– Судя по всему, она сильно нервничала... выпила с вином снотворное...

– Ну и что?
– растерялась я.
– Разве от этого умирают?

– Ну... не все лекарства можно смешивать со спиртным... а может, и доза была слишком большой... пока неясно. Вскрытие все выявит.

– Что?
– хрипло прошептала я. Голова моя кружилась от избытка неправдодобной информации. Я, наверное, все еще спала, спала! Это не могло происходить в реальности!
– Какое вскрытие?!

– Надо узнать, что произошло, - пожала плечами Ядвига. Взгляд ее нисколько не потеплел за время нашей беседы, и подозрительности в густо подведенных глазах не убавилось.

Я мимолетно отметила ее яркий макияж: алые губы, смоки-айс, идеальный тон... интересно, когда она успела?! Спать легла с гримом на лице или же прихорошилась на рассвете?

– Я так понимаю, что Проекту конец...
– пробормотала я, содрогаясь. Все зря, все...

– Вас только это волнует?
– брезгливо осведомился Эрнест, поднимая брови.

– Вовсе нет!
– вспыхнула я. И не врала! Видит Бог, меня сейчас волновало совсем другое... я была уверена, что еще не раз увижу в кошмарах ту жуткую ночь, когда бездумно подсыпала в вино сопернице безвинный с виду порошок... не понимая, к чему это приведет. И сравнивала себя с Миледи, дурочка! И шутила о "не смертельной дозе"! Как глупо...

– В любом случае, Проект закрыт. Победитель очевиден.

– Что? какой победитель?
– я непонимающе воззрилась на них.

Ядвига посмотрела на меня с жалостью.

– Вы, Камилла... Вы!

* * *

Я зашла попрощаться с ней. Или, скорее, убедиться, что судьи не врали, не преувеличивали...

Увы, все оказалось правдой, отвратительной и пугающей.

Василиса лежала на больничной койке, бледная до синевы. Я склонилась над ней... ее лицо было странно умиротворенным, непривычным... смерть стерла с него следы агрессии, усталости, раздражения... казалось, женщина просто спит, сладко спит и видит чудесный сон...

Но, увы, она не спала. Она умерла... или умирала. И я (я!) стала тому причиной. Пускай и невольной...

Остается надеяться, что игра стоит свеч... и жертв.

Ведь я победила. Ужасной ценой... но победила.

...конец дневниковой выдержки...

Эпилог

Выдержка из дневника Камиллы

Все плыло перед моими глазами, комнату заволок туман. И не только комнату - мой разум тоже наполнился туманом, а мысли напоминали кисель... и голова... боже, как раскалывалась моя голова! В горле же пересохло до такой степени, что каждый вдох причинял боль, воздух, казалось, заострился подобно клинку и резал слизистую.

– Воды...
– прошептала я, стискивая виски и смеживая веки.
– Я хочу пить...

Мне подали стакан - я не заметила, кто. Мне было все равно...

Я припала губами к стеклянной кромке стакана и принялась жадно пить, опустошив его за каких-то пару мгновений. И только после этого нашла в себе силы сфокусироваться на реальности (очень верное слово... о чем я не догадывалась в тот момент!).

Я обнаружила, что сижу в роскошном кожаном кресле в не менее шикарном кабинете, огромном, пронизанном солнцем, которое свободно проникало в высокие, от пола до потолка, окна, полностью занимавшие одну из стен. Напротив меня расположился Эрнест, нас разделял лишь дубовый стол. Судья улыбался прохладной любезной улыбкой, взгляд скользил по моему лицу...

– Вы пришли в себя?
– вежливо осведомился мужчина.
– Может, еще воды? Или кофе?

Я силой воли собрала мысли в кучу, не без труда сосредоточившись на вопросе.

– Кофе, - решила я. Голос прозвучал сипло, как простуженный. Я прокашлялась и добавила: - Без молока.

Обычно я предпочитала капучино или латте, однако сейчас мой затуманенный рассудок требовал кофеина без смягчающего действия лактозы. Зато глюкоза была бы кстати...

– И сахара, - попросила я после короткой паузы.
– Две, нет, три ложки!

– Конечно, - усмехаясь своим мыслям, кивнул Эрнест и потянулся к телефону. Набрал какой-то номер и передал мой заказ.

Какое-то время мы молчали. Я просто не знала, что сказать, а Эрнест не спешил приподнять завесу тайны.

Судья нарушил тишину, только когда подали кофе.

– Как ваше самочувствие, дорогая Камилла?
– спросил он, дождавшись, пока изящная блондинка поставит перед нами две ароматно дымящиеся чашки и вазочку с конфетами и покинет кабинет.