— Если вы хотите знать, не появился ли у меня «тайный поклонник», то нет, — потом тихо ахнула и приложила руку ко рту, испугавшись собственных слов.

— Что стряслось? — встревожился Охотник, не отрывая пристального взгляда.

— Ничего, — поспешила успокоить его Герда. — Просто вспомнила, как в одной книжке девушка описывала своего возлюбленного. Кажется, это был Ходок.

Николя снисходительно улыбнулся.

— Не стоит слишком близко к сердцу воспринимать то, что написано в книжках.

— Знаю, это глупо. Мой отец всегда говорил об этом, — Герда потупилась, погружаясь в воспоминания о родительском доме.

— Не глупо, просто так никаких нервов не напасешься, — он ласково провел рукой по ее волосам. Она доверчиво свесила голову ему на плечо.

Дальше сидели молча. Окончательно стемнело. На ночном небе вместе с белесым озерцом убывающей луны расцвели замысловатые звездные узоры. Они отличались от тех, что она привыкла видеть в Дрисвятах, но не слишком сильно. Словно расстеленная над головой карта чуть-чуть сдвинулась с места, и Герда увидела ее с другой точки. Она перевела взгляд на Николя. Тот тоже внимательно изучал звездное небо.

— Хорошо, — сказала Герда, вдыхая морозный ночной воздух полной грудью.

— Да, — легко согласился Охотник, поплотней укутывая их в плед.

***

Следующие несколько дней Николя был поглощен поисками Ходока — обошел все укромные места в Упсале, переговорил с соседями, даже гончих приводил. Ими оказались здоровенные борзые собаки с рыжеватой шерстью и страшными светящимися желтым глазами. Острый нюх позволял им учуять зайца в десяти верстах, но найти Ходока оказалось не под силу — гончие постоянно возвращались к усадьбе Охотника. В конце концов Николя сдался и решил ждать, пока Ходок себя не выдаст.

Финист быстро шел на поправку и вернулся к занятиям со своими учениками одновременно с Николя. Герде пришлось признать, что она скучала по их длительным прогулкам и неловким беседам. Нянчиться с Финистом оказалось не так уж весело, особенно когда он начал откровенно симулировать и давить на жалость. Дневник Лайсве Герда почти не открывала, увлекшись поиском сведений о Ходоках. Уж очень хотелось помочь Николя в его поисках, ведь он всегда приходил домой такой удрученный после очередной неудачи. Но о Ходоках в книгах говорилось не больше, чем о троллях. Лишь то, что Герда и так знала.

На первое после вынужденного перерыва занятие Герда шла в приподнятом настроении, предвкушая если не веселую игру, то хотя бы нечто занимательное, поэтому предельно серьезный тон учителя немного смутил:

— Сегодня мы попробуем кое-что новенькое. На самом деле готовить тебя к этому я начал уже давно, просто не вдавался в подробные объяснения, чтобы не путать. Но сейчас, мне кажется, пришло время разложить все по полочкам.

Герда недоверчиво глянула на него. Николя подбадривающе улыбнулся и продолжил:

— Твой дар, отражение, может работать в двух направлениях: защита и взаимодействие. В первом случае он отражает или перенаправляет силу, которую ты воспринимаешь, как враждебную, — для демонстрации Николя без предупреждения запустил в Герду снежком, который она тут же отбила. — Во втором он увеличивает или перенаправляет силу, которую ты воспринимаешь, как дружественную. Мы начали тренировать именно первое направление, потому что ты легче реагировала на прямую угрозу, чем на взаимодействие. После того, как ты успешно научилась защищаться, я постепенно подводил тебя ко второму направлению. Собственно, все, что мы делали в последнее время — синхронизация дыхания и действий — направлено именно на то, чтобы ты научилась взаимодействовать. Сейчас мы подошли к последнему этапу, на котором ты должна будешь полностью передо мной раскрыться. И тогда ты беспрепятственно сможешь воспользоваться моей силой.

Герда сглотнула. Его слова звучали очень непонятно и устрашающе. «Интересно, что значит «полностью раскрыться»? Надеюсь, ничего такого, от чего мне потом будет стыдно. Хотя вряд ли такого оборота можно опасаться с мастером Николя».

— Что… — Герда закашлялась от волнения. — Что я должна делать?

— Доверься мне, — улыбнулся Охотник. — Повернись спиной.

Герда пожала плечами и выполнила кажущееся простым и безобидным повеление. Но когда Николя долго буравил ее спину взглядом, сделалось очень не по себе. Пришлось терпеть. Ничего не происходило. Не видя глаз, Герда не понимала, о чем он думает и что хочет сделать. Неизвестность пугала. Закрыв глаза, попыталась сосредоточиться на дыхании. Это всегда успокаивало. Как только удалось совладать с собой, сзади донесся командный голос Николя:

— Отклоняйся назад. Медленно.

Герда повиновалась. Согнув колени, наклонилась настолько низко, насколько могла удержать равновесие.

— Еще, — потребовал Охотник.

— Не могу, — испугалась она.

— Попробуй.

Опустившись еще самую малость, Герда почувствовала, как тело натянулось, словно струна. Мышцы болезненно ныли. Даже на дыхании сконцентрироваться не получалось.

— Я упаду, — взмолилась она.

— Падай, — легко согласился Николя. В тот же миг ноги подкосились. Герда, будто подломленная, полетела назад и тут же оказалась в руках Охотника.