– Да?.. Хорошо, да… Ладно, все. Все! Не ори! Я уже иду!

Олег раздраженно поднялся. Сжимая в руке сотовый, он наклонился к моему уху и прошептал, опаляя кожу горячим дыханием:

– Сегодня ты обязательно включишь свой телефон и обязательно начнешь отвечать на все мои звонки и эсэмэс. Без глупостей, ясно? Я все равно тебя найду. До встречи.

Развернувшись, парень быстро ушел. Я еще долго сидел и не шевелился, пялясь в одну точку.

Губы вдруг задрожали. Я быстро утер нахлынувшие вдруг слезы. Больно, обидно, страшно, гадко. Но реветь сейчас бесполезно.

Хлюпая носом, я медленно и осторожно встал. Взял пакет. Когда обернулся, вздрогнул. Не пойми откуда взявшаяся женщина, драматично заламывающая брови, меня напугала.

Она подошла ко мне практически вплотную, положила руку на плечо и обеспокоенно спросила:

– Мальчик, с тобой все хорошо? Тот парень тебе угрожал? Я все видела… Может, стоило вызвать полицию?

Я покачал головой и попытался улыбнуться.

– Нет, нет! Все правда в порядке. Извините.

Убрав руку женщины с плеча, я торопливо пошел к дому Вадима. Еще разбирательств полиции мне тут не хватало. Олег меня потом убьет. Плюс еще Алининому брату объясняться, откуда синяки. Если спросит…

========== Глава 7 ==========

POV Вадима.

Недавно пацан опять пришел разукрашенный. Губа рассечена, подбородок весь в крови, взгляд мрачнее некуда – я даже придираться к нему не стал. Хотя, хочу заметить, и у самого настроение было отнюдь не самым великолепным.

Расспрашивать пацана, откуда такой боевой раскрас, не стал. Захочет, сам расскажет. Не такие уж мы и хорошие знакомые, чтобы друг за друга переживать. Тем более никаких опасных для жизни ушибов и синяков не было, а такой пустяк, как разбитая губа, до свадьбы заживет.

Но, несмотря на внешнее безразличие, мысленно я надеялся, что парнишка не просто терпел побои, – хотя какие это побои, - но и тоже помахал кулаками.

Настроение с каждым днем все улучшалось. Я уже забил на неудачу со скандальной бабой и вовсю предвкушал тот момент, когда Артем со своими чемоданами покинет мое скромное жилье. Тогда я снова смогу разбрасывать свои носки разной степени грязноты по квартире, оставлять брюки на кресле, крошить на диван и так далее, совершенно не чувствуя угрызений совести! Ибо ловя на себе укоризненный взгляд пацана, который на десять лет тебя младше, невольно теряешь все удовольствие от загрязнения и захламления квартиры.

По мере того, как мое настроение все росло с каждым часом, Артем становился все грустнее и задумчивее. А вечером последнего дня перед его уходом я, натянув победную ухмылку, плюхнулся рядом с ним на диван и полностью погрузил пацана в уныние словами:

– Хочешь, вещи помогу собрать?

Артем отказался, но я и не обиделся. Мысленно ликуя, чуть ли не танцующей походкой скрылся в спальне, чтоб не видеть тоскливой рожи.

Ближе к ночи пацан начал свои сборы. Чем-то шуршал, ходил, хлопал дверями. Потом все затихло, парень лег спать. Я тоже долго не сидел и ушел на боковую вслед за Артемом. Почти тут же уснул, сладко улыбаясь мыслям.

Вот только одного я не учел. Забыл или, вернее сказать, из-за накатившей радости потерял бдительность о кое-ком, о ком забывать не следует. Но об этом немного позже.

Спал я беспокойно, снился какой-то бред. Сначала мне снилось, что я мыл пол, потом в роскошном ресторане ел лапшу быстрого приготовления, но у меня неожиданно вывалились все зубы. Это, кажется, привело меня в бешенство. Мне показалось, что в выпадении зубов виноват никто иной как официант, и только я хотел вмазать ему хорошенько, официант почему-то превратился в моего начальника и сам ударил меня. От очень правдоподобной боли я, вздрогнув, даже проснулся.

О сне, пустой информации, тут же забыл. Полуприкрытыми глазами смотрел в белый потолок, сонной головой пытаясь понять, что не так. Телу почему-то было тяжело и очень жарко, а еще на лице оказалось чья-то рука.

Рука. Чья-то. На моем лице.

Взяв маленькую ладонь в свою широкую лапу, убрал ее с лица. Очень медленно повернул голову влево. Потом вправо. Снова уставился в потолок, ничуть не изменившись в лице.

Первой мыслью было, что я попал в женский гарем. С одного бока, свернувшись калачиком и забрав все одеяло, сопела Алина. С другого, закинув на меня ноги и оттесняя приличным уже животиком, пристроилась Света и дышала мне в шею. А Юля так и вовсе почему-то лежала на мне, раскинув руки и ноги в разные стороны, во сне пуская слюну.

Я вздохнул. Что сказать? Затрудняюсь описать свои чувства. Слишком много, и все они противоречат друг другу. Но одно я знал точно, эти три особы явились сюда хрен знает когда и вполне уютно устроились на моей кровати не просто так. Далеко не просто так!

Я осторожно убрал руку Светы со своей головы. Привстал, оперся одной рукой о кровать и, придерживая другой младшую сестренку, резко перевернулся животом вниз. Отпустил сестру. Юля, оказавшись снизу, даже не шелохнулась. Так же бесшумно переложил тетины ноги с себя и выбрался на свободу.