Заткнись!

Господи, замолчи!

Просто молчи!

Дрожь в теле никак не хотела проходить.

Не смей говорить этого, Претти! Не вздумай! Ты не должна…Нет…

– Эй, - девушка вдруг засмеялась, - ее теплые пальцы прошлись по моей щеке, вытирая непонятно откуда взявшуюся влагу, - кажется, я впервые вижу, чтобы ты плакала.

Я отвернулась, не могла смотреть ей в глаза, все, что угодно, лишь бы не эти чистые карие глаза. Внимание привлекла урна, в которую несколько минут назад полетела пачка тонких сигарет:

– А это было зачем?

Подруга непонимающе проследила за моим взглядом и нервно хлюпнула.

– Думала так будет легче, ну, знаешь, сигареты успокаивают нервы, все дела, но, видимо, это не для меня. – Нора сделала глубокий вздох. – Не говори Натану, хорошо? Ничего не рассказывай, особенно о том, что плакала и пыталась курить, не хочу, чтоб он винил себя.

– Хорошо… – я все еще была обескуражена поведением своей коллеги.

– Я рада, что мы поговорили, Вен, – подруга крепко обняла меня, –нужно возвращаться, смена Кассандры уже закончилась.

Я молча следила за тем, как Претти развернулась, глубоко вздохнула, хлопнула себя ладошками по щекам и умчалась обратно в магазин, оставив меня в полном одиночестве.

Я облокотилась на холодную стену, просто возьми себя в руки, Бэйт, просто дыши глубже.

Вдох…выдох…вдох…выдох…

Это же так просто.

И в голове эхом отзывается голос проклятого вампира, тихий, соблазнительный, слишком нежный:

«Дыши со мной…»

И хочется вырвать воспоминания с корнем, втоптать их в асфальт, раздавить, уничтожить, чтобы никто и никогда не посмел бы даже заикаться о произошедшем.

И приходится собрать всю свою выдержку, чтобы не разреветься словно маленькой девочке, согнуться пополам, мечтая о том, чтобы боль где-то там в груди, где теперь на месте сердце находится жуткая черная дыра, поутихла.

Но глупо, это каждый знает, от такой боли нельзя избавиться…

А может все не так плохо? Может именно это конец моей черной полосы? Что если теперь все наладится? Кай, получив свое, исчезнет из моей жизни. Натан, потеряв и Нору, уедет домой, а я смогу вернуться к своей работе, снова став обычный наемником, и никаких больше кременианцев, всадников, книг и агнцев…

– «Дура наивная,» - стебется альтер-эго, переложив ногу на ногу, – это все слишком хорошо, чтобы произойти с тобой.

И, словно для того, чтобы подтвердить слова предательского кусочка подсознания, этим же вечером на экране моего телефона возникло до боли знакомое имя. Имя, о котором я мечтала забыть раз и на всегда…Тот, с кем я не хотела больше иметь никаких общих дел.

– Ну что, пришла в себя? – в трубке раздается гадкий смешок, обрывающий последние нотки здравого смысла, и я, сама себе поражаясь, отвечаю ровным холодным голосом.

– Нет, Кай, чтобы ты не попросил, нет!

– Постой-ка, лисенок, у нас уговор. – голос продолжает ласкать барабанные перепонки, видимо, не понимая, какой болью это отзывается в груди.

– Я сказала нет, Кай! Зачем тебе помощь шлюхи?
– слова звучат слишком резко, во рту все пересыхает и хочется забрать их обратно, насильно запихнуть в глотку и проглотить, игнорируя тошноту.

– Пушистик… – предостерегающее шипение.

– Исчезни из моей жизни! – выходит как-то слишком устало. – Сам разбирайся со своим Бессмертным! Мне нет дела до тебя, до твоей чести и до ваших дебильных кременианский правил! Прежде чем ты сейчас начнешь читать мне морали на тему того, что меня захотят убить, я поясню: мне плевать, я давно готова! Всего тебе хорошего в этой жизни, надеюсь, наши пути больше не пересекутся.

И, не дав вампиру ответить, сбрасываю звонок, падаю на мягкие подушки, лежащее на диване, и закрываю глаза.

Я запретила Леиту, Шэйну и Ранди приближаться к своей квартире, Каю же, понятное дело, дорога сюда была перекрыта здоровенными красными лентами с надписями: «Не входи! Убьет!» и «Сгинь мерзкая пиявка!».

Мне нужен был покой, я хотела побыть в одиночестве…

Следующим вечером телефон снова разрывался от звонков, громко ругаясь словами, которых девушке знать не положено, я схватила задолбавшую трубку и уставилась на экран.

Номер не определен.

С губ сорвалась усмешка, да неужели! У кого-то проснулись отцовские чувства?

Нажимаю «принять вызов» и прикладываю мобильник к уху:

– Ало, ало! Позабытая папаней дочь на связи.

– Венди! –голос Матиаса звучал совсем недружелюбно, что ж, ему же хуже.

– Что? Хочешь спросить, как у меня дела? Паршивенько, откровенно говоря, сижу вот дома, скучаю, вспоминаю старые добрые времена, а ты там как?

– Немедленно приезжай в мой офис! – делая нелепые паузы после каждого слова, практически прорычал глава спец. подразделения.