Дальновидно промолчал о том, что в этой рубашке я вообще хожу дома. Если бы сказал, меня бы грохнули до того, как я успел оправдаться. Впрочем, объясняться я тоже не собирался, зная, что это все равно бессмысленно. Света слушать меня вряд ли захочет, а если и захочет, то найдет еще тысячу глупых причин, чтобы отчитать “рослого дубину”. Слушал молча, терпел, вздыхал и кивал, со всем соглашаясь и особо не вникая в причитания. Когда все поводы закончились, я с облегченным мысленным вздохом уже было собрался идти обратно, но тут Света опять поймала меня за рукав и подтащила к себе. Я удивленно наклонился – тетя была женщиной невысокой, на голову ниже меня - и дал себя обнюхать. Правда, тут же об этом пожалел.

– Опять курил, да? От тебя табаком несет.

– Это, ну-у…

– Ладно, можешь не оправдываться. Иди.

Света выглядела скорее расстроенной, чем разозленной. Я виновато заглянул в тетины глаза, молча прося прощения. Вот только живот, не уловив важности момента, громко и жалобно забурчал. Вот черт! Я же ведь еще с утра не ел! Света вдруг вскинула голову и захихикала. Я смутился.

– Иди уже, пень с глазами! Опять в доме есть нечего?

– Ага, - кинул я через плечо и вошел в гостиную. Резко остановился.

Света наткнулась на мою спину и ойкнула. Я мгновенно помрачнел. Увиденное не радовало. Пацан по-домашнему развалился на диване. Юля, маленькая изменница, сидела практически вплотную и смотрела на парня с таким обожанием, что меня чуть наизнанку от умиления не вывернуло. Алина пристроилась рядом с ними, улыбаясь и смеясь в особо забавные моменты. Артем неизвестно как успевал уделять внимание сразу обеим. Идиллия, блин.

– О, какой чудный мальчик! – еле слышно шепнула Света, выглядывая из-за моего плеча.

Меня передернуло. Натянув улыбку, плюхнулся на диван и мрачно скрестил руки на груди. Алина, заметив меня, перестала улыбаться и отвернулась. Света ушла на кухню. Даже Юля как-то притихла. В комнате стало очень тихо. Только телевизор мало-мальски разряжал обстановку. Можно было делать вид, что страшно заинтересован очередной бессмысленной передачей.

Первой зашевелилась Юлька: встав с дивана, она взяла пульт и начала щелкать по каналам, не интересуясь ничьим мнением. Вероятно, сестренка посчитала, что старшие слишком поглощены своими заботами, чтобы обращать на девочку внимание. Артем, воспользовавшись тем, что Юлька отвлеклась, завел со старшей разговор. Разговаривали они негромко и о всякой ерунде, поэтому я быстро потерял интерес к подслушиванию. Громко засопел, почувствовав себя четвертым лишним.

Зашла Света. Она удивленно взглянула на меня, с интересом смотревшего рекламу. Я смутился, отведя взгляд в сторону. Алина с Артемом тоже заметили тетю и повернули головы.

– Пойдемте, у меня все готово.

На кухне повисло напряженное молчание. Алина сидела слева меня. Юля – справа. Артем напротив, рядом с ним пристроилась Света. Я сумрачно уткнулся в тарелку и молча уплетал картошку. Мне все это не нравилось. В такой тишине мы ели только раз, когда всерьез разругались друг с другом. Хотя мы еще не разругались, чувствовалось, что назревает серьезный разговор.

К сожалению, свою порцию я съел быстрее, чем хотелось бы. А это означало, что я первым должен что-то сказать. Продолжать пялиться в пустую тарелку было бы нелепо. Нехотя поднял глаза и тут же встретился со Светиным взглядом. Она хмурилась и смотрела укоризненно. Мне почему-то показалось, что она в курсе происходящего и знает даже больше, чем я. Меньше меня, похоже, знала здесь только Юля.

С разговором тянул до последнего. Я никогда не любил серьезные разговоры. Хотя бы потому, что они всегда долгие и утомительные. Подождал, пока все прекратят есть и просто начнут неуютно ерзать на местах, неуверенно обмениваясь взглядами. После вздохнул, поняв, что разговора все же не избежать, и первым сказал:

– Ну и? Кто-нибудь объяснит мне, в чем дело?

Алина неуверенно посмотрела на Свету. Тетя подмигнула, мол, не волнуйся, все обойдется. Мне этот знак не понравился, но я смолчал. Пацан поступил мудро: в разговор шибко не лез, внимательно слушал и приглядывался. В общем, строил из себя пай-мальчика.

Первой начала Алина. Ее голос подрагивал, чувствовалось, что она не уверена в своих словах. Она упорно смотрела в пустую тарелку и мяла в руках край своей кофточки.

– Понимаешь, Вадик… Тут такое дело, Артему негде жить… Нет, постой, не перебивай! Я не знаю, почему так случилось, думаю, он сам расскажет тебе свою историю, но ведь мы должны помочь ему, верно?.. Мы подумали, что Артем может пожить у тебя некоторое время, пока не найдет новое жилье. Ты ведь не против?

– Против! Во-первых, МЫ не обязаны ему помогать. Но если по доброте душевной тебе вдруг захотелось помочь, то ТЫ и помогай. Меня приписывать не надо, я вообще его в первый раз вижу. Во-вторых, кто это «мы подумали»? Знаешь, мне совсем не нравится, что вы решили что-то без моего ведома, но с моим участием. В-третьих, мне плевать, по какой причине пацану негде жить, но жить у меня он не будет точно! Ясно?

– Но, Вадик! Это всего на несколько дней! – Алина вскинула голову и умоляюще на меня посмотрела. Я помотал головой.