Через пару минут он встал в центр круга, свет стал ярче, и он запел на незнакомом ему языке.

Коди приподняла бровь.

— Это…

— Древний язык? Да. — Калеб обменялся в Ксевом шокированными взглядами.

— Вы его научили?

— Нет, — Ксев нахмурился. — Но как Малачай он должен знать языки. Это одна из его способностей.

В комнате начал закручиваться вихрь, вначале медленно, потом набирая скорость.

Коди протянула руки и схватилась за диван.

— Так и должно быть?

Ксев пожал плечами.

Из нарисованного круга поднялся дым. Защитные знаки Меньяры засветились и загудели, будто чудовища, пробежавшие марафон.

Лампочки в лампах и над их головами разлетелись, и Коди пригнулась от дождя осколков.

Она пошла к Нику, но Калеб ее остановил.

— Ты знаешь, что лучше не разрывать круг. Трудно сказать, какой вред это принесет.

Но она все равно поползла к нему, но ее ослепил яркий свет. Луч пробил потолок и поглотил Ника, стоявшего с распростертыми руками и продолжавшего петь.

Его глаза закатились, а потом стали ярко-красными. Песнопение становилось все громче и громче, и было похоже скорее уж на гром, чем на слова.

Она чувствовала их в груди, как второе сердцебиение.

Круг вокруг Ника стал еще ярче от белого и желтого цвета. Он танцевал и раскачивался, смешивался с воздухом, пока не начал превращаться в нечто твердое. Нет, не в нечто. В кого-то.

Вначале Коди подумала, что Ник держит на руках ребенка. Но проявилось больше деталей и оказалось, что это крошечная, хрупкая женщина с блестящей кожей кофейного цвета и косичками.

— Меньяра? — выдохнула она.

Ник не прекращал песнопения, пока та не появилась целиком. Свет исчез, и знаки на стене погасли. Он осторожно опустил ее, чтобы та могла встать на обе свои ноги. Воспользовавшись телекинезом, он притянул в круг одеяло с дивана и прикрыл влажное, обнаженное тело Меньяры.

Слабая и трясущаяся Меньяра облокотилась на него, ища физическую и эмоциональную поддержку.

— Не была уверена, что ты меня услышишь, Страшилка.

Ник придержал ее.

— А я не был уверен, что делаю все правильно.

Засмеявшись, она похлопала его по груди.

— Мой маленький Николас, вечно ты в себе сомневаешься. Ну что нам с тобой делать?

— Как бы я поступил по уму? Убрал бы меня подальше и прокапал для верности.

Калеб кашлянул.

— Уже можно разорвать круг?

— Да, — Меньяра отошла от Ника и натянула одеяло на свои узкие плечи.

Ксев повел ее к дивану, а Коди пошла заварить ей чаю.

— Что произошло? Где ты была?

— На меня напали мортенты, застав врасплох в магазине. Они набросились на меня, прежде чем я успела хоть что-то сделать. Утащили меня в Касситу.

Ник склонил голову на бок.

— Касситу?

Она провела дрожащими руками по влажным волосам.

— Тюрьма, в которую изгоняют худших демонов на земле.

— Как они смогли сделать это с тобой? — спросила Коди, подавая ей чашку чаю.

Меньяра поблагодарила ее и сжала кружку в руках.

— Не знаю. Никогда о таком не слышала и не думала, что смогу вернуться. Я начинала задыхаться каждый раз, как только звала на помощь. Даже не знаю, как Николас услышал меня.

— Не надо меня хвалить. Я тебя едва слышал и думал, что схожу с ума. Плюс, мои способности последнее время ведут себя как попало.

— Ты о чем?

— Они непостоянны и часто полностью пропадают.

— И сейчас у него жар, — Коди взяла его за руку и протянула ее к ней. — Потрогай его руку, она ледяная.

Меньяра так и поступила и немедленно нахмурилась.

Калеб кивнул.

— Ага, точно. Нам сказали, что в будущем у Ника будет сын. И мы думаем, что он путешествует в прошлое, чтобы убить нас и изменить время.

Меньяра бросила на него хмурый взгляд.

— Малачаи не путешествуют во времени.

— Да, если им не помочь.

Она бросила на Ксева взгляд, который говорил, что ей неприятно это напоминание.

Неожиданно зазвонил телефон Ника. От испуга он подпрыгнул. Достав его из кармана, он увидел, что это его мама. Он быстро и не колеблясь ответил, потому что иначе его мама может позвонить в Национальный розыск.

И, к сожалению, это была не шутка. Хотя до такого она еще не дошла, но уже звонила в местные больницы и полицию, когда он слишком долго не отвечал. Долго — это больше, чем час. И раз уж его не было там, где он должен был быть… Пора предотвратить массовую панику.