— Падший ангел Велиал, ты препятствуешь воле Отца, — помедлив, произнёс ангел, не сводя, впрочем, глаз с меча противника. Стоящие за ним подчинённые тут же встали в боевые стойки, явно намереваясь атаковать при первой же необходимости.

— С какого перепуга я ему в чём-то препятствую? — поинтересовался Велиал, и меня снова спрятали за спину, словно это было какой-то игрой.

— Мы должны забрать дитя, — повторил Орфаниэль. — Большего нам не нужно. После нашего ухода делайте, что хотите.

— Она принадлежит мне. Целиком и полностью. Согласно долбаным правилам, которые Он для нас и придумал. Пункт восьмой, подпункт семь: любой договор с Диаволом заключивший, отдаёт ему бессмертную душу и тело своё земное. Прости, не ношу с собой копии, но тебе наверняка должны были выдать её как главе Силов. Если нет, то имеешь полное право требовать по возвращению в Эдем.

— Мне всегда казалось, это пункт двадцать, — поправил его Марбас, поигрывая ножом. Каждое его движение — бросок и поимка орудия убийства — заставляло остальной ангельский отряд нервно наблюдать и за ним тоже. Относительное равнодушие к его действиям сохранял только Орфаниэль.

— Нет-нет. Начиная с пятнадцатого там про жертвоприношения, — покачал головой король.

— Вообще-то, с двенадцатого. Там начинается про призыв, и сразу за ним — про жертвоприношения, — вставил Асмодей, вытягивая в сторону ещё одну руку, в ладонь которой скользнул какой-то свиток. Он стоял, едва подавшись вперёд, и всем видом показывал, что отступать не намерен. Вначале мне показалось, что свиток был ничем иным, как сводом правил, упомянутых только что падшими, но судя по тому, как ангелы неожиданно разом, как по команде, сделали шаг назад, пергамент был куда опаснее, чем казался на первый взгляд.

Орфаниэль же не шелохнулся, продолжая смотреть на советника короля, едва щурясь. Асмодей лишь криво улыбнулся на это.

— Вам простили смерть ангелов, но, на мой взгляд, зря. Вы не умеете быть благодарными, — прошептал глава эдемского отряда, перебирая пальцами древко своего копья.

— Хочешь развлечься? — Велиал посмотрел на Роберта. Тот молча кивнул. — Право, не вижу причин тебе запрещать. В другой раз, может, и не позволил бы, но раз уж сам Орфаниэль пожаловал, то кто я вообще такой, чтобы препятствовать тебе?

И в эту же самую секунду, словно услышав решение Велиала, двое сопровождающих Орфаниэля ангела сорвались со своих мест.

Асмодей резко развернул свиток, держа его в одной руке — его поверхность оказалась усеяна множеством рун, написанных от руки чернилами. Я сразу узнала почерк Роберта. Какие бы закорючки он ни рисовал, а эти чёрточки никуда не делись. Они медленно и угрожающе переливались то жёлтыми, то красными оттенками и немного коптили.

Ангелы, начавшие было атаку, разом замерли.

— Руны лже-богов? — один из ангелов неожиданно отступил ещё на один шаг. Второй тоже было дёрнулся, но, видимо, передумал в последнюю секунду. Воздух, казалось, трещал от напряжения, которое возникло между двумя этими противоборствующими группами.

Ни одна из сторон не спешила первой вступить в бой, и я, кажется, начала понимать почему: Роберт сам по себе слаб, Велиал вчера был сильно ранен и наверняка не успел залечить все раны, и Марбасу придётся фактически в одиночку отражать атаку эдемского отряда. И всё бы ничего, но главного преимущества — внезапности — он лишён, и от этого уязвим. Единственное, что, возможно, останавливает посланцев Неба, — свиток, что держит библиотекарь.

Это те самые руны, которые хотел отдать мне король?

Я попыталась различить хотя бы парочку из написанного на бумаге. Интересно, они и по отдельности годятся для заклятия?

— Что, жить все же захотелось? — бумага в руке Асмодея начала медленно тлеть и осыпаться. — Надо же. Не такие у вас и куриные мозги, как пытался убедить меня Азазель.

Как только начинали заниматься написанные символы, они, красно-золотой струйкой перетекали на руку демона и исчезали под краем рукава.

— Вы в своём уме? Тут же люди недалеко! — подал голос второй ангел. Голос неожиданно был женственный, хотя, судя по форме нагрудного доспеха, это был мужчина.

Я посмотрела на Велиала, Марбаса. Перевела взгляд на Роберта, потом на Орфаниэля и его подчинённых. Все они были между собой чем-то похожи. Какая-то общая черта прослеживалась среди них всех. Всех, кроме Асмодея, — он так же неуловимо отличался от них. Но я никак не могла понять, чем.

Кажется, ангелы изначально были андрогинами. Наверное, по этой причине я с трудом угадываю их пол. Или пола у них вовсе нет? В легендах они были бесполыми, насколько мне помнится. Интересно, что ангелы, которые остались в Эдеме, не приняли опыт падших собратьев и в большей части сохраняли свою дарованную с момента создания внешность.