— О Роберт, что с тобой? — воскликнула она. — Шейла, помоги мне довести его до дивана, — Нэлл приложила мокрую тряпку ко лбу мужчины. — Почему ты напился?

— Она никогда не полюбит меня, Нэлл, никогда... Она сказала, что я бессердечный ублюдок, что я последний на земле... я убит...

— Тебе надо поспать, — прошептала Элеонора, укрывая его пледом.

Ну почему ее брат так горяч и неистов во всем? Будь проклята Флер, глупая девчонка, которая заставила страдать ее брата. Чего же ей еще надо? Или она просто боится принять эту любовь?

***

В ноябре хотелось сидеть дома, но Джулия не разрешала. Она и Елена ждали рождения детей, но, конечно, все взгляды были на нее. На Флер. Флер запахнула свой халат, проходя на кухню. Джейсон еще не встал, и у нее было несколько минут, чтобы приготовить завтрак им двоим. Она полезла в холодильник, извлекая оттуда бекон и сыр, что поджарила, напекла панкейков со смородиновым желе. Послышались шаги в комнате Джейсона. Он пришел после душа, берясь за кружку крепкого кофе без сливок и сахара.

— Ты сегодня в галерею? — спросил он, проглядывая утреннею прессу.

— После обеда, — до обеда она хотела заскочить к Энди на прием.

— В субботу Лейтоны нас пригласили на ужин в Гарден-Дейлиас, — Джейсон решил начать этот разговор издалека.

— Я не поеду, — отрезала Флер, наматывая на вилку тягучий сыр.

— Не вижу смысла отказываться, тем более из-за Роберта, — Флер вздрогнула, а ведь они не виделись с той ссоры в его спальне уже три недели...

— Я все равно не поеду, — настаивала Флер.

— Хватит вести себя как капризный ребенок. Твоя мать бы не посмотрела на твой возраст и отшлепала тебя, — Джейсон умолк, чувствуя, что сказал лишнее.

— Это с твоих слов, папа, — процедила сквозь зуб Флер. — Я ничего общего не хочу иметь с мерзавцем Робертом.

— Дура ты, Флер. Вот Эверт был точно мерзавцем, а Роберт совсем другой, — Флер потупила взор, чтобы глаза не выдали истинных мыслей.

— И все же мне не нравится Роберт, — Флер сложила посуду в мойку, показывая, что не желает говорить об этом.

Неделю назад Флер уже была у Энди, пришла сдать кое-какие анализы, так как появились странные ощущения, и ей нужно было узнать, что с ней происходит. Энди в тот день сухо задавала вопросы, в том числе, когда она начала половую жизнь или сколько у нее партнеров. Все это в глубине душе оскорбляло, но ведь Энди — врач, а потом уж подруга и знакомая. Флер снова вошла в кабинет, если бы она была бы беременна, то Энди сказала бы это еще в прошлый раз. Энди смерила ее тяжелым взглядом, смотря в исписанные листы.

— Не советую менять часто любовников, — вдруг произнесла Энди. — Флер, подумай об этом, это передается только половым путем, и только мужчина является носителем.

— Но у меня один партнер! — слабо возразила Флер, и сразу же сникла под строгим взглядом Энди.

— Может, он изменяет тебе или был крайне неразборчив в прошлом, — предположила Энди. — Это серьезно. Если ты его не поймаешь, то он так и будет тебя заражать, и ты никогда не сможешь иметь детей. Все это время, пока лечишься, никаких половых сношений. Вот тебе рецепты, через две недели придешь вновь.

Флер вышла в потрепанных чувствах. Конечно, ее Шон не был идеальным, но вокруг него никогда не было дурной ауры. Шон производил впечатление сильного человека, готового сражаться со всем миром, чего не скажешь об Ришаре. Где-то в глубине души Флер понимала, что он слаб, но она-то, наивная и глупая, предполагала, что он когда-нибудь станет другим. Он ведь так и не признался ей о своей любви, поэтому она и не смела признаться ему в ответ.

Флер пришла в галерею, набрала номер Ришара, сказала, что плохо себя чувствует и что в субботу не сможет прийти. Она все же решилась пойти на ужин к Лейтонам. Надев свое самое красивое платье из джерси, Флер решила последить за реакцией Роберта. Нужно во всем разобраться окончательно.

Ужин у Лейтонов был как всегда веселым и непринужденным. Они ели вкусную рыбу и жаркое, наслаждаясь приятными минутами разговора о политике, новой королеве, светском обществе и о работе. Все это время Роберт был весел, вставлял реплики, которые казались Флер остроумными и язвительными. Но он даже не смотрел на нее, уделял внимание матери, Урсуле, Элеоноре, Энди, Марии, Дафне, Вере и Елене — а она будто не существовала.

После ужина мужчины ушли в библиотеку, чтобы поговорить о насущном. Джулию и Елену отправили с чашками чая в гостиную, пока Диана с Урсулой и Глорией убирали со стола, после чего присоединились к женщинам. Флер почти весь вечер молчала, не смея произнести ни фразы. Она все обдумывала, что же ей делать. Диана с Марией начали разговор о Роберте, Урсула подхватила.