Но пока я сидел на полу и туго соображал, что случилось, Олег вдруг растянул губы в улыбке. Он развел руками.

– Ну как? Теперь видите? Я могу делать с ним все, что хочу!

– Эм, - неуверенно прозвучало спустя затянувшуюся паузу, - братан, мы, э, впечатлены, но паренек-то в сиську пьян. Конечно, он тебе отпор и не дает.

Кивок на меня. Я, кажется, уже догадался в чем дело и теперь осторожно ощупывал свой нос, позволяя потихоньку обиде и гневу закрасться в душу.

Сказать честно, следующее я плохо помню. Вернее, не помню совсем. Дыра в памяти. Вот я вроде бы сидел на полу и недоумевал - за что же получил?
– а спустя мгновение – бац! – и я уже лежу дома на кровати, а надо мной озабоченно склонена чья-то голова. Как оказалось потом, Славы. Чувствовал в тот день я себя паршивее некуда. Сначала в физическом плане – посмотревшись в зеркало, не поверил своим глазам – ну настолько красочно было расписано мое лицо. Жуть глядеть просто! А потом, когда мне удалось-таки вспомнить, что произошло, гадко стало и на душе.

– И вот после этого…

– Да! Да! И вот после этого я стал вот таким, какой сейчас есть!.. Не совсем после этого, там еще несколько инцидентов произошло, аналогичных этому. А потом, - буркнул я, - как ты уже мог понять, Олег, дабы поиграть на публику, принудил меня…

Видя, как округлились глаза Вадима и он что-то захотел сказать, я жестом попросил его не прерывать меня.

– Нет, меня не изнасиловали, а… ну… Короче, судя по реакции, ты понял, что мне пришлось сделать, - я посмотрел исподлобья на скривившегося мужчину.

– Так чего ж ты не вмазал ему хорошенько? – все же не удержался Вадим и потряс кулаком.

– Ну, - я отвел взгляд, ожидая этого вопроса, - не мог. Я… слаб.

– Слаб? – недоверчиво хмыкнул Вадим, критически оглядев меня. – Ну ладно, верю.

Быстро взглянув на подозрительную рожу, понял, что врать у Вадима получается плохо. По крайней мере хуже, чем у меня. Моей лжи хотя бы какое-то время верят, а вот у него все на лице написано. И думать не надо. Особенно сморщенный нос и глубокая складка между бровей говорят о многом.

Я вздохнул, но еще что-то доказывать не стал. Не верят – не надо, главное чтобы не допрашивали. Но, если честно, смотреть с укоризной только на Вадима было бы неправильно, потому что я и сам о многом умалчивал и много чего недоговаривал.

– Это все? – помолчав некоторое время, спросил Вадим.

– Ну… да, наверное, - кивнул я, старательно избегая взгляда мужчины.

Он, чему-то хмыкнув, воспрянул духом. Хлопнув себя по коленям, поднялся с корточек и внезапно подошел ко мне вплотную. Ойкнув, я отшатнулся. Вадим же, испытывая мои нервы на прочность, наклонился и вдруг выдохнул мне в лицо.

– Ну? Пахнет?

– Что? – не сразу врубился я, вжав голову в плечи.

– Пахнет от меня или нет?

– Чем?

– Ромашками, блин! – нетерпеливо дернулся Вадим, поправляя воротник рубашки.
– Покурил я недавно, пахнет от меня табаком или нет?

– Эм, да нет, - рассеяно перевел взгляд на крупный подбородок.

– Так бы сразу, - пробухтел мужчина в сторону.

– А… Эм, вы куда? – с замешательством посмотрел на спину.

Вадим который раз за сегодня резко остановился и обернулся, недовольно хмурясь.

– Как «куда»? Домой, конечно же.

– Д-домой? – запнулся. – Стой… А как же… Разве вы…

– Ты.

– …ты ничего не хочешь мне сказать?

– Хочу, - подумав, согласно кивнул Вадим. – Я хочу жрать.

Удивленно и немного обиженно вскинул брови. Недоверчиво склонил голову набок.

– И что… все? А я?

– Ты? А что ты? А тебя я не хочу! Ты рассказываешь сильно долго, вон, уже как стемнело! Знаешь такую поговорку «краткость – сестра таланта»? Ну так вот, ты у нас не одарен подобными радостями судьбы.

Я вспыхнул. Рассказывал ему тут, душу, понимаешь, изливал, а он «долго»! Да тьфу, блин!

– И что, больше ничего? – насупился.

Мужчина открыл рот, дабы что-то сказать, но вдруг тут же недовольно закрыл его. Посмотрев сначала по сторонам, а затем задрав голову к небу, он неожиданно вздохнул. Поморщившись, кинул на меня короткий взгляд.

– Короче, пацан, пошли домой уже, а? Я задубел, устал и, как уже говорил, жрать хочу. И в туалет, - добавил Вадим задумчиво, оставив меня недоуменно хлопать глазами.

Вот сейчас мне страстно захотелось взять что-нибудь потяжелее да покрепче и с чистой совестью заехать по этой бессовестной роже. Но Вадим, словно не замечая этого, повернулся ко мне спиной, на сей раз окончательно, и, передернув плечами, быстрым шагом направился к домам. Я, покипев еще немножко, спохватился и нагнал мужчину, который уже успел скрыться из виду. Одному в подобных местах, среди холодных гаражей, мне становилось не по себе.

До подъезда дошли быстро, сохраняя молчание. На улице давно уже никого не было, лишь в некоторых окошках еще горел свет да доносящийся шум автомобилей показывал, что город все еще бодрствует.