Куросаки и Урахара быстро неслись по бесчисленным коридорам Бюро технологического развития, больше похожим на лабиринты, нежели на переходы из одного уровня на другой. Ичиго прислушивалась к стуку гета шляпника и впервые порадовалась тому, что эта нелепая обувь была на нем в этот момент. Двигаться в кромешной темноте и тишине, спасаясь от преследующих их охранников, было бы сложнее для нее, хоть и вернувшей свою силу, но вовсе не в том желаемом ключе, на который рассчитывала временная синигами.

– …Что со мной? – Придя в себя на полу лаборатории, Куросаки встретилась с легким ужасом в зрачках сероглазого капитана-изгоя.

– Неприятные последствия того, что душа плюс не прошла полную подготовку, и, соединившись с телом, пробудила в тебе остатки сил пустого.

«Да-а, красотка, это я! – Заскрипел Хичиго. – Соскучилась поди?!»

– Поскольку твоя духовная сила сейчас не стабильна, то он в любой момент может вырваться на свободу.

«Упс… А вот и проблемка, правда?!»

– Что же теперь делать? – Ичиго старалась не обращать внимание на угнетающее присутствие своего Пустого, но не могла не замечать того, что он, борясь и подчиняя ее слабость, сейчас также смотрел на Урахару своим черным экзальтированно злобным оком.

– Нужно найти вторую лабораторию Кагерозы, чтобы завершить эксперимент и стабилизировать твою реяцу. Тогда, возможно, ты сможешь его вновь подчинить себе.

«Ага, щаз-з-з, размечтались!!!» – Хохотал Пустой, предвкушая полное фиаско своей королевы, совершенно расклеившейся, жалкой, наивной дурочки, которая слишком рано списала его со счетов.

«Заткнис-с-сь», – прошипела она в ответ и с трудом поднялась на ноги, возвращая неимоверным усилим воли свое тело только себе.

…Куросаки недоумевала, откуда Пустой взялся? Ведь перед битвой с Айзеном в расплату за Завершенную Гетсугу Теншоу, ей пришлось распрощаться с обоими духами в своей душе. Зангетсу и Хичиго исчезли, растворяясь в океане ее внутреннего мира навсегда, и, то, что сейчас происходило не укладывалось в ее голове, болевшей беспрестанно и сосредоточенной только на быстрых и частых шагах Урахары, стремящегося поскорее вывести их наружу.

– Здесь. Точно. Куросаки-сан, сюда, – прокричал ей Урахара и стал вбегать в просвет, показавшийся вдали.

Ичиго поднажала, но, выбежав на свет, врезалась в аккурат застывшего на месте Урахару.

– А мы уже вас заждались…

Рейгаи капитанов Хитсугая, Зараки и Кучики довольно уставились на попавшихся к ним в руки беглецов.

– Ксо! – Выругалась синигами и потянулась за Зангетсу, но… ухватила только воздух над своей головой. – Ксо! Ксо! Ксо!

«Опачки… Нежданчик? А это я Зангетсу прибрал к своим ручонкам… Хочешь сражаться, королева, выпускай меня…»

«Никогда!» – В душе вмиг вылезла вся та подзабытая отчаянная печаль, связанная с высвобождением Пустого на крыше Лас Ночес и поражением Улькиорры. Нет, она не хочет пережить этот ужас снова, не хочет отдавать свое тело, не хочет потерять контроль над разумом.

Куросаки нервно закачала рыжей головой, точно в ей голову залетели пчелы и, жужжа без умолку, жалили все внутри неимоверной болью.

– Похоже, Ваш Пустой играет с Вами, Куросаки-сан, – спокойно проанализировал картину Кисуке. Та коротко кивнула. – Держись, Куросаки-тян... Нам бы выбраться только.

Однако этим планам, казалось, не суждено было сбыться: новые тени выросли перед ними, и теперь число рейгаев увеличилось вдвое. Урахара покосился на рыжую девушку с нестабильной реяцу за его спиной, к тому же безоружную и с норовившим то и дело вырваться наружу Пустым. Расстановка сил – явно не в их пользу. Он извлек из своей трости занпакто и снял капюшон:

– Я попробую их задержать, Куросаки-сан, а Вы попытаетесь прорваться в лабораторию Кагерозы.

– Чего? Урахара-сан, вы же не собираетесь?.. – Глаза Ичиго удивленно захлопали на человека, явно жертвовавшего ради нее самой. Опять. Сначала Йоруичи. Теперь он. Они были так похожи, но ради чего?.. – Нет, – покачала она головой, – я не пойду!

Кисуке покачал головой и хмыкнул, пряча слабую усмешку в уголках рта: повзрослевшая синигами осталась все такой же упрямой, как и однажды заявившийся к нему неуравновешенный подросток.

– Яре-яре, неужели ты думаешь, что такой знатный мужчина, как я, позволит девушке подвергаться опасности? Куросаки-тян… Беги, – он ткнул ей в ладонь капсулу с реяцу и вскинул Бенихиме перед собой, готовый к нападению и отражению атаки противника.

Хищные глаза лже-Зараки пробило синим свечением, и он, растянувшись в дикой довольной ухмылке, с криком понесся на шляпника…