— Можно, — как-то жалобно повторяет Карин. Она так хочет этого. Столько лет наблюдает за тем, как Кристиан смотрит на неё, как заботится, как пытается помочь. В любой ситуации она может на него положиться. И сейчас Карин хочет. Хочет почувствовать всю его любовь. Да, мать вашу, Коди любит её. Безумно. Так сильно, как не может быть в природе. Так глупо, как сопливый мальчишка.

— Можно, — Карин руками касается его лица, наклоняясь. Своим лбом упирается в его, начиная рвано дышать, словно вот-вот с её губ сорвется всхлип. — Пожалуйста, — пожалуйста, люби меня.

Руки Коди дрогнули. Все мышцы живота приятно сводит. Пальцами касается её талии, слегка задрав ткань рубашки, и со сбитым дыханием поднимает голову, осторожно коснувшись губами губ девушки, которая не отворачивается, не кусается. Она сильнее прижимается своим лицом к его, превращая поцелуй в нечто странное. Дыхание парня обрывается, и он резко садится, руками, обхватив тело Карин, которая продолжает отвечать на его поцелуй. Нет, она вовсе целует его сама. Такое возможно? Она отрывается от его губ, рывками сняв с себя рубашку, и Кристиан впивается губами в её шею, ладонями сжимая кожу спины. Девушка тянется руками к замку на своем лифчике, но её тело слабнет от наслаждения, когда Коди жадно кусает её подбородок, вновь заставив ответить на свой поцелуй. Карин оставляет лифчик, потянувшись к краю футболки парня, которому вновь приходится прервать поцелуй, чтобы снять с себя верхнюю одежду. Он самостоятельно избавляется от лифчика девушки, которая вновь врезается своими губами в его, углубляя поцелуй.

Люби её.

Приподняв тело Карин, Коди поворачивается, уложив её на спину, а сам держится сверху, понимая, что окончательно слетел с катушек. Он не остановится. Не сможет. Карин придется пристрелить его. Но девушка прогибается в спине, когда Кристиан опускается ниже, целуя кожу ее живота. Ещё ниже. Руками стягивает с неё штаны, оставляя их где-то с другой стороны кровати, а может вовсе скидывая на пол. О’Брайен-старшая сжимает мышцы его плеч, пока парень продолжает целовать её живот, расстегивая ширинку на своих джинсах. Покусывает, заставляя девушку извиваться, громко вдыхая кислород. Она прикрывает веки, запрокидывая голову, когда Коди кусает выпирающую кость бедра, стянув оставшееся белье. Опирается руками по обе стороны от Карин, нависает над ней, тяжело дыша, и изнемогает от желания, но все равно помнит. Помнит, что нельзя. Умоляет мысленно, чтобы девушка вдруг не почувствовала страх. Карин возвращает голову в нормальное положение, смотрит в глаза парня, одновременно с ним всасывает воздух ртом, дернувшись, когда он прижимается к ней всем телом. Девушка тут же запускает пальцы ему в волосы, до боли сжимая, и парень стонет, одну руку опуская к её бедру. Карин сгибает ноги в коленях, с трудом дышит под тяжелым горячим телом, чувствуя, как покалывание между ног усиливается. Кристиан делает всё медленно, подсознательно готовится заставить себя остановиться, ждет её крика, но девушка молчит, стиснув зубы. Она прогибается в спине, ногтями вцепившись в предплечья мужчины, что с таким трепетом целует её шею, отдаваясь полностью. Без остатка. Коди Кристиан принадлежит Карин О’Брайен. Девушка хватает воздух губами, когда Коди начинает осторожно двигаться, ухватившись одной рукой за деревянный подголовник кровати, а другой обнимает горячее тело под собой.

И постепенно Карин начинает тонуть, захлебываться.

Нельзя. Можно.

Пожалуйста, люби меня.

========== Глава 16. ==========

Следующая жертва: шестая.

Представительница семьи Робертс выходит на охоту

Холодное, морозное солнце спокойно проникает в темную комнату, в которой царит тишина. Шторы не задвинуты, так что лучи нагло настигают лица парня, который корит себя за оплошность, даже не успев открыть глаза. Коди Кристиан трет веки, не чувствует себя усталым, как обычно, он вполне выспался, хотя цифра на часах должна напрячь его. Всего семь утра, но парень уже готов встать на ноги. Ему даже не требуется кофе, чтобы зарядиться энергией. Странно, но, возможно, причина такому психологическому «подъему» Карин? Девушка тихо сопит на другой стороне кровати, сильно натянув на голое тело одеяло. Коди переворачивается лицом к ней осторожно, боясь разрушить столь идеальное утро, в которое с трудом верит. Вот она — девушка, которую Коди буквально боготворит, лежит рядом с ним, в его кровати и спокойно спит. Не пытается дать ему по лицу, приставить к голове оружие, накричать. Она просто спит. Расслабленно. И они оба вполне напоминают нормальную пару. Пару? Черт. Кристиан опускает голову на подушку, смотря в затылок Карин, что остается без движения. Лишь её плечо еле заметно приподнимается, когда она вдыхает кислород. Может ли Кристиан рассчитывать на большее сейчас? Что эта ночь вообще значит? Что меняет между ними? Он не понимает. И не поймет, пока Карин сама ему не пояснит, ведь их мысли разом отличаются. Коди может посчитать, что всё, отныне Карин О’Брайен — его девушка, их отношения перешли на новую ступень, но в этот же момент сама Карин может думать иначе. В этом сложность. Она сложная. Но Кристиан и не рассчитывает на легкий путь. Так даже занятнее. Главное, что им уже удалось преодолеть телесный, физический барьер.

Парень поддается вперед головой, ложится ближе, носом коснувшись теплой кожи девушки, которая за ночь успела «остыть». Всё же вчера вечером они занимались этим слишком долго. Коди было сложно понять, как именно этого хочет Карин. Он боялся, что своими действиями вызовет у неё ассоциацию с тем днем. С изнасилованием. Тяжело морально делать то, чего ты хочешь, одновременно думая о состоянии и отношении твоего партнера к этому. Кристиан несколько минут лежит, не двигаясь, после чего касается губами кожи девушки, которая дергает плечами, заставив его замереть. Не стоит будить её. Но Коди не видит, что Карин уже не спит. Она смотрит расслабленно перед собой, с дрожью в животе чувствуя, как парень аккуратно оставляет короткий поцелуй на её затылке, после чего укладывает голову обратно на подушку. О’Брайен-старшая не выдерживает и мило улыбается, ладонью прикрывая свои губы, словно боится, что кто-то увидит столь светлые эмоции на её лице. Она должна сохранять статус «грубой льдины». И что же происходит с ней сейчас? Девушка еле терпит гребаных бабочек, что погибают у неё в животе от её бездействия. Они хотят, чтобы она обернулась, взглянула на человека, которого когда-то вернула к жизни, и теперь он делает тоже самое. Коди Кристиан заставляет Карин жить. Теперь это не только Дилан. Их двое. Двое «мужчин», заставляющие девушку двигаться.

К черту.

Карин резко поворачивается, тем самым выбив Коди из колеи. Девушка смотрит на него, и парень с каким-то огорчением шепчет:

— Разбудил? — видит, что взгляд у О’Брайен совершенно не сонный, поэтому щурит веки, с подозрением хрипит. — А ты вообще спала? — вот. В нем опять просыпается «папка», который следит за её приемом пищи, режимом сна. — У тебя что-то болит? — сразу же предполагает парень, приподнимаясь на локте. Он сделал ей больно? Поэтому она не спала? Или что? Чего она молчит?

Кристиан сам замолкает, когда Карин улыбается, накрыв губы ладонью, и загадочно отводит сияющие глаза в сторону, вновь повернувшись к нему спиной. Коди приоткрывает рот, с каким-то притворным возмущением прошептав:

— Не баба, а… — замолкает, видя, как еле дергаются плечи девушки. Она ещё и смеется над ним? Прекрасно. Коди как-то грубо разворачивает её обратно, к себе лицом, и наклоняется, быстро чмокнув в теплые губы, отчего Карин хмурит брови, и, когда парень собирается отвернуть голову от неё, приподнимает свою, своими губами коснувшись его. Кристиан сразу же отвечает на поцелуй, улыбается, отчего он становится каким-то неаккуратным, но это не останавливает Карин, которая руками обнимает парня за шею, притягивая к себе. Коди опирается локтями на кровать по обе стороны от неё, еле перенося то, как голые ноги девушки касаются его тела.

Это, черт возьми, его лучшее утро. Утро, когда он первым делом не загружает голову мыслями о жертвах и охотницах.

Утро, которое дарит ему только наслаждение и глупую широкую улыбку.

На тумбочке начинает вибрировать телефон. Карин улыбается, слыша, как огорченно мычит Коди, когда она начинает отвлекаться и ладонью хлопать по деревянному предмету, ища свой мобильный аппарат.

— Ты же взяла отпуск, — парень ворчит, всё-таки разорвав поцелуй, когда девушка отворачивает голову, поднеся телефон к лицу: