На следующий день, она уже стояла перед большим офисным зданием и искала среди вывесок психологический центр. Но таблички не было. Она хотела уже было уходить, сочтя это розыгрышем, но вдруг дверь открылась и на пороге показалась элегантная молодая женщина в строгом светлом костюме и очках с затемненными стеклами.

– Вы на собеседование?

– Да. Я звонила вчера и мне назначили встречу на 11 утра.

– Меня зовут Анна. Пойдемте со мной.

И она повела ее по длинным коридорам куда-то вглубь здания.

Комната была самой обычной и скудно обставленной: два стула с жесткими спинками и письменный стол, на котором лежала папка и синяя ручка. Свет от большого окна во всю стену падал на одинокую плошку с фикусом - единственное украшение спартанской обстановки.

– Что-то у вас мало желающих.- окинув взглядом помещение, удивилась она.

– Ну что вы, напротив много.
– отозвалась Анна.
– Но у каждого свое время, к которому он должен прийти. Вы садитесь, я сейчас дам вам анкету, заполните и можете идти.

В течение получаса ей рассказывали о центре психологических исследований, о научных разработках и экспериментах, а в конце их беседы женщина протянула ей листок с вопросами. Это была самая обычная анкета, которых она заполнила в последнее время великое множество, бегая в поисках работы, и, оставляя во всех возможных и невозможных вакантных местах, свои данные. Только в самом конце от нее потребовали указать группу крови, резус фактор и на какие лекарства есть у нее аллергия.

– А это зачем еще?- удивленно спросила она у Анны.

Все время, пока она царапала ручкой по листку, та сидела очень прямо и внимательно разглядывала ее .

– Вы же принимаете участие в эксперименте, и может потребоваться медицинская помощь. Мы должны знать, что вам дать в случае непредвиденных обстоятельств.

– Каких обстоятельств? И в чем заключается эксперимент?- Теперь , когда анкета была заполнена, она постаралась немного расслабиться. Почему-то придя сюда на собеседование она чувствовала необъяснимое волнение и тревогу, да и сидевшая напротив женщина непонятно почему вызывала в ней раздражение.

– Вам предстоит попасть в не привычную для вас среду и провести там несколько дней.

– Сколько провести?

– От трех дней до недели. Ничего страшного или опасного, но нам нужно подстраховаться.

– Ладно. А деньги я, когда получу? Вы говорили о 10 тысячах.

– Все правильно. Как только эксперимент закончится на ваш счет, который вы указали в анкете, будет переведена сумма. Вам нечего волноваться.

– А если ваш эксперимент будет не удачен? То, что ж, денег не будет?

– Деньги вы получите в любом случае. Исследование, которое мы проводим, хорошо финансируется, а эксперимент не может быть не удачным. Для нас важен любой результат.

На том они и расстались. Анна обещала, что уже этим вечером ей позвонят и вышлют за ней машину, которая и привезет ее на место.

Все случилось именно так: в десять раздался звонок , и через пятнадцать минут она уже сидела в стареньком Форде, который увозил ее куда-то из города. Шофер не разговаривал с ней. Вначале она попыталась с ним заговорить, но он упорно молчал, и она оставила все попытки. Еще она запомнила его перчатки на больших руках. Обычно мужчины носят простые, а эти были с причудливым узором из переплетенных косичек и выбитыми маленькими дырочками на каждом пальце. Да, перчатки, это, пожалуй, последнее, что она запомнила четко, дальше ее стало клонить в сон, а может быть и немного укачало, но последнее что осталось в памяти это небольшое строение, находящее в каком-то безлюдном месте. Потом она вышла из машины и почувствовала укол в шею...

Голова болела все сильнее, она прикрыла веки и застонала. Перед глазами появились оранжевые вспышки, казалось , что внутри нее что- то горит и вот-вот прорвется наружу. Она открыла глаза, но потом вновь их закрыла. Вокруг была такая непроницаемая темнота, что разглядеть что-либо не представлялось никакой возможности. Глухая темнота, не пропускающая никаких посторонних звуков, кроме равномерно капающей где-то далеко воды.

Неожиданно ей стало страшно. До этого момента она храбрилась и не желала признаться себе, что все оказалось со всем не так, как ей расписывали в офисе. Если это они называют экспериментом, то тогда за избиение нужно однозначно доплатить. Но голос внутри нее настойчиво говорил, что то, что с ней произошло, мало напоминает психологическое исследование по изучению поведения человека. Место, в котором она оказалась, больше всего похоже на клетку. И почему с нее сняли верхнюю одежду и обувь? Сейчас март месяц и температура держится около нуля. От холода она не умрет, но пневмонию может заработать. И еще никто ей не сказал, что она будет находиться в темноте. Если бы она знала, то сразу бы отказалась, несмотря на то, что нужны деньги....

Темноты она боялась с детства. Ей всегда казалось, что темнота вокруг нее живет какой-то своей жизнью. В детстве она забиралась под одеяло и там долго лежала, почти задыхаясь от ужаса, боясь выглянуть и встретиться с ней глазами. Да, ночь для нее всегда имела лицо и большие, смотрящие желтым, глаза. Тусклый свет проникал в ее комнатку из коридора от висевших на стене светильников : два одинаковых круга, дрожащие и колеблющиеся при сквозняках, которые во всю гуляли в их старом доме. Два желтых глаза и треск половиц, напоминающий шаги , которые раздавались все ближе и ближе к ее комнате. Дверь никогда не закрывалась плотно, и сквозь щель можно было увидеть огромную черную тень с горящими глазами, которая проскальзывала к ней и останавливалась рядом с ее кроватью, покачиваясь и постанывая, приобретая очертания кого-то высокого, облаченного в плащ с капюшоном из которого тянулись длинные сухие мертвые руки... Она тогда вся сжималась в комочек под одеялом, крепко зажмуривала глаза и тихо лежала, боясь даже дышать. Потом скрип в коридоре стихал, и она осторожно выглядывала из своего убежища и потом лежала, не сводя взгляда с дрожащих желтых глаз, пока сон не одолевал ее. Иногда он снился ей: черная фигура в плаще с горящими глазами, руки с длинными крючковатыми пальцами, которые тянулись к ней и срывали одеяло. Тогда она просыпалась от крика и долго не могла успокоиться. Включала свет и начинала считать. Счет ее всегда успокаивал. С цифрами все было понятно и просто. Два плюс два могло быть только четыре, и это было прекрасно. Вот так считая и решая в уме примеры, она справлялась с Черным человеком, который жил в ее доме и засыпала под утро, когда в комнату сквозь плотные шторы начинали проникать солнечные лучи.