«Впусти меня».

========== Глава 17. ==========

Давка — страшная вещь. Особенно если люди поддаются панике. А эти пьяные, напуганные подростки даже не смотрят под ноги. Они наступают на тела тех, кто хочет подняться, девушки каблуками давят, парни мощными шагами. Карин не может встать. Она пытается вытащить ноги из-под крупного парня, который навалился на нее без сознания. Девушка стонет от боли, когда ее задевают ногой по больному плечу. Поднимает глаза. Ее не видят. У Карин практически выходит спихнуть с себя человека, как он внезапно приходит в чувства, с лицом, полным ужаса, осмотрев толпу, что толкается вокруг него в сторону выхода.

— Нет, стой… — Карин начинает просить, но парень не обращает внимания. Каждый сам за себя. Он встает, пройдясь по ногам девушки, которая мычит, руками поджав колени к груди. Ее пинают, пихают. Она чувствует себя насекомым среди безумных диких зверей, что бегут от огня, спасая свои шкуры. Пока ее старались обходить, ступая по тем людям, что продолжают лежать без сознания, но тут особо одаренный парень прорывается прямо по ней, буквально затоптав ногами. И как только Карин вновь оказывается в лежащем положении, все стремятся вперед, наступая на нее. О’Брайен прикрывает руками голову, все же вскрикнув, когда девушка на шпильках наступает ей на бок. «Господи», — шепчет губами, сжав веки, укутывает себя темнотой, впитывая крики и голоса вокруг. Так что вздрагивает, когда чувствует, как наступивший на нее человек резко отскакивает в сторону. Тяжесть с тела пропадает. Карин распахивает веки, тут же перехватив руку Кристиана, который носится уже минут пятнадцать в поисках девушки. Ему повезло найти ее так скоро. Парень с болью смотрит на затоптанную девушку, которая не поступает, как «всегда». Она не принимает гордый, непоколебимый вид, не вскидывает голову, уверенно встав на ноги. Карин О’Брайен шмыгает носом, пальцами стиснув куртку парня, прижимается к его груди, боясь, что вновь останется одна в этом хаосе.

— Все хорошо, — Коди приглаживает ее волосы, нисколько не удивляясь тому, как девушка буквально лезет на него. Обхватывает руками, продолжая гладить по голове, и оглядывается по сторонам. Его пихают из стороны в сторону. Взглядом ищет Тайлера и Джейн. Идет против толпы, чтобы встать у сцены. Карин тяжело дышит ему в шею, не разжимает веки, ладонями закрывает уши. Ей стоит собраться, иначе все полетит к черту.

Джейн «повезло». Она лежит на полу, набок уложены ее колени. Никто не наступает, обходит стороной. Девушка моргает, чувствуя боль в висках. Пальцами трет лоб, приподняв голову. Плохо понимает, что происходит, пока не привстает на локтях, взглянув на Пози, который сидит на ее согнутых ногах, силой отталкивая руками тех, кто собирается пробежать по ним, позабыв о человечности. Рид со страхом оглядывается, схватив парня за локоть, и Тайлер опускает на неё встревоженный взгляд:

— Ты в порядке? — берет её за кисть, слезая с ног, и помогает присесть на колени. Джейн кивает головой, хмуро смотрит на людей, что несутся прочь, и дергается, когда один из парней наступает ей на ладонь, которой упирается на пол. Прижимает пальцы к груди, с непониманием провожая обидчика взглядом.

— Лучше части своего тела держать при себе, — пытается пошутить Пози, но Рид не реагирует, смутно припоминая, что произошло:

— Где Карин и Коди?

— Давай, отойдем к сцене, там безопаснее. Позвонишь Карин, — Тайлер поднимается, потянув Джейн за руки, и та сжимает его ладони, переплетая пальцы. Парень идет к сцене, расталкивая людей, а Джейн продолжает оглядываться по сторонам.

Безумие.

«Я знаю, теперь ты слышишь меня».

Девушка делает шаг назад, пальцы Питерсона сжимают воздух перед ее лицом, которое выражает страх за человека, что находит в себе силы встать на ноги. Дилан бледен. Он одной рукой сжимает кухонный нож, что пронзает его живот, другой держится за дверь. Шатается, смотря на мужчину, ведь тоже слышит Ее. Психею. Добрев вздрагивает, наконец, осознав, что Питерсон подбирается к ней слишком близко, поэтому начинает отступать назад, прижимая сжатые кулаки к груди. Ее руки заметно трясутся, а от боязни моргнуть и на секунду поместить сознание в темноту ее глаза начинают болеть, слезиться.

«Впусти меня», — голос звучит повсюду, словно с ней говорят стены дома. Ронни смотрит на мужчину, чувствуя ту отвратительную вонь. Запах мертвого тела. Спиной врезается в спинку дивана, не справляясь со стрессом, и боль между ног берет вверх. Девушка медленно стекает вниз, прижимая колени к груди. Ладони по-прежнему сжаты в кулаки.

«Впусти меня», — грубый голос сдавливает голову.

— Нет, — Ронни шепчет, начиная ронять слезы, ведь в дверях показывается Дилан. Он временно задерживает дыхание, ведь от него рана начинает болеть сильнее. Ему стоит выдернуть нож и использовать его в качестве оружия? Нет. Посторонние предметы нельзя извлекать из тела.

— Ронни, иди в ванную и запрись там! — О’Брайен не может держаться на ногах. От болевого шока у него темнеет перед глазами. Парень боится отключиться. Оставить девушку, которая не может уйти и спрятаться по его вине, так как смотрит на него. Видит. Ронни качает головой. Не оставит. Питерсон пальцами сжимает волосы Добрев, отчего она стискивает зубы, вцепившись в его запястье. Не издает писка боли, терпит, когда мужчина начинает бить ее затылком о свою полусогнутую коленку.

— Черт, оставь ее! — Дилан хрипит, хлопнув по двери гостиной кулаком.

«Впусти меня», — Ронни сжимает веки, борясь с голосом внутри себя. Нет, она не впустит. Если она сделает это, Они одержат победу.

«Впусти меня!» — Питерсон вдруг заставляет девушку вскинуть голову. Ронни распахивает веки, взглянув в лицо мужчины, один глаз которого раскрывается. Красный белок, налитый кровью, гнойные подтеки у края опухших век, бледный зрачок, врезавшийся взглядом в ее сознание. Добрев начинает ерзать ногами по полу, громко мыча, ведь чувствует, как ее горло начинает разрывать от боли. Горячая жидкость с привкусом металла рвется наружу через ноздри, и через секунду девушка плюет кровью, давясь. Кашляет, хрипло всасывая воздух через распахнутый рот, а мужчина продолжает смотреть на нее. Голос в голове кричит: «Впусти!»