Но ничего не менялось. Лицо Алисы было спокойно и сосредоточено. Складывалось ощущение, что ей вообще не до него. Мысли ее были далеко отсюда и видимо они не радовали свою обладательницу.

Перед ними мягко остановилось такси. Отряхивая запыленные брюки, девушка поднялась на ноги и тут же оказалась в крепких объятьях Нарыкова. Шок, сменился резкими попытками вырваться.

– Отпусти меня… - глухо начала было она.

– Спасибо, - прервало ее агрессию тихое слово, - Спасибо тебе за все. Мне безумно жаль, что я смел так с тобой обращаться раньше. Может сейчас и поздно, но я хотел бы извиниться, - его теплые глаза с оттенком неуверенности скрестились с ее искренне жесткими, пристальными, - Ты простишь меня?

– Я давно тебя простила, потому что не могу долго держать на кого-то зла, - отстраняясь, ответила Алиса, но тут же широко улыбнулась, одевая стандартную маску, - езжай, а то пахнет от тебя безобразно.

Скрывшись в прозрачном облачке пыли, Александр уехал.

Мирное спокойствие после расставания рассеялось как дым, стоило Алисе обернуться. Пытаясь раскрошить в руке кирпичную кладку угла ближайшего дома, на нее с отчетливым безумием во взгляде смотрел Марк.

========== Часть 73 ==========

Ненависть. Дикая, всепоглощающая ненависть, жгучая, кислотой разъедающая разум ревность и нечеловеческая усталость нахлынули на Марка волной. Он хотел бы закрыть глаза и не видеть того, как они близко сидят, мирно общаются, как другой вглядывается в ее лицо, как прижимает Алису к своей груди, нашептывая ей какие-то слова. Хотел бы, но не мог. Глаза запоминали каждый жест, каждый взгляд.

Она не ответила на его объятья. Ее нежные ручки и тонкие пальцы не обняли Нарыкова в ответ, но ее прощальная улыбка, адресованная этому ублюдку, выбила почву из-под ног. Неповоротливое сердце будто хотело замедлить свой бег окончательно. Удары его становились все медленнее, после недавних бешеных ритмов. Но, чем реже они становились, тем громче казался каждый последующий удар, отдаваясь глухим шумом в ушах.

Всего каких-то пару часов назад у него кружилась голова от счастья. Она была рядом, она принадлежала ему, сливалась с ним воедино, извиваясь от удовольствия в его руках. А теперь он готов разбить свою голову об эту стену, в которую с таким остервенением впились его пальцы. «Все верно. Я не спросил, хочет она этого или нет. Я просто сделал так, чтобы она сдалась. Я хотел ее, она подчинилась». Горло резко сдавило. «Она не любит меня. У нее всегда будет выбор. Но что мне останется делать, если она выберет не меня?!»

Вот она оборачивается и видит его. Прикусив свои губы, она на мгновение отводит взгляд, но затем твердо и уверенно направляется в его сторону, останавливаясь в двух шагах от него. Сквозь непрекращающийся шум в ушах, Марк слышит собственное имя из ее уст. На сжимающую в каменную крошку руку, осторожно ложится ее ладонь. В теплых и родных глазах Алисы сквозит беспокойство, усталость и толика осуждения. В них нет страха, что не может ни радовать. Ведь даже если она решит вонзить нож ему под ребро, он лишь поможет острию проникнуть дальше. Он скорее отгрызет себе руку, чем нарочно поднимет ее на Алису.

Вот она уже стирает откуда-то вытащенной салфеткой оранжевую пыль с его поцарапанной ладони. Выговаривает ему больше так не делать. «Смешная моя умница, хотел бы я пообещать тебе это, но не могу. Зато могу попытаться убить твоего влиятельного заказчика…».

– Эй, ты опять завис, - стараясь, чтобы ее голос звучал ободряюще, продолжает говорить Алиса, - я хочу слышать твой голос почаще, Марк. Ты ведь так и не спел мне ни одной песни на своем концерте, - смятая салфетка с грязными разводами и парой смазанных капель крови, отправляется в сумку, за неимением поблизости мусорных урн.
– Я попытаюсь свыкнуться с твоими странностями и привязанностью, но если ты нарочно или невольно будешь причинять себе увечья, я не справлюсь. Пожалей меня, пожалуйста, иначе я не выдержу…

Ее судорожный вздох и задрожавшие пальцы, заставили туман перед его глазами рассеяться.

– Куда ты ездил? – заметив мгновенную перемену, спросила Алиса.

– Это место я теперь ненавижу и в ближайшие дни буду объезжать стороной, - прозвучали долгожданные слова, - Зачем он приезжал? Что хотел?

– Марк, - оборвала его вопросы девушка, приложив пальцы к губам, - Он приедет еще. Не раз и не два, пойми. Я общаюсь и с мальчиками и с девочками. Я их касаюсь при встрече и прощании, иногда могу сама в порыве обнять, поцеловать. У меня много хороших знакомых, есть горячо любимые друзья. Есть и такие, как Алекс. Но если вдруг, я перестану смотреть на него как на одного из многих, как на потенциального друга, я обязательно скажу тебе первому. Не надо так замыкаться на мне и на том, что сейчас случилось. Иначе я не смогу переступить на новую ступень…

– Я постараюсь, - коснувшись ее щеки, тихо ответил Марк.

– Я верю, - покорно согласилась Алиса, давая себя поцеловать, - Пойдем уже, полдня рабочего прошло.

Выговор оба смиренно стерпели и принялись за накопившиеся дела. Кат, зевая, составляла очередное коммерческое предложение, требуя от Алисы и Марка явить ей светлые идеи. Натали отсутствовала на встречах, а трафик-менеджер затирал на ширпотребном местном ролике неудавшийся «хвост» озвучки.

Постоянно отвлекаясь на свою избранницу, Марк, в конце концов, вспылил и, бросив на пол очередной фолиант с собственными договорами, обреченно уткнулся лицом в рассыпанные по столу документы.