— Немецкая бомба упала на школу[2].

— Диана... — прошептал Виктор. — Ее школа где-то здесь.

— Что случилось? — спросил Фредерик.

— Надо найти Диану, — он бросил в гущу толпы. — Диана... Диана.

К ним навстречу шла девочка лет двенадцати на вид, она была напугана, но цела. Виктор подбежал к ней, мягко обнял. Она была обескуражена его поведением. Он всегда был с ней сдержан, иногда вел как с маленьким ребенком, подтрунивания над ней и смеясь, но сегодня — это было нечто другое. Тогда в ее душу закралась надежда, что она покорит этого юношу.

— С тобой все в порядке? — спросил он, она ощущала, как бьется его сердце.

— Да, — молвила она, — я так испугалась.

— Я отвезу тебя домой, — произнес он.

***

Декабрь 1917.

Урсуле через три месяца должно было исполниться восемнадцать, она расцвела, как самый невзрачный бутон, превратившийся в цветок. В тот день она сидела в зимнем саду, перебирая складки шерстяного платья, смотря на падающий снег. Она услышала, как кто-то пришел, но не стала оборачиваться. Артур окинул ее фигурку беглым взглядом, темные волосы лежали легким облаком на плечах. Его вновь объяло непонятное желание.

— Урсула? — позвал он, она обернулась, на ее лицо была полуулыбка.

— Я знала, что это вы, — произнесла она. — Узнала по шагам, у вас особая манера, — он улыбнулся, как он мог забыть о ее идеальном слухе?

— Вы изменились, — начал он.

Боже, какую глупость он говорит, он так часто бывает здесь и постоянно видит Урсулу.

— Вы просто в последние время мало замечали меня, у вас ведь столько новых друзей, — с упреком сказала она, намекая на Джейсона Фокса и Фредерика Свана.

— Я знаю, — он приблизился, мягко кладя ладони на ее хрупкие плечи, Урсула резко обернулась, с вопросом смотря на него. — Вам говорили, что вы красивы?

— Многие... — прошептала она, он наклонился. Она ощутила его дыханье на щеке, испытывая удивление и восторг. Аманда рассказывала о переменчивости чувств мужчин, ее муж был именно таким, но зато нежным с дочерью. Они не отрываясь смотрели в глаза друг другу, Артур приподнял ее легко, нежно касаясь губами рта. Она немного испугалась, и он засмеялся, отпуская. — Не играйте со мной, мистер Йорк. Я вас очень хорошо знаю. Вы ветреный.

— Ошибаетесь, знаете не все, — шепотом сказал он. — Вы не задумывались, почему?

— Артур, — протянула она, — вы...

— Я влюблен в вас и уже давно. Урсула, вы стали еще прекраснее, красивый подросток превратился в восхитительную девушку, — он замолчал, потом продолжил. — У меня много тайн, которые я не готов открыть. Я — человек с непростым прошлым, но если вы дадите мне пару лет, чтобы встать на ноги, то я обещаю, что подарю вам многое.

— Вы просто обещаете... Артур...

— Я не могу пока рассказать вам все, пока не могу, — сбивчиво стал говорить он.

— Пока...

— Испытайте меня, и если через несколько лет вы поймете, что я вам нужен, то позовите меня, — он поцеловал ее украдкой и ушел.

Урсула была как во сне, ей нравился Артур, но она не могла ему верить и не могла его любить. Он привлекал ее внешне, да и духовно, но ей было только семнадцать, и из-за своей неопытности она совсем не могла понять, что испытывает на самом деле по отношению к Артуру. Урсула предпочла и дальше играть роль друга и совсем не ревновала его к появляющимся в его жизни женщинам. Сегодня она еще не думала, что, может быть, когда-нибудь он станет ее судьбой.

***

Весна 1918.

Ночь выдалась прохладная, и поэтому Мария теснее прижималась к мужу. Они стали испытывать трудности, деньги перестали значить хоть что-нибудь, Англия стала занимать деньги у своей бывшей колонии. Если так будет продолжаться дальше, то совсем скоро они забудут о своей возможной прекрасной жизни. Вильям больше не заговаривал о ребенке, понимая, что в такое время им лучше будет вдвоем. Мария вздохнула, положив ладошку на грудь Вильяма. Он открыл глаза; комната совсем остыла, огонь в камине погас, надо было идти за новыми поленьями.

Вильям за два года, прожитые в Лондоне, соскучился по прежней работе, раньше его как стажера брали на международные конференции, даже доверили вести часть дел в Ирландии, но теперь его персоной мало интересовались. Он был хорошо знаком с Ллойд Джорджем, и тот отмечал его знание языков и способность вести переговоры, но, похоже, ему недостаточно доверяли или придерживали в Лондоне, чтобы потом позволить вести дела.

С Марией у них тоже не все складывалось удачно. Они много ругались и ссорились по мелочам. Он уже не узнавал ее. Где же та девчонка, что покорила его одним только взглядом? Он хотел детей, а она и его мать настаивали, что сегодня не до этого. Конечно, она молода и, возможно, не готова к этому. Еще был один факт, смущавший его: Марию считали выскочкой, недостойной высшего света, и все из-за брата. Все знали, что они брат и сестра, и поскольку Виктор молчал о своем титуле, то и ей приходилось молчать тоже.