Шрифт:
– Не обращай внимания, Урахара всех посетителей зовет в приторно-ласкательной форме.
– О, Рукия-тян! – усмехнулся тот прозорливости юной Кучики, а сам посмотрел на Ичиго так, точно просканировал все ее клетки. Не сумев подавить в себе довольную улыбку, торговец спрятал ее за веером, сопровождавшим его повсюду. Уже поверх него на Куросаки не без острого интереса продолжали смотреть смеющиеся серые глаза, которые подозревали многое, но, в то же время, требовали от завязавшегося знакомства время на проверку догадок и предположений.
Немного позже, в тот день, когда Йоруичи взялась обучать Ичиго практике высвобождения банкая, любопытство Киске было полностью удовлетворено. И не без помощи самой Йоруичи, которая нахально заявилась в чем мать родила перед такой же нагой Ичиго, исцеляющей свои раны в горячем источнике.
– «Клубничка-кун» – это таки Клубничка-тян! – закричала радостно бывшая капитан Шихоин, не успев появиться на пороге тренировочной площадки под магазинчиком Урахары. Богиня скорости в мгновение ока подскочила к своему другу детства и запрыгнула ему на спину, обнимая за талию и плечи.
Ичиго замерла и сердито попеняла своей наставнице:
– Йоруичи-сан, вы же обещали не рассказывать этот секрет никому!
– НИ-КО-МУ я и не расскажу, – усмехнулась кошка хитро, – но про Киске у нас уговора не было. – Чмокнула она друга в небритую щеку. – К тому же – за ним должок…
– Ах, Йору-тян… – протянул довольный Урахара. Видно было, что ребяческое поведение давней подруги не просто забавляло его, но и приводило в неописуемый восторг. Он достал из кармана мешочек со звенящими монетами и через плечо перекинул ей.
– Эй! Вы, что, спорили на меня?! – завопила Куросаки злобно.
– Фи, как грубо… Ичи! – принцесса Шихоин деланно изобразила недовольство, но потом расплылась в улыбке: – Мы просто проверяли, кто из нас прав. Тем более, на кону победителя ждала слишком соблазнительная награда!
– Вы хотите сказать, Урахара сомневался, что я – девушка? Ни в жизнь не поверю!
– Твоя правда! Урахара раскусил тебя с первого же появления…
– Но ведь награда досталась вам!
– МОЯ награда, – уточнила она. – Но кто тебе сказал, что ОН также спорил со мной на деньги… – Йоруичи загадочно улыбнулась и вновь, со смаком, чмокнула Урахару в щеку.
Ичиго передернуло. Эти двое – самая омерзительная парочка, которую она когда-либо видела. Никаких комплексов, никаких принципов, никаких угрызений совести…
С тех пор утекло немало воды, но Ичиго довольно быстро изменила свое отношение к шляпнику и его кошке. Не смотря на показную несерьезность и легкомыслие, они всегда отвечали за свои слова и непременно приходили на помощь своим товарищам. О секрете Куросаки в Сейрейтее никто так и не узнал, более того, его сохранность была также поставлена на контроль и в Мире живых. Благодаря старательно стиравшему всем память Урахаре, никто из одноклассников Ичиго, а, тем более, случайных свидетелей, так и не проведал, кто же такая Куросаки на самом деле. Стоило ли говорить, что Йоруичи, в свою очередь, пресекала любые слухи и подозрения, возникавшие по поводу временной синигами и в Обществе душ. Несмотря на такую самоотдачу, пара бывших капитанов отнюдь не поддерживала «игру» Куросаки, но, как люди, умудренные жизненным опытом, старались не противостоять даже самым глупым решениям человека, ставшего лишь в начале своей судьбы и которого впереди ждала еще долгая дорога проб и ошибок. Именно за такое невмешательство Ичиго больше всего и была им благодарна…
– Куросаки-кун? – растянулся в улыбке Урахара, открывая дверь гостям. – И Рукия-тян? И Исида-кун? И Садо-кун? Чем обязан столь массовому визиту в мое скромное жилище?
В гостиной Тессай уже разливал чай по приготовленным заранее чашкам. Интуиция Урахары, в отличие от предчувствий Ичиго, срабатывала, как часы. Рассевшись, ребята не стали мешкать и сразу огорошили продавца самыми невероятными версиями о внезапном исчезновении Орихиме. В середине разговора к чаепитию присоединилась Йоруичи в привычном образе черного кота. По ее реакции было заметно, что новость о сегодняшнем событии вовсе не застала ее врасплох, впрочем, как и Урахару тоже.
Куросаки, которая провела достаточное время с этими двумя, сразу почувствовала недосказанность в воздухе и спросила, как обычно, без обиняков:
– Йоруичи-сан, скажите честно: вы были в Готее-13? Там что-то знают об инциденте с Иноуэ?
– Да, была. Да, знают. Но вам не понравится то, что я расскажу.
– Говорите, прошу вас, Йоруичи-сама, – сохраняя хладнокровное спокойствие, Рукия выразила общее мнение. В сущности, каждому из присутствующих было не все равно, что именно произошло с Иноуэ, но еще больше сейчас их интересовал главный вопрос – жива ли она?
– С Иноуэ Орихиме все в порядке, – точно подслушав мысли, ответила Йоруичи. – Но в Сейрейтее ее объявили предателем.
Куросаки, Исида и Чад подскочили со своих мест в совершеннейшем смущении.
– Как?!
– Почему?!
– За что?!
Орихиме? Предатель? Как такое возможно? Казалось, оба эти слова в принципе нельзя было употреблять вместе, ведь не существовало человека преданнее и ответственнее, чем обладательница целительного Шун Шун Рикка. Сколько синигами было спасено ее силами, и теперь эти же люди в черных одеждах объявляли ее «предателем» вот так, запросто, за глаза…