Вытираю красный нос, опухшие веки, сидя на чердаке уже минут пять-десять, и решаю, что пора двигаться. Джейн может волноваться за меня. Черт. Я не прощу себя, если с людьми, которые стали для меня семьей, что-то произойдет. Я не могу позволить.

Возвращаюсь на первый этаж в разбитом состоянии, улыбка не просится на лицо даже при виде Карин и Коди, которые резко отводят от друг друга взгляд, когда я вхожу на кухню, явно прервав нечто «интимное» между ними. Они оба садятся прямо, вновь начав пить свои напитки, но, судя по их лицам, те уже успели остыть, так что на вкус ужасны. Молча подхожу к чайнику, взяв две кружки с полки, и ставлю их на столешницу, шмыгнув носом.

— Всё в порядке? — Карин обращается ко мне, и я заставляю себя говорить:

— Конечно, просто шокирована тем, чем занимаются ребята на улице, — пытаюсь пошутить.

— Все парни — кретины, — ворчит О’Брайен-старшая, и я уверена, что она давится по той причине, что Коди смотрит на неё.

— Это точно, — шепчу, вздохнув, и наливаю кипяток в одну кружку, вдруг задумавшись. Если Психее нужен носитель для того, чтобы воскреснуть, то что, если носителя не станет? Хмурю брови, медленно переводя взгляд на свою ладонь, которой придерживаю кружку.

Что если меня не станет?

Кипяток настигает краев кружки, и вода начинает выливаться за пределы, обжигая мои пальцы. Кусаю губы, глубоко вдохнув. Меня не станет, тогда все останутся живы? Кожа горит. Меня не станет… Терплю. Меня…

Шире раскрываю рот, сгибаясь, и роняю чайник на пол, громко простонав. Хватаюсь за свою обожженную ладонь, начиная мычать от боли. Коди вскакивает со стула, как и Карин, которая сначала принимает мою оплошность за неосторожность, но после идет ко мне:

— Ты в порядке, Ронни? — слышу тревогу в её голосе, поэтому поднимаю голову, обернувшись, и выдавливаю улыбку:

— Я случайно, — прикусываю язык, вру открыто, и, кажется, Коди видит это, но тревога отражается на его лице чуть позже, когда я сама чувствую боль в груди и привкус металла во рту. Горячая струйка течет из носа к покусанным губам, и я отворачиваюсь к раковине, крутя ручки.

— Ронни, — Карин подходит ближе, прося Кристиана принести аптечку из ванной. Тот выполняет, тут же покидая кухню. Девушка с волнением наблюдает за тем, как я пытаюсь смыть кровь. — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает, и вновь качаю головой, уверяя:

— Хорошо, такое ведь бывает, — улыбаюсь, сдерживая слезы. — Хорошо. Всё хорошо, — повторяю без остановки, и Карин начинает гладить меня по спине теплой ладонью. Кристиан возвращается к нам с аптечкой:

— У тебя наверняка давление подскочило, — они все догадываются, почему у меня так часто идет кровью. Это влияние на Психею. Она сосет мою энергию. Черт возьми. Карин помогает мне сесть за стол, наливает воды в чашку, чтобы я могла запить лекарство от головы и давления. Коди дает мне тряпку, чтобы вытирать кровь. Запрокидываю голову, тяжело выдохнув, и глотаю жидкость с привкусом металла в горле, морщась. Благодарю их за помощь, уверяя, что ничего больше не требуется. Сама дальше справлюсь, и Карин с Коди уходят. Они говорили о кабинете Марии, который хотят обыскать. Вдруг смогут найти что-то полезное, может старый дневник, или какую-нибудь книгу с заклинаниями. Такое же возможно? Я уверена, что Мария заперла свою комнату на замок, но остановит ли это двух взрослых людей, когда наша жизнь висит на чертовом волоске? Вовсе нет.

Когда кровь прекращает течь, я смотрю на настенные часы. Прошло полчаса, если не больше. Уже пять часов вечера, и на улице начинает стремительно темнеть. Рид. Мне нужно вернуться к ней и рассказать ребятам о детях и крови. С этой мыслью оставляю чайник и кружки, быстро идя обратно к задней двери, чтобы выйти на террасу. В голове столько мыслей, и мне охота вывалить их на кого-нибудь, чтобы не одной мучится от догадок. Мне необходимо поговорить. Точно, мы должны поговорить с Диланом. Это поможет.

Распахиваю дверь, застыв на пороге. Смотрю перед собой, моргая, и чувствую, как в животе лопается шар напряжения. Уголки губ дрогнули при виде очень необычной картины: Джейн носится по сугробам, собирая голыми руками снег, лепит из него снежок, после чего размахивается, желая бросить в Тайлера, в которого в этот момент бросает Дилан. Пози не может увернуться от «обстрела» с разных сторон, поэтому прикрывает лицо руками, принимая поражение. Рид смеется, но визжит, убегая прочь, когда О’Брайен целится в неё. С дрожью в горле проглатываю комок, улыбаясь, и выдыхаю обильный пар. Они все такие красные, мокрые и счастливые. Если бы в их жизни не было Психеи, не было Джошуа, то какими бы они были сейчас?

Если бы в их жизни не было меня.

Пози хочет бросить снежок в Рид, но та подходит к нему слишком близко, так что парень не осмелится сделать это, за что получает порцию снега за шиворот. Девушка громко смеется, когда Тайлер хватает её за талию, осторожно опуская пятой точкой на снег, словно джентльмен, элегантно помогающий даме присесть за её стул. Джейн визжит от холода и вскакивает, начиная потирать спину и быстро подпрыгивать на месте, чтобы не замерзнуть. Она роется в кармане, вынимая телефон, и я приоткрываю рот, когда понимаю, что она собирается сделать. Девушка оглядывается, подзывая к себе парней, после чего смотрит в мою сторону, прося: