– Сосредоточься, – пробурчал он, вставая напротив меня.

– Как я могу сосредоточиться, если ты орешь, как кит? – парировала я. За этот короткий период между нами сложились странные натянуто-дружеские отношения. Мы могли подшучивать друг на другом, кричать и обзываться, несмотря на огромную разницу в возрасте, о которой, признаться честно, я постоянно забывала. Сложно дать колдуну его возраст, глядя на идеальное фарфоровое лицо. Даже у меня морщин сейчас больше, чем у него. Видать, без хитростей и зелий тут явно не обошлось.

– О чем ты думаешь? – поинтересовался Оттар.

Я хмыкнула. Колдун не мог читать моих мыслей, как открытую книгу. Это льстило, хотя заслуга в этом не моя, а изрядной дозы радиации, сидящей в моем тельце.

– Смогу ли я восстановить слух после наших занятий или нет, – съязвила я, отходя дальше, но маг с легкостью переместил меня на прежнее место. Боли это действие больше не вызывало, зато изрядно раздражало. Блокировать я пока тоже не научилась.

– Я чувствую, как мои клетки умирают от старости во время твоего обучения, – сказал Оттар и потряс меня за плечи.

– Потому что обучение не эффективно. Ты так ничего толком не объяснил. Сказал лишь закрой глаза и расслабься. Такой совет можно дать, где угодно, – выпалила я, тяжело дыша. Почему здесь так душно?

Колдун улыбнулся, а затем встал позади меня.

– Все легко, просто сконцентрируйся на чем-нибудь одном, – тихо произнес он.

Горячие руки легли на мои бедра.

Я напряглась от этого жеста и недовольно посмотрела на колдуна через плечо.

– Не отвлекайся, – проговорил Оттар, сверкая тигриными глазами.

– А ничего, что ты меня лапаешь? – возмутилась я.

Он хмыкнул.

– Я просто поправил твою стойку, не обязательно так расставлять ноги, мы же не аэробикой занимаемся.

– Аэробикой? – удивленно произнесла я.

Оттар кивнул.

– Если я живу в лесной чаще, это еще не значит, что я ничего не знаю о Земле, – ответил колдун. – Мы будем разговаривать сегодня или займемся делом?

– Такая заинтересованность к моей планете, – рассматривая его лицо, медленно сказала я.

Он пожал плечами, его взгляд упал на мою руку, где покоилось золотое кольцо в виде лианы с изумрудными каплями. Маг ухмыльнулся, схватив мое запястье.

– Сколько лет было потрачено, чтобы превратить безнадежного романтика-принца в достойного холодного колдуна, а что в итоге? Локи вернулся к тому же состоянию. Ты опасная женщина, всего лишь за два года порушила все его моральные принципы, так бережно мной привитые, – проговорил Оттар.

Я вырвала свою руку.

– Ничего не вижу плохого в том, чтобы проявлять некую долю романтизма.

Маг щелкнул пальцами.

– Именно, некую долю, но Локи захлестывают эмоции, и ему сносит крышу, он начинает действовать, как птица в клетке, отчаянно пытающаяся вырваться из тесных оков. Ничего путного… только крылья ломает.

– По-моему, у него все в порядке, – пробурчала я.

– То есть, вы не говорили на эту тему?

Оттар опять начал нарезать круги.

– Так, кто ты? – спросила раздраженно я.

Он недоумевающе посмотрел на меня.

– Что у тебя в дипломе написано? Колдун шестого уровня? Не психолог? Что-то я не заметила таблички у входа с этой надписью, как и кушетку тоже.

Маг расплылся в улыбке, меряя шагами комнату.

– Это сойдет вместо кушетки? – он указал на грязный матрас в самом углу.

Я скорчила рожицу.

– Ну, и как давно вы не разговариваете? – поинтересовался Оттар, прекратив расхаживать из стороны в сторону.

– С чего это ты взял?

– Потому что по твоему лицу видно, как ты ведешь с ним мысленные диалоги.

Я закряхтела.

– Кажется, кто-то говорил о том, что не стоит отвлекаться по пустякам, – напомнила я.

Тигриные глаза посмеялись.

– Чтобы не отвлекаться по пустякам нужно их устранить. По какому поводу вы поругались?

Я шумно выдохнула.

– Ты, наверно, слышал, что на царицу Фригг совершили нападение? – начала я неуверенно.

– Локи не мог этого сделать.

Оттар отрицательно покачал головой.

– Знаю, я тоже так считаю, но что если его заставили?

Колдун задумался.

– Надеюсь, тебе хватило ума не говорить ему такие мысли? Потому что если ты такое сказала, извиняться придется целую вечность. Я мог бы поверить в любое покушение, которое бы приписали младшему принцу, но только не на Фригг.