Калеб посмотрел на демонов, потом на Ника, а затем улыбнулся Ксеву.

— Помнишь историю Медеи и Ясона?

— Да, и что с того?

— Думаю, начнем отрезать кусочки от Малачая и бросать им, пока они не уйдут.

— Меня устраивает, но ты сам расскажешь Чирайз, что сделал с ее мальчиком. Потому что, если честно, то я лучше встречусь с адскими обезьянами.

— Ты прав. Есть еще плохие идеи?

— Да, — ответил Ник со смешком. — У меня куча плохих, но я в кои-то веки попробую придумать хорошую.

Коди, вытаращив глаза, смотрела на гигантского демона, возглавлявшего толпу адских обезьян.

— Я напугана до чертиков, — она развела руками.

Другую девушку остановила защита на двери Меньяры. Она буквально впечаталась в невидимый щит и выругалась.

Меньяра с подозрением посмотрела на Аэрона.

— Кто она?

— Он кихирет… банши.

Она раздраженно улыбнулась.

— Я знаю, что такое кихирет, Аэрон.

— Прости, милая. Большинство тупо пялятся на меня, когда я использую этот термин. Не хотел судить тебя по тем, кто игнорирует образование.

Она опустила щит и впустила кихирет.

Аэрон кивнул.

— Все, знакомьтесь с Воном. Итак, милый, поджарим их?

На лице Вона появилась коварная улыбка.

— Ага, это прямо как в День Всех Святых, — с этими словами он вызвал яркий синий шар света, а Аэрон призвал короткий боевой уэльский лук.

— Это шаровая молния? — спросил Ник у Вона.

— Намного лучше. Это свет покойника. Интересно узнать, почему мы его так зовем?

— Да, конечно.

Вон позволил ему вылететь в дверь по направлению к их врагам. Как только он оказался рядом с ними, Аэрон наклонил свою стрелу к Казиэлю, чтобы поджечь ее от его огненного дыхания, и выпустил ее в светлячок покойника.

В тот миг, когда эти три вещи слились, они образовали нечто подобное демоническому огню. Выпущенная волна энергии откатом сбила с ног всех, кроме Аэрона, Казиэля и Вона.

Она в дребезги разнесла стекла в округе, перевернула машины и заставила сработать каждую сигнализацию в радиусе трех километров. А также обернулась вокруг демонической горы и его друзей, призрачно-перепончатой рукой швырнула их вниз, втягивая во что-то похожее на воронку.

Соседи из нескольких ближайших домов наверняка будут в ярости от потерь. Но, эй, вот что случается, когда вы живете по соседству с древней богиней и слишком близко к вратам ада. Вздохнув, Ксев посмотрел на Ника и Калеба с выражением на лице я-же-тебе-говорил.

— Помнишь, что я тебе про них говорил, когда они собираются вместе? И это еще было без их нового друга в придачу.

Ник перекрестился.

— Держать выпивку от них подальше?

— Ага. Я бы даже убрал сироп от кашля, от греха подальше.

— Заметано.

Гордые и самодовольнее, три кельта повернулись к ним лицом. Согнув ногу в колене, Аэрон держал свой лук на уровне бедра, а Вон, скрестив руки на груди, стоял плечом к плечу с Аэроном. Казиэль, все еще в обличии волка, уселся у ног между ними.

Ник покачал головой на устрашающее зрелище, сотворённое ими.

Калеб фыркнул.

— И именно поэтому в древних сражениях их называли «arswyd gan drindod».

— Что это значит? — спросил Ник.

— Ужасная троица.

— Да уж, вижу. — Ник спрыгнул. — Не зазнавайтесь, ребята. — сказал он Аэрону и его команде. — Иначе мы заставим вас объяснять все это соседям.

Он направился помогать Меньяре.

— Кстати, как ты объясняешь подобные происшествия в округе?

— Ураганы. Торнадо. Иногда прокатывает история с утечкой газа. Если это не работает, говорим про «правительственный заговор». Ты даже представить себе не можешь, как легко они верят в версию про заговор.

— Да уж, скорее я поверю в правительство, пытающееся добраться до меня, чем в кучу дышащих огнем адских обезьян.

Ник с уважением обратился к Вону.

— Что ж… расскажи мне о свете покойника.

— Что ты хочешь знать?

— Все банши Леголаса используют его в качестве оружия?

Насупившись, она наклонила голову к Аэрону, чтобы поговорить с ним по-валлийски:

— Что за Леголас, и имеет ли он в виду что-то обидное под этим?

— Неа, он просто пытается быть милым. Не в отношении Леголаса, но это больше шутка, нежели что-то обидное. Хоть он и Малачай, он не жестокий зверь. Он на самом деле пытается понять, кем ты являешься. И как Малачай, он понимает твой валлийский, так что нет никакой пользы в том, чтобы переходить на него рядом с ним, поскольку он понимает каждое сказанное нами слово.