– …Мне не нравится эта идея Куросаки, – Гриммджоу не отставал.

– Это шанс и я воспользуюсь им, – не крича, Ичиго, сказала, как отрезала.

– Тогда я пойду с тобой, – уперся рогом арранкар.

– И я, – появилась еще одна заноза в задница в виде плюшевого льва, заразившегося от своей хозяйки манией «всех, всегда и ото всего спасать». Правда, масштабы Кона оказались менее глобальными: лишь одна девочка-синигами, что, в общих чертах, так роднило его с Секстой, желавшего отправиться в Сейрейтей исключительно ради нее самой.

– Нет. Вы не пойдете оба. – «Не потому, что вы не станете защищать иных синигами в развернувшемся новом сражении, – подумала Куросаки, – а потому, что я не смогу защитить вас…»

Эксперимент Урахары с созданием искусственной души и возвращению сил лишь с виду казался таким многообещающим, правдоподобным и оптимистическим. Однако, чтобы провернуть его со столь нестабильной душой, какая имелась у синигамо-пустой полукровки, одного лишь гения Кисуке было недостаточно. Тут оставалась самая малость, но малость запредельная: везение, удача, фортуна – как ни назови, но именно того, что Ичиго так часто не хватало с ее-то «счастьем» попадать в переделки и находить все новые и новые проблемы. Сколько раз она уже умирала? Сколько подставлялась под глупые удары? Сколько раз попадала в ловушки? И это все случалось с ней тогда, когда она имела в запасе титанические силы и способности. Да, благодаря им, как и бессменной воле к победе, а также всегда поспевавшей вовремя помощи друзей, Куросаки побеждала. Но сейчас… Без сил, без смысла, без подмоги… Она откровенно боялась навлечь на кого-то опасность вместо себя и было бы не правдиво говорить, что в этой связи она думала лишь о своем любимом арранкаре.

– Расслабьтесь, Гриммджоу-кун, – появившийся Урахара, переодетый уже в плащ, скрывающий реяцу, фамильярно похлопал Сексту по плечу. – У вас будет чем заняться, пока мы с Куросаки-тян станем пробираться в Сейрейтей.

Ичиго бросила беглый с благодарностью взгляд на шляпника: он все понимал не хуже нее и также не собирался рисковать понапрасну горсткой ребятишек, в число которых для него и великовозрастный Джагерджак вписывался с легкостью. Наверняка, и «кошка» попадала в эту когорту вместе с остальными, ведь недаром он до сих пор звал ее по-детски трепетно: «Йору-тян». В легендарном неуязвимом капитане он, по-прежнему, видел маленькую живую девочку, порхающую по саду и увлекающую его за собой заразительным смехом… И, наверное, этот талант Кисуке видеть в людях их юные и живые души срабатывал и для остальных. А, может, Урахаре просто нравилась эта роль няньки, прилипшая к нему с появлением в его жизни проблемной временной синигами и продолжавшаяся до этих самых пор: пребывающий в изгнании капитан возвращался в Общество душ, рискуя многим, но желал искренне вернуть Ичиго ее реяцу…

– А что за задание? – Все же догоняя шляпника где-то на полпути по тоннелю, Куросаки спросила о том, что ее подмывало: – Что за задание вы дали ребятам?

– А, это… – Усмехнулся Кисуке, но Ичиго могла разве что догадываться об этом: маскирующий плащ с капюшоном покрывал его полностью, оставляя виднеться лишь кончик острого носа, две мешающих прядки соломенных волос над ним, да блеск решительных серых глаз, не таких, как у Кучики Бьякуи, бесстрастных и самоуверенных, а живых, обнадеживающих, позволявших понежиться в лучах его позитива. С Урахарой было уютно, точно с отцом, а, может, даже лучше, ведь несмотря на окутанное тайнами, без сомнений, великое прошлое Иссина, все же не он воспитал из нее синигами, не он всякий раз помогал ей восстановить утраченные силы, не он постоянно приходил на помощь ей и ее друзьям, куда бы судьба не забрасывала их.

– Урахара-сан, так вы ответите?

– Я послал их в Общество душ иным путем, пока мы с тобой вошли через главный сенкаймон. Им поручено отвлечь на себя внимание рейгаев. С бушующей реяцу Секста Эспады, это будет вовсе несложно.

– Это безопасно?

Кисуке хмыкнул, будто говорил: «Обижаешь. Естественно».

– Им дан приказ не ввязываться в бой, но даже, если так случится – столь разношерстная компания твоих друзей справится с угрозой. А мы, тем временем, попытаемся незаметно прошмыгнуть в Бюро технологических исследований…

– Это оно и есть? Детище Кагерозы?

– Не думаю, что эта лаборатория у него единственная… Иначе мы бы сюда так легко не пробрались. Но у нас, кажется, есть все самое необходимое…

Ичиго заворожено смотрела на засветившуюся ярким сиянием куполообразную капсулу, в которую гениальный ученый и по совместительству безумный шляпник, вставил контейнер с остатками ее реяцу. Золотистая, она мгновенно слилась с красным, формируясь в заметный шарик, который, точно на подзарядке, принялся насыщаться цветом и твердой оболочкой.

– Вот та-а-ак, – довольно потер руки Кисуке, – придется подождать немного… Создание искусственной души – это трудоемкий процесс… – Он вдруг живо принялся что-то набирать на клавиатуре и пульте управления с сосредоточенно-пакостным видом.

– Э-э-э, Урахара-сан, а что вы делаете? – Заглянула ему через плечо Куросаки, достаточно хорошо разбиравшаяся в технике и программировании, она подметила: бегущие столбики закодированной информации и несколько окошек загрузок, явно не относились к их делу на данный момент.

– Ну, не сидеть же нам без дела… – Загадочно усмехнулся Кисуке, попутно выдавая нечто вроде грудного: «Бу-га-га-га!».

– Вы взламываете систему Бюро исследований. – Она присмотрелась. – И влезли в базу данных по душам плюс Кагерозы???

– Ну, не совсем его… Здесь все еще я начинал, более сотни лет назад, так что… Можно сказать, что я хакаю свое-родное... – Оба подленько захихикали: во времена, когда высокие технологии правят… любым миром, иногда поставить врага на колени может не только меч, а всего лишь один-единственный щелчок компьютерной мыши.