– Кровь моей крови, спаси, ибо это не моя смерть!

И по его приказу кровь вытолкнула темноту из его тела. Но темнота пришла в его разум, окутав его глаза, и Каним повалился на землю, чувствуя каждой клеточкой своего тела насколько близка и родна была ему тьма. И страх охватил его прежде, чем пришло забвение, и Стефан погрузился во мрак, терзаемый смутными сомнениями, и не было ему покоя, покуда слова дракона звонко отдавались в его голове.

========== Часть 4. Морской воздух. Глава 1. Солоноватость моря ==========

Каним стоял на носу корабля и пытался насытиться морским воздухом. Солоноватый и сырой аромат щекотал его ноздри, заставляя порой отфыркиваться, а прохладный свежий ветерок трепал и так взъерошенные бронзовые локоны. Еще одна из прелестей быть представителем мужского пола – это не расчесываться по часу каждый день, Каним весьма прельщало это безобидное на первый взгляд положение. Юноша вглядывался вдаль и пытался найти землю, но перед ним расстилался бескрайний синеватый горизонт, который успокаивал раздраженные волчьи глаза. На фоне этой умиротворённости с тихим морским придыханием, внутри парнишки бушевал ураган сомнений и страха. Пускай с момента, когда оскверненный дракон посетил прекрасный бал, прошло около месяца, но в голове полукровки все также отчетливо звучали слова древнего существа.

Они со звуком разбитого стекла, мелкими осколками летели вниз и впивались в сознание парнишки. Стефан отчетливо ощущал холодок внутри себя при каждом воспоминании об этом моменте. Как он ни старался Нигма больше ничего ему не поведал, и ко всему прочему, темный заклинатель не давал покоя Стефану, все время всплывая перед ним смутным предзнаменованием чего-то ужасного.

Но морской воздух освежал и дарил временное успокоение. Ощущение выполненной «на ура» вызывало внутри Каним прилив новых сил и эмоций, которые затмевали переживания. Да еще и Рунный Новый Год был не за горами, и Стефан ждал его с нетерпением, предвкушая всю сладость морозного праздника у себя в имении. В доме соберется вся семья, как всегда приедут Глайдиусы уже возможно с семейством Бонгейлов, парочка давнишних отцовских друзей, которых Каним всегда ждал с нетерпением и весь вечер не отходил от них, прося рассказать новые истории о приключениях, которые выпали на их долю. Особенно он ждал прибытия сэра Максимилиана, у него всегда было припасено пару захватывающих историй специально для него. И парнишка уже решил, что обязательно пригласит мессира Венсана с его семьёй на этот праздник морозной жизни.

– Что с тобой? – приблизился к нему де Вест, - ты в последнее время какой-то дерганный и несобранный.

Стефан с недовольством вырвался из грёз о празднике и перевел скучающий взгляд на командира.

– С чего ты взял?

– Ты даже на уроках истории порой витаешь в облаках, - многозначительно посмотрел на него капитан, - этот аргумент ты не покроешь. Выкладывай, что с тобой.

Парнишка тяжело вздохнул и, перевернувшись к юноше лицом, спиной облокотился на деревянный борт.

– Когда Нигма в ярости разнес училище, он мне кое-что сказал, - с тяжестью на душе произнес рыжеволосый, - что Заклинатель есть порождение истинного зла, которое Богиня принесла на землю. И рано или поздно я обращусь во тьму.

– Почему ты ему веришь?

– Он дракон, - пояснил Каним, - и он лишь передал, что ему шепнула на ухо древность.

– Не волнуйся, Стеф, - дружески похлопал его по плечу Остин, - ты не злой, ты самый добрейший пурин во всем Зазеркалье.

– Пока да, - кивнул полукровка, - но я чувствую ее в себе, Остин, тьма внутри меня.

Де Вест поежился от испуганного взгляда Каним. Он как будто смотрел куда-то внутрь себя, чувствуя, как по его неокрепшему юношескому телу крадется тьма, похожая на вечную ночь.

– Эй! – окликнул их кто-то со стороны моря, - не хотите ли посетить наш корабль?

Остин рванулся к мечу, Каним же услышал свистящий звук, а после сильный удар пришелся на него с боку и дальше возникло забвение.

– Стеф, эй, Стеф!

Над ухом раздавался чей-то беглый шепот, теплое дыхание приятно опаляло ухо.

– Стеф!
– чуть громче рявкнул голос полушепотом.

Парнишка недовольно повернул голову в сторону говорившего, но глаз не открыл.

– Лукиан, еще пять минуточек и я встаю, честное слово, - сонно отозвался полукровка.

– Стеф!

– Я же сказал еще пять минуточек, - злобно зарычал парнишка.

Кто-то начал легонько бить его по лицу. Каним взвыл от такой некультурности.

– Ай! Стефан ты чего сдурел!?

Каним тут же распахнул глаза и увидел, окровавленный палец Барайна. Тот тоже косился на свой указательный палец.

– Я тебя укусил?
– тихо пролепетал парнишка.

– Вообще то да!!!

Со всех сторон раздалось тихое многоголосное хихиканье.

– А вы чего ржете!?
– воскликнул старший из близнецов, - в следующий раз, Остин, будешь сам его будить, понял!?

– Прошу прощения, - еще не до конца проснувшись, вмешался Каним, - а мы собственно где?

– А нас собственно похитили, - обиженно буркнул Брайан.

Каним встряхнулся, скидывая остатки вынужденного сна, и оглянулся. Они все сидели кругом, прочно привязанные тугой веревкой к мачте корабля, руки их были связаны отдельно, как впрочем и ноги. Соседями парнишки оказался Брайан и Остин.