Они были свободны от предрассудков, но в это лето наша историю начала закручивать новый виток, и эта история никогда не будет безоблачной. Времена менялись...

***

Он не помнил, как оказался на Кеппел-стрит, наверное, долго блуждал, ища новый паб, куда его давно звал Арман. Паб он так и не нашел, с Арманом он так и не встретился и собирался идти домой пешком. Но вдруг замер посреди улицы, потому что плохим зрением никогда не страдал. Из подъезда вышла Флер Фокс, как всегда, в голубеньком сарафанчике. Она вышла не одна, а с каким-то темноволосым мужчиной в распахнутой рубахе. Флер поцеловала мужчину крепко в губы и зашагала в сторону своего французского квартала, он стоял недолго, к нему подошла красивая брюнетка, которую он страстно поцеловал, неприлично гладя ее по телу; они вместе скрылись в подъезде.

«Вот козел», — подумал Роберт, стараясь не думать, что делала там Флер. Роберт посмотрел на часы. Джастин уже наверняка пришел домой.

Ему отворила дверь новенькая служанка Трейнджов, тети Марии дома не было (она уехала по магазинам), зато в доме была Дафна. Она обняла Роберта, проводя в гостиную, указав служанке жестом, чтобы позвала ее мужа. Джастин уже успел сменить деловой костюм на домашнюю одежду. Он разлил им бренди.

— Джас, ты еще общаешься со своими дружками-шпионами? — вдруг задал вопрос Роберт.

— Да, а что? — Джастин сплел свои пальцы с пальцами жены.

— Мне нужно узнать кое о ком. Ты же выследил свою будущую жену, может, выследишь мне любовника моей будущей жены, — Джастин аж поперхнулся. Роб собрался жениться?!

— И кто она? — приходя в себя, задал вопрос Джастин.

— Флер Фокс, — ответ поразил не столько Джастина и Дафну, сколько самого Роберта.

Все это лето Джулия старалась брать везде с собой Флер, аргументируя этом тем, что той «нужно привыкать к этому новому миру». Роберт же не упускал возможность побыть хоть пару мгновений с ней. Он по-прежнему хотел ее, и эта мысль не давала ему покоя. Он не знал, куда девать неудовлетворенное желание, ибо со всеми подстилками он расстался и не смотрел на хорошеньких девочек, что предлагал Арман. Он хотел лишь Флер, и эта мысль заставляла его содрогаться по ночам.

Роберт старался быть с ней вежливым. Он брал ее с собой на прогулки, учил ездить на лошади, рыбачить, и за это лето молодые люди успели подружиться. Флер уже не смотрела волком, понимая, что, оказывается, он пылкий и импульсивный во всем, что он любит все прекрасное и отмечает тонкости жизни. Он убеждал ее, что замечательный друг, но совсем не показывал, что может стать ей любовником или мужем. К этой мысли он сам пришел недавно. Оказывается, он любил эту девчонку и всеми своими силами готов был отбить ее у этого ловеласа и доказать ей — все, что ей нужно, — это он.

Через неделю ему позвонил Джастин и попросил к нему заехать. Так он узнал, что Флер встречается с Ришаром Полански, а Ришар Полански с еще двумя девушками, что каждая его новая натурщица становилась объектом его фантазий. Его коллекции можно было позавидовать, но Роберт не мог, ведь у него было то, что принадлежало лишь ему — Флер.

Роберт принял решение отбить Флер, доказать ей, что он ей нужен, и в этом ему должна была помочь чудесная семья. Он привел всем тысячу доводов, почему Флер не может быть с этим художником, и самым важным аргументом стало то, что этот Ришар бессердечный ублюдок, который был с таким невинным существом, как Флер, и спал еще и с другими. Роберт собирался направить Флер на истинный путь и ради этого был готов на все.

Глава 39

Твое страждущее сердце рвалось на части. Но крепкая сталь, в которую оно было одето, закалилась еще сильнее.

Рена Ниобий

Октябрь — декабрь 1953.

Джулия отошла от окна, опускаясь на старенькую софу, которую Диана решила перетянуть другой тканью. Ремонт в Аллен-Холл продолжался, и наверное, на это потребуется еще не один год. Джулия тяжело вздохнула: она совсем не понимала Флер. К чему эти бесконечные прогулки с Робертом, если встречаешься с Полански? После того, что она узнала о нем, этому развратнику и бабнику путь в ее галерею закрыт. Она помнила беспокойное лицо Роберта, его взволнованный голос, когда тот рассказывал о романе Флер. Джулия прислушалась и стала осторожно раскрывать натуру Ришара, но Флер не хотела ничего слышать. С этим Джулия не могла бороться, да и не было сил: Джулия снова была беременна. Джордж был на седьмом небе от счастья, и Джулия не могла противиться его желаниям. Она ведь видела, как он любит своих брата и сестру, и, конечно же, Дженни и Гарри не должны быть эгоистами, пусть у них будет еще брат или сестра, кого дети смогут любить.

Джулия положила ладонь на живот. В этот промозглый октябрь она чувствовала себя просто ужасно, и, конечно же, теперь Роберт возлагал все надежды на брата, думая, что, может, он повлияет на Флер, хотя Джулия в это не верила — уж слишком хорошо знала упертый характер сестры. Да, девушка была влюблена в Ришара, поэтому не видела, как ее обманывают, делая посмешищем в глазах общества. Джордж же спас ее, Джулию, от подонка Эверта, почему же Роберт не может спасти ее сестру от бабника Ришара? Роберт — хороший парень, о нем мечтает любая, а Флер просто дура, раз не видит этого. Тогда к чему прогулки, пикники? Мотивы Роберта Джулии крайне понятны, но чего добивалась Флер?..

Флер вошла в Зимний сад с радостно сияющим лицом и плюхнулась на софу рядом с Джулией. Сестры молчали. За прошедшее лето младшая сблизилась с Робертом, оказалось, он вовсе не скучный и пресный: увлекается искусством и литературой, долго и с пылом может говорить о своей работе, при этом Флер вполне все понимала. Старшая кинула краткий взгляд на Флер, язвительный вопрос был готов сорваться с ее языка, крепким словцом Джулия-то и отличалась от всех.

— Как прогулка? — женщина еле сдерживалась, чтобы не накинуться на Флер.