– Как сестричка?! – Не медля и не выполняя поставленного условия, выкрикнул Кон, хватая – немыслимое дело – арранкара за грудки. – Ты чё бросил ее?!

– Совсем сбрендил? – Джагерджак еле отцепил от себя доставшего его «зверя». – Ты забыл, что это я ее нашел и вытащил из того леса?!

Кон рассеянно кивнул: да, именно голубоволосый наткнулся на Куросаки и на него тоже посреди того злополучного места, насквозь пропитанного бессилием и горечью утраты. Дикий рев поверженного очередным болезненным ударом Пантеры дополнил и без того ужасающую картину, заставляя Кона ни на шутку испугаться за ухажёра Куросаки: в его впивавшихся в безжизненно белые одежды временной синигами глазах кричало безумие и сиюминутная расправа над тем, кто посмел сделать подобное с его любимой.

Кон покачал головой из стороны в сторону, до сих пор ощущая мурашки в своей душе, поскольку они не могли бегать по его телу. Он вновь бросил удивленный взгляд на Гриммджоу, откровенно не понимая, как после той сцены, он вообще сумел отлепиться от Ичиго?

– Все с ней уже в порядке, – проронил тот, – и заканчивай сверлить меня глазами.

– Заканчивай?! Так какого хрена ты здесь бродишь? А не сидишь рядом с ней?!

– Много ты понимаешь, бесчувственный кусок ваты.

Кон обиженно всхлипнул:

– Может и не много. Но я никогда не стану таким дураком, который теряет бесценные моменты побыть с самым важным для него человеком... Если бы мне только дали шанс увидеться с Нозоми, я бы ни за что не отпустил ее. Хоть я всего лишь бесполезный кусок ваты...

Джагерджак хмыкнул: говорить не хотелось, уж слишком красноречиво высказался этот маленький храбрый лев, не нуждавшийся в похвале, как и не вызывавший возражений. Арранкар потеребил «зверя» за макушку и сунул того себе за пазуху. Оба «кошака», принадлежавшие одной и той же хозяйке, покорно возвращались к рыжеволосой, зная, что и она их непременно ждала.

– Готова? – Спросил Урахара и, в ответ на кивок, выбил духовное тело Куросаки из ее физической оболочки.

Она оказалась в бесцветной одежде, прекрасно понимая, что это означало: если банкай изменял ее наряд соответственно возрастающей и изменяющейся реяцу, то логично было предположить, что отсутствие духовного давления не держит краски на стандартном одеянии синигами. Правда, столь специфический «прикид» для души она тоже видела впервые: обычные духи, как и она теперь, что в мире живых, что в Обществе душ, выглядели куда более современно, что ли, – в повседневной одежде, разноцветной, разносортной, разнообразной, в общем. С другой стороны, имелся ли в этом какой-то скрытый подтекст? Стоило ли ей надеяться на что-то, раз униформа проводника душ не покинула ее даже после утраты реяцу? Стоило ли это правильно истолковывать, что именно силы синигами – основные для нее...

– Куросаки-тян? Приготовься. – Скомандовал Кисуке и прицепил ей на ситаги передатчик: – Это для того, чтобы мы могли поддерживать связь с тобой в Разделителе миров. – Он передал ей в руки какое-то устройство: – А это для того, чтобы собрать частички твоей духовной силы внутри Катотсу. Я настроил прибор на частоту твоей души, и, когда раздастся сигнал, тебе нужно будет нажать на эту кнопку...

– Ясно, – рассеянно проронила Ичиго, – я мало, что понимаю, конечно, но надо попробовать, верно?

Шляпник уверенно кивнул. Ребята позади него все, как один, ободряюще улыбнулись ей и даже Чад выдал что-то вроде слабой усмешки. Куросаки была безмерно благодарна им всем за поддержку, но сердце обиженно ныло оттого, что сюда так и не явился единственный человек, умеющий по-настоящему развеивать все ее тревоги и страхи только одним взглядом небесно-голубых глаз да прикосновением успокаивающе-теплых губ.

– Пора, – Урахара открыл дверь – самую обычную, между прочим, – в переход и жестом пригласил Ичиго войти.

Куросаки с опаской заглянула в просто так открывшийся перед ними Разделитель миров, как обычный коридор оказывающийся за дверью. Она обернулась, чтобы помахать на прощание друзьям и слегка улыбнулась им, как бы говоря, что с ней все в порядке и чтобы они не узнали, как на ее сердце больно скребется одна голубоглазая кошка.

– Ну, я пошла, – набрала воздуха в грудь Куросаки побольше и почти сделала первый шаг в Разделитель, как крепкая рука схватила ее за плечо, резко развернула на 180 градусов и уткнула в горячие обветрившиеся в беге губы. – Гриммджоу, – уперлась она глазами в голубой виноватый взгляд Пантеры, так внезапно, но так вовремя, появившегося перед ней, – ты все-таки пришел...

– За кого ты меня принимаешь, кис-с-са? Конечно, пришел, – кинул он, как бы между прочим и стараясь не глядеть в глаза Куросаки: чем не извинения для короля? – И я не один... – Джагерджак нырнул за пазуху куртки и достал оттуда боровшегося с его неудобной хваткой Кона.

– Кон! Куда ты пропал?! – Ичиго перехватила львенка к себе на руки.

– Я не спас Нозоми, – печально произнес он и протянул ей маленький брелок в виде еще одного львенка. – Это все, что от нее осталось...

– Ничего, мы спасем ее, я тебе это обещаю, – потрепала она за ухо непривычно раскисшего Кона. Наверное, она выглядела вот такой же в глазах своих друзей. Кон прицепил брелок на прибор Урахары. – Талисман? – Мягко улыбнулась девушка, чувствуя, как в ней внутри растекается легкость и возрастает уверенность.