– Минутку, – я еще не совсем оправился от внезапно нахлынувших эмоций и не очень хорошо соображал: – Минутку... Можно все это – более подробно?

– Можно. Ваш объект – девятнадцатилетний аварец, студент юридического факультета МГУ. Его отец – уважаемый человек, у него в Москве солидный бизнес, почти все легально, криминал по минимуму, если можно так выразиться – в пределах нормы. Хитрый, умный, гибкий – частенько решает спорные вопросы между членами сообщества. Проще говоря, «на раз разруливает любые терки». Достаточно?

– Почему выбрали именно этого человека? Есть какие-то особенности?

– С тобой точно все в порядке? – Филин поморщился. – Ты бледный и до тебя туго доходит. А до этого соображал быстро.

– Я в порядке, – я опять хлебнул воды и попытался сосредоточиться. – Просто...

– Тебя ошарашил разговор про убийство, – Филин не спросил, а, скорее, констатировал: – Выбрось это из головы. Я так понял, что твой большой железный брат берет это на себя.

– Да при чем здесь...

– Я все сделаю, – кивнул Федя. – Можешь на эту тему не париться.

– Да, я понял... Но... Почему выбрали именно этого человека?

– Отмотай назад, – Филин укоризненно покачал головой. – Ключевое слово – гибкий. Да, этих ребят с бизнесом и связями много. Но среди них полно упертых товарищей со средневековыми принципами.

– Типа нашего Маги?

– Возможно. Короче, таких, которые ради интересов клана готовы пожертвовать чем угодно. В том числе собой и своими детьми.

– А этот что, совсем без принципов, и готов торговать интересами клана направо и налево?

– Хорошо, – похвалил Филин. – Пришел в себя. Нет, этот тоже с принципами, но он, повторяю – гибкий. Интуитивный. Привык решать проблемы своих менее гибких соплеменников, от компромиссов не шарахается. Короче, если грамотно поставить вопрос, постарается сделать все, чтобы спасти своего ребенка. Это, кстати, его любимый сын.

– Ясно. Так... Ах, да: что там насчет предварительной подготовки?

– Вам надо эвакуировать свои семьи.

– А смысл? – встрепенулся Федя. – Мы же вроде бы собираемся делать все полюбовно – без крайностей.

– Это на всякий случай, – пояснил Филин. – Ну, мало ли – вдруг что-то не срастется, или отец параллельно предпримет какие-то «тихие шаги». Желательно, чтобы некоторое время ваши родные были как можно дальше. А самим вам надо держаться вместе, быть настороже и не расставаться с оружием...

Тут он кивнул на Федю.

Да, товарищи из отряда совиных – народ глазастый. Я, например, ничего не замечал, и, наверное, до сих пор оставался бы в неведении, если бы Федя сам не показал.

– Твои родители на Кубани, – продолжал Филин, в очередной раз проявляя нечеловечью осведомленность. – Это хорошо. Это вообще многое упрощает.

– То, что я один?

– Нет, то, что твои родители – из казаков, – с каким-то непонятным теплом сказал Филин. – В станице они будут под более надежной защитой, чем по любой «программе защиты свидетелей». Осталось лишь уговорить Галину Юрьевну, чтобы она с завтрашнего дня взяла отпуск и уехала туда же.

– Так... А вот это, наверное, будет самое сложное, – Федя задумался и помрачнел. – Я даже и не знаю... Как к ней с таким разговором подступиться? Дим, ты подумай, как-то надо это оформить потоньше...

– Насчет этого можете не волноваться, – успокоил Филин. – В данный момент с ней как раз беседует человек, который умеет манипулировать вескими аргументами – и... ну, в общем, нравится умным дамам.

– Это который на «Паджейро» уехал? – уточнил я.

– Да.

– Что за человек? – насторожился Федя.

– Да не беспокойся, человек неопасный – вежливый, тактичный, грамотный. Думаю, Галина Юрьевна в ближайшее время позвонит тебе и уведомит о своем решении. Так... По оставшимся: надо выставить два суточных поста возле дома Лены Даневич. Это будет нетрудно, если вы свернете все поисковые мероприятия. Да и еще – Борман должен быть постоянно в поле зрения. Лучше всего – с вами, в крайнем случае – в надежном месте, чтобы вы знали, где он. Все гульки временно прекратить, пусть немного потерпит.

Нет, так жить нельзя! В самом деле – как закончим со всем этим, надо будет в клубе делать конкретную чистку. Не по нациям и религиям, а сугубо по языковому аспекту. Всех, кто не умеет держать язык за зубами – в карьер!

Ой, оговорился: просто гнать поганой метлой, карьер тут ни при чем.

– Филин, можно начистоту?

– Если это про вас – запросто.

– Я так понял, что вы нами не сегодня начали заниматься?

– Правильно понял. В воскресенье подъехал Сашко и замолвил за вас словечко. Сразу и взялись.