестке, как оказалось, в противоположную от капитана сторону.

– Ты куда? – Кучики схватил ее за руку и неожиданно прижал к стене одного из домов, пресекая любую попытку к ее дальнейшему продвижению.

– Как куда? – Удивилась девушка. – В НИИ синигами, спасать Гриммджоу, я же тебе… – Она запнулась, вспомнив, что обсуждала свой план до этого с другим, ненастоящим Кучики-тайчо.

– Ах, вот оно что… Ты для этого сюда приходила?

– Ну, да… – Потупила она взгляд.

– Ясно, – не говоря ничего больше, капитан, не отпуская ее руки теперь, потянул Куросаки снова в свою сторону.

– Куда ты меня тащишь? Бьякуя?

– Тебе нужно немедленно возвращаться в Каракуру. Туда, куда ушел враг…

– Я... я не пойду, – стала она упираться руками и ногами, но железная ладонь капитана и непробиваемое хладнокровие увлекали ее за собой все дальше и дальше, как оказалось, по направлению к одному из сенкаймонов.

– Бьякуя! Отпусти меня, а не то я… – Реяцу Гриммджоу вновь заговорила в ней грубостью и беспринципностью. Наверное, если бы она впитала реяцу Сексты полностью, то вцепилась бы зубами в мертвую хватку Кучики, который даже не напрягал кисть руки, чтобы удержать свою попутчицу от еще одной незатейливой выходки.

– Ты пойдешь в Каракуру. – Спокойно повторил он, не теряя самообладания. Пока еще.

– Без Гриммджоу – никогда!

– Ты вернешься в Каракуру, а я его сам освобожу… – «Чтоб ему пусто было!» – Неожиданно для себя выругался Бьякуя, подпуская импульсивного мальчишку из своего внутреннего мира слишком близко к нынешней натуре.

– Ты? Ты спасешь Гриммджоу? Ха-ха. Хочешь, чтобы я в это поверила?

Серые глаза с укором покосились на рыжеволосое создание, позволявшее себе чересчур много дерзостей за сегодняшний вечер по отношению к благороднейшему из представителей дворянской знати Сейрейтея. Что она себе думает?! Всему же есть предел, даже его чрезмерному обожанию…

– Ты, что, ставишь под сомнение мое слово? – С леденящей душу прохладцей спросил Кучики.

Куросаки запнулась: похоже, она перегнула палку. Чертовы частички реяцу Джагерджака – они просто вставали на дыбы при виде своего соперника!

– П-прости, – извинилась Ичиго.

Согласия на извинение не последовало, но тишина, с которой капитан тащил девушку всю оставшуюся дорогу до сенкаймона, была тоже неплохой реакцией с его стороны, сравнивая с возможным гневом Сенбонзакуры.

– Вперед, – чуть ли не силой Кучики запихивал Куросаки в переход.

– Н-нет, не пойду, – упиралась она, восклицая. – Я пойду спасать Гриммджоу.

– Нечего его спасать. Маюри исчез в Разделителе миров сразу же по появлению арранкаров в Обществе душ. А пока его нет, никто не станет трогать его «игрушки».

– Гриммджоу – не игрушка! – Возмутилась она.

– Мне все равно. Ступай в Каракуру, а я все возьму на себя…

– …Я бы не был столь самоуверен и так категоричен! – Раздался холодный голос за спиной у препиравшейся пары синигами.

Карие и серые глаза уткнулись в псевдо-Бьякую, сверкавшего на них синим свечением своих очей. Оно не оказалось одиноким – точно рокочущая волна, молниеподобные вспышки силы рейгаев прокатилась от фальшивого капитана далеко назад, являя временной синигами и истинному капитану Готей-13 целую толпу знакомых лиц лейтенантов, капитанов и офицеров, но, увы, являвшихся лишь их двойниками, похожими, как две капли, на своих обладателей, вплоть до абсолютно тождественной реяцу, но несущих в себе нескрываемую опасность.

– Прекрасно, – скептически поджал губы Бьякуя. – Уходи, Куросаки Ичиго, – скомандовал он и высвободил Сенбонзакуру из ножен.

Куросаки, почувствовав привкус хорошей битвы и поддавшись воинственным инстинктам еще блеющей в ее душе собственной духовной силы и реяцу Сексты Эспады, вспыхнула:

– Еще чего! Это я с ними разберусь и затем пойду за Гриммджоу. Банкай!

Бьякуя, вконец устав от Куросаки, закатил глаза: почему именно сегодня она так невыносима и так непослушна?! И зачем она опять вызывала свой душераздирающий банкай?! Неужели она не ощущает, что он буквально пожирает ее силу в считанные секунды.

– Ич-чиго… – Запнулся Бьякуя, забыв про свое же обещание: никогда не называть ее по имени, дабы навсегда похоронить недостойные чувства к занятой другим девушке.

Однако эта опрометчивая вольность со стороны сероглазого возымела куда больший эффект, нежели приказной грозный тон капитана. Куросаки вмиг осклабилась и впустила нежность в свой хмурый взгляд. Ее рука с занпакто в боевом выпаде поползла вниз.

– К-куросаки Ичиго, – прокашлялся Бьякуя, пытаясь исправить свое пошатнувшееся положение «неприступной скалы». – Прошу тебя, просто уйди…