– О мой бог...
– Как следует разглядевший переданную камерами трясущуюся картину и осознавший, что именно он увидел, Кулибин отвернулся от монитора и согнулся, прижав руки ко рту. Оптика на трофейном дроне стояла редкостно качественная.
– Что это?!

Архитектурная композиция из порванных и раздавленных машин торговцев никуда не делась, но теперь её обильно украсили новые алые мазки. Десятки легковых машин, грузовиков и несколько автобусов, выстроились в рядок у обочины или съехали в кювет. Одни из них тормозили сами, других судя по следам пуль на лобовых стеклах и капотах останавливали очередями из автоматов. Видимо где-то рядом перезагрузился плотно заселенный кластер, и люди еще не знающие о том, какую страшную шутку сыграла с ними судьба, спокойно продолжали ехать по дороге. И перехватывались теми тварями, по сравнению с которыми любой элитник казался не таким уж и монстром. Сотни тел, преимущественно мужских, было свалено у дороги не слишком-то аккуратной кучей, из под основания которой сочились настоящие ручьи крови. Компанию им составляли дети и несколько старух. А вот женщинам повезло гораздо меньше - большую их часть лишили одежды и прикрепили к притащенному откуда-то длинному бревну, банально прибив ладони несчастных к плотной древесине при помощи строительного пистолета с большими гвоздями. Впрочем, нескольких бедолаг постигла и иная судьба. На ближайшем фонарном столбе еще слабо дрыгался повешенный вниз головой за какие-то грехи парень. В кругу свежей гари чернело три обвязанных проволокой человекообразных головешки. А как раз сейчас какая-то мразь в не по погоде длиннополом одеянии развлекалась тем, что рубила длинным кинжалом на куски отчаянно дергающийся обрубок, еще минут двадцать назад скорее всего бывший симпатичной девушкой, а ныне старающийся уползти от него подальше на кровоточащих культях. Между уничтоженных грузовиков сновали люди в однообразной серой униформе, тщательно подбирающие все ценное и почти не обращающие внимания на тела людей. Исключением были те, кто насиловал варварски пришпиленных к не дающему им выпрямиться и убежать грузу женщин. И выставленные на дальних подступах караулы, останавливающие водителей, которые не сумели издалека рассмотреть достаточно подробно творящуюся на дороге кровавую вакханалию.

– Быстро сажай дрона, пока его не заметили, это Последний Рейх. Гибрид бандитского формирования и секты, с немыслимой для прочих стабов эффективностью пополняющий ресурсы за счет раз за разом перезагружающегося города из мира победивших фашистов.
– Похоже, Кент принял восклицание Кулибина за вопрос, поскольку принялся на него довольно развернуто отвечать.
– Его представителей старательно приучали к тому, чтобы относиться к чужакам как к подлежащей уничтожению помехе, обязанным до конца жизни трудиться на представителей высшей касты невольникам, или, в лучшем случае, временным союзникам, которые однажды в будущем обязательно окажутся порабощены или уничтожены.

– Редкостные ублюдки, которых нельзя назвать мурами исключительно из-за расстояния до Внешки, им лень возить в такую даль быстро портящиеся органы своих жертв.
– Гектор одновременно и радовался тому, что дрон не передавал звуков и печалился излишне качественным кадрам съемки, которые Кулибин несмотря на нахлынувшую на него дурноту успел сохранить. Про художества Последнего Рейха в стабе ходили слухи один гаже другого. Чего стоили только одни их мобильные спорановые фермы - грузовики с прикованными к их бортам пустышами. В неволе зараженные развивались очень неохотно и медленно, но если возить их по едва-едва загрузившимся кластерам и откармливать еще не успевшими обратиться живыми людьми, то до бегуна тварь морфировала всегда. А потом ей вскрывали череп и ловили следующего. Польза от этой группировка была всего одна, да и то крайне сомнительная. Она словно пылесосом собирала в себя наиболее отпетых мерзавцев региона, как правило, с легким сердцем дающих присягу всегда и везде изничтожать разнообразных «недочеловеков» и потому редкостные ублюдки по большей части находились среди своих и не выдавали себя за членов приличного общества.
– Если иммунные у них хотя бы проходят по графе «потенциально полезные, хотя и опасные при неумелом обращении активы», то еще не успевшие обратиться зараженные от пустышей отличаются по мнению подобных мразей только одним. На них можно сорвать неизбежно накапливающийся в условиях Стикса стресс, подвергая несчастных изнасилованиям, казням и пыткам.

Кент пересчитал обладателей серой униформы и отправился доложить результаты авиаразведки Масленку, а Гектор тем временем снял оружие с предохранителя и глубоко задумался. Фашистов оказалось всего тридцать человек, причем вооружены они вроде бы были не слишком серьезно: основная часть ходила с пистолетами-пулеметами и лишь несколько щеголяли автоматическими винтовками, либо несли на поясах тяжеленькие кругляши гранат. Еще несколько врагов могло скрываться внутри двух переделанных в самодельные броневики самосвалов - но вряд ли их число было велико, да и спаренные пулеметы на примитивных турелях в их кузове впечатления грозного оружия не производили. Даже в одиночку лимузин техников имел шансы расправиться с ними обоими, поскольку его пушечка если и не проломит брони с первого выстрела, то уж точно обеспечит всем находящимся внутри тяжелую контузию. Силы были почти равны, следовательно, почти наверняка скоро окажется получен приказ атаковать. Слишком высок куш и слишком уж не любят в Комарово эти отбросы рода человеческого. За дело не любят, надо признать. С вероятностью процентов этак в девяносто они и являлись теми бандитами, которые в последнее время пошаливали на трассах, перехватывая маленькие группки рейдеров и не оставляя после себя выживших.

– Гектор, с какой дистанции ты сможешь из своей бандуры снять вот этого типа в плаще?
– Заявившийся лично посмотреть на экран ноутбука Масленок ткнул в урода, развлекающегося нарезанием уже едва дергающегося комка окровавленной плоти на мелкие-мелкие лоскутки.
– Ну, или хотя бы убедительно изобразить, что ты пытался прикончить именно его?

– Да черт его знает...
– Почесал голову Гектор, несмотря на наличие крупнокалиберной винтовки никогда и не думавший считать себя настоящим снайпером. Он вообще в жизни по нормальному человеку первым еще никогда не стрелял! И карьеру холоднокровного убийцы начинать вообще не собирается! Но в фашиста прикончить был согласен и намеревался подойти к данному процессу со всем старанием, ибо эта тварь в людском обличье была хуже любого мутанта и смерти заслуживала куда больше. Зараженного, по крайней мере, на совершение зверских убийств толкал пожравший его мозги паразит, жертвой которого он являлся.
– На стрельбище иногда получалось поражать неподвижную ростовую цель и с километра. А что, это кто-то важный?

– Судя по форме - однозначный офицер. Какой он там групенштабеноберфюрер я не скажу, но раз похожих нет, значит командует остальными точно он. У рейховцев с формой строго, вплоть до расстрела за несоответствие стандарту без уважительной причины.
– Масленок потер пальцы, словно покрытые черными резиновыми перчатками, хотя в действительности это был плотный слой какой-то жидкости на основе нефти. Скорее всего, имеющей куда большую температуру горения, чем обычное машинное масло или бензин.
– Когда мы атакуем, то если лишим врага командования или хотя бы загоним его в какую-нибудь канаву постоянным обстрелом, получим серьезное преимущество.

– Пожалуй, прикрою тебе спину, пока целиться будешь, чтобы какой-нибудь зараженный сзади не подобрался. А если с нами еще нескольких человек послать, то мы вообще полноценную фланговую атаку устроим.
– Бесстрастно заметил Кент, похоже, тоже оказавшийся не прочь принять самое деятельное участие в надвигающейся заварушке.
– Дроны еще пусть над головами у фашистов одновременно с вашим появлением виться начнут. Если повезет они подумают, что нарвались на муров и внешников, а потому бросятся врассыпную, не дожидаясь массовой бомбардировки.

– Похоже на план.
– Кивнул Масленок.
– Так и сделаем!

– Не понимаю...- Гектор лежал в кустах и нервничал, причем сразу по двум поводам. Во-первых, запаздывала атака сил Комарово на фашистов, уже почти успевших закончить свою работу. Еще немного и враги завершат погрузку добычи, а после быстренько смоются. А во-вторых, поскольку удобных для снайпера позиций в округе насчитывалось не сказать, чтобы много, ему пришлось забираться на тот самый холм, где изначально пряталась атаковавшая рейдеров элита. И, несмотря на то, что позиция была предварительно осмотрена при помощи дрона и признана безопасной, Маслов все равно никак не мог отделаться от мыслей о громадных плотоядных тварях. Вдруг какая-то из них никуда не ушла, а умудрилась стать невидимой, при помощи камуфляжной шкуры слилась с местностью или вообще закопалась в землю?! И сейчас она как раз выбирает, кого из пришедших прямо к ней в пасть людей лучше первым сцапать.
– Чего ждет Масленок?!