– Хорошо, вечером в шесть у тебя буду, давай съездим, поговорим с этим собачником, - к вечеру, надеюсь, оклемаюсь, на пик еще не выйду, но на допрос обычного человека сил хватит.

Отчитавшись по работе и поболтав еще немного о том - о сём, Костин удаляется, оставив Баринова с нами. Зову к столу всех, даже китайцев.

– В общем-то, с Костиным, если выгорит, это будет последнее дело. В Питере уже даже работа нас дожидается, - это я персонально Боку говорю, пусть знает, что времени на раскачку нет, - Там, конечно, пока ерунда, пару площадок охранять, но с чего начать уже есть.

Капитан кивает, принимая мои слова к сведению.

– Четверо костинских с нами просятся, брать?

– На твое усмотрение, тебе с ними работать. Ну, и, чтоб с Ярославом не поссориться, он у нас такой, обидчивый, - Саша опять кивает, успел уже изучить характер директора, - Если у кого еще кто есть на примете, давайте, переманивайте. Я думаю, нам на первое время человек двадцать точно потребуется, потом посмотрим на месте, - это я уже ко всем сразу обращаюсь.

Шаман с Земелей что-то прикидывают про себя, а Борис с профессором недоуменно переглядываются, у них таких знакомых нет.

– Олег, Алексей, рассчитываю, что вы первое время в агентстве на постоянной основе поработаете, пока себе замену не найдете и не выучите. Иначе Александр Владимирович совсем зашьется, - пилоты молча подтверждают, это, хоть и не оговаривали специально, но подразумевалось по умолчанию.
– По агентству вроде бы все? Бок, с тобой подробности потом отдельно проговорим. Теперь по переезду: Боря, не передумал?

– Нет, уговор в силе, - непонятно для остальных отвечает Чёрный.

– Тогда на днях все оформим, и в Питер с нами, - юноша заметно расслабляется, до сих пор наш договор был исключительно устным.

– Александр Леонидович, у вас неделя на сборы, к осени мы должны переехать. Помещение мы с Олегом присмотрели, пока примерно то же самое, что и здесь. Разбогатеем - устроимся получше.

– На нынешнем этапе этого хватает. Хотелось бы только еще алексиума для опытов, тот, что был, уже истрачен. Про помощников я вам уже говорил, в одиночку я долго собирать все буду, а Борю не ко всем приборам подпускать можно.

– Будет, и алексиум, и помощники, - примерно килограмм драгоценного вещества еще замочен в баке в подсобке, да еще по лесам местным стоит пробежаться. Есть у меня пара мест, примеченных зимой, где метеориты явно водятся. Просто из-под снега их нереально было достать тогда, а потом руки не доходили. Жаль, что золото для меня так же не видимо, а то бы совсем как сыр в масле катался.

– Витя, ты едешь с нами, - успокаиваю заметно перетрухнувшего механика, - Вопрос с Ямой решу в ближайшее время, но, извини, твоего мнения спрашивать не буду. Насчет семьи - думай сам, мне все равно. Но на твоем месте я бы сразу их не тащил, с жильем там пока неизвестно как будет. Лучше чуть осмотримся, потом дам время на переезд. Грузовик у "Кистеня" мы заберем в обмен на трофейные доспехи, с Костиным это уже обговорено, так что перевезти вещи будет на чем.

Жирнов встряхивается как собака, сбрасывая напряжение. Жизнь с нами намного лучше, чем в долговой яме, тем более, что я регулярно подбрасываю ему деньжат для семьи. Свободным он конечно больше бы заработал, но он и так слишком дорого мне обходится, так что роптать ему не с чего. С другой стороны, как механик, он - гений и профессора понимает с полуслова, когда тот именно по этой части с ним общается, так что денег на него жалеть не стоит.

Раздав всем ценные указания, какое-то время отвечаю на вопросы, после чего народ расходится, а я поворачиваюсь к двум оставшимся персонажам.

– Теперь с вами, голуби мои сизокрылые. Ничего мне рассказать не хотите?

– С У и Чжоу все в порядке, хозяин, - удивительно чисто без ожидаемых "сю-сю" отвечает Ван. Темная лошадка Ли, как обычно, молчит, он из этой четверки, а теперь уже двойки, самый незаметный.

– Они вернутся, хозяин, найдут вас. Это семейные дела, - чуть-чуть открывает тайну мой повар.

– И в Петербурге найдут?

– Обязательно, хозяин.

– Я теперь вам не хозяин, объяснял ведь уже!
– немного досадую на режущее слух обращение.

– Мы поняли, хозяин, - как попугайчик продолжает твердить одно и то же Ван.

– Черт с вами, зовите как хотите, - всё они прекрасно поняли и про вольную, и гражданство, иначе бы У и Чжоу не смылись бы так быстро по своим "семейным делам", но звать меня хотя бы по имени-отчеству отказываются наотрез. Хотя пару раз проскакивало "мастер" или "шеф", что для меня привычнее. Надеюсь, со временем целиком перейдут на это обращение.

– В Питер со мной едете?

– Конечно, шеф, когда собираться?
– Ли редко подает голос, но именно он первым уловил мой настрой. И, кстати, у него тоже волшебным образом исчезает так раздражавший меня акцент.

– Неделя где-то на улаживание дел точно есть, а там и в путь. Ко мне вопросы есть?

– Пока нет, шеф, - почти синхронно кланяются китайцы.

Провожаю их хмурым взглядом. К хорошему быстро привыкаешь, а эта четверка, временно ужавшаяся до двойки, целиком и полностью взвалила на себя все обязанности по нашему обслуживанию. Ван готовит с каждым днем все лучше и лучше, ориентируясь исключительно на мои вкусы, да еще на всю нашу ораву. Когда я последний раз стирал себе что-то, я вообще уже давно забыл: все вещи в идеальном состоянии развешены за ширмой, заменяющей мне шкаф. Не сомневаюсь, что и мой сегодняшний багаж уже давно разобран, рассортирован и прибран по местам. С этой точки зрения они незаменимы. Может, зря себя накручиваю? В любом случае, с моими тянущимися из детства неприятностями связаны они быть никак не могут, так что пусть остаются.