– Ты случайно не нажрался жемчуга втихарях?
– Толкнул Гектора в бок Ботаник.
– Не то, чтобы я осуждал, но о таких вещах говорить лучше сразу.

– Это не жемчуг, определенно не жемчуг. Новичков, которые его съели и от души прокачались, я видел раз пять. Картина совершенно не та!
– Опроверг его предположение Айболит, почесывая побдородок.
– Но чего-то странное и стимулирующее он все-таки съел. Почему у хигтеров, то есть сожравших в первые дни после переноса в Улей высшее споровое тело, дар такой сильный проявляется?

– Почему?
– С готовностью спросил Гектор.
– Вы знаете?

– Не знаю, но предполагаю. Та псевдогрибница, которая у нас всех в мозгах поселяется, наиболее интенсивно должна развиваться именно в этот период. Элементарный же вывод, его легко можно сделать из наблюдения за обычными зараженными, которым с иммунитетом не повезло!
– Постучал себя по лбу пальцем местный главврач.
– С пустыша в бегуна они морфируют за несколько суток, отращивая споровой мешок, а дальше развитие резко замедляется.

– Элитниками монстры за неделю не становятся, жри они хоть в три горла. Тут речь идет о месяцах, скорее даже годах.
– Согласилась Ада.
– Я однажды вломилась в бомбоубежище, где какой-то псих с автоматом не первую неделю скармливал своей обратившейся доченьке столько живых людей, сколько она могла сожрать. Так чадушко обратившееся еще даже до рубера толком не доросло, несмотря на очень усиленное питание.

– Вот именно.
– Благосклонно кивнул старой знакомой доктор, которого услышанная история кровавой трагедии ничуть не впечатлила.
– Процессы, происходящие в организмах иммунных несомненно отличаются, но принцип остается тот же! Сразу после переноса в Улей люди еще ничем от себя прежних не отличаются, но постепенно у них появляется регенерация, повышается жизненный тонус и прорезается дар. Внешникам ведь свежачки почему не интересны? Да потому как они от обитателей нормальных миров ничем не отличаются!

– Факт.
– Кивнул Ботаник.
– Пулю в голову свежакам с ближайших к ним кластеров они еще могу прописать, если лень тащить до карантина, но вскрывать не будут.

– Вот видите, вы сами без труда вспомните кучу фактов, подтверждающих мою теорию об интенсивном развитии псевдогребницы именно на стадии начального роста.
– Расплылся в довольной улыбке Айболит.
– И если в этот период подкинуть пашущему как лошадь паразиту-симбионту необходимого питания, то он использует его на все сто процентов, догнав более старших родственничков. Тем, которым уже годика два-три, а то и больше.

– Это все очень познавательно, но мой случай все же объясняет.
– Вздохнул Гектор.
– Повторяю еще раз: жемчуг я не ел! Уж такое событие, наверное, потрудился бы запомнить!

– Верю, вернее вижу, что так оно и есть. Твой дар хоть и кажется весьма сильным, но на самом деле не так уж и развит.
– Кивнул головой главврач местной больницы.
– Уши работать лучше у тебя если и могут, то не намного. Просто твой мозг внезапно научился анализировать то, что слышал и раньше, но отфильтровывал на подсознательном уровне, как ненужный шум. Подобная картина часто наблюдается у начинающих сенсов. У одного моего знакомого, кстати, подобное было.

– Да ну?
– Подался вперед Гектор.
– Его тоже акустиком сделало?

– Ну да... Нет, не акустиком. Улей парня носом как у собаки наградил - Передразнил его Айболит.
– Он думал, что учуять дым сигареты за километр и понять настроение собеседника по изменению запаха пота - натуральная сверхспособность...А потом наткнулся на охотника-сибиряка, который точно так же умел еще до того, как сюда вместе со своей избушкой провалился.

– То есть слышать, как сейчас у вас на кухне повариха пытается в проститутку переквалифицироваться вместе с парочкой выздоравливающих пациентов - это нормально?
– Нахмурился Гектор, на секундочку вновь активировав свои чудо-уши.
– Они, между прочим, от нас за два этажа и несколько дверей!

– Опять Клавка на рабочем месте безобразничает! Ну, дождется паразитка, урежу нафиг месячную премию!
– Сморщился как от зубной боли Айболит.
– Чай не обеднеет с такими-то дополнительными заработками...А вообще да - это нормально. Она иногда, когда с мужчиной, так шумит, что к нам с улицы вломиться пытаются. Кто посмотреть, кто поучаствовать...

– Ну и ладно, пусть слух Огородника будет естественным процентов на пятьдесят.
– Махнула рукой Ада, ненароком своротив стоящую в углу вешалку.
– Работает же, и фиг с ним. Ты лучше нам скажи, откуда у него взялась оставшаяся половина дара и такая тяга к живчику?

– А вот этого я не понимаю.
– Честно признался главврач всего Комарово, снова начиная буравить Гектора внимательным взглядом.
– Парень, а у тебя передозировки лайт-спеком, случайно, не было?

– Да я вообще им как-то пользовался. Никаким.
– Развел руками Гектор, размышляя, нужно ли начинать волноваться за свое здоровье.
– А разве наркота помогает развить дар?

– Если янтарь добывали из скреббера, то да.
– Кивнул Айболит, изогнувшийся под немыслимым углом и взявший со стола ножницы, чтобы подравнять заусенец на одном из пальцев. Похоже, даров у главврача было куда больше одного, и в их перечень входила либо запредельная ловкость, либо практически резиновый скелет.
– Но такой товар редок, а из элиты идет уже совсем не то сырье. От его частого и систематического употребления тупо разжижается мозг. Хм. Хм-хм-хм! Ты горох принимал?