– А он ещё всегда говорит, что у него фантазии нет,- удивилась я.

– Ну, он прав. Это как-то странно. Мне кажется, что в какой-то момент она у него просто закончилась. Я помню, у него был хомяк. И знаешь, как он его назвал?

– Как? – я отвлеклась от чая.

– Хомяком. Это был хомяк Хомяк. Ну, о какой фантазии тут можно говорить? Этот человек не может быть остроумным.

– Хомяк Хомяк? – рассмеялась я. – Ты это серьёзно?

– Да.

– Ну, он и скучный! Никакой оригинальности!

– Нет, ты постой, это же ещё не всё.

– А что ещё?

Я даже совсем перестала пить чай, так меня увлёк этот разговор.

– Ты ошибаешься, он может быть оригинальным. Как-то раз, когда я был, как Кира сейчас, на День Рождения он подарил мне золотую рыбку и сказал, что она может исполнить три моих желания. Я, конечно же, поверил. Ему тяжело не верить. Так вот, всё, что я загадал, сбылось.

– Как? Рыбка была волшебная? – удивилась я.

Мстислав тоже удивился.

– Конечно же, нет. Просто он сказал, что у рыбки нужно просить всё громко и сразу. И потом, подслушал, наверное. Но смысл в том, что все мои желании сбылись. Но я, дурак, загадывал тогда всякую чепуху. Потратил свои желания на всякую ерунду.

– А что ты загадал?

– Здоровенную шоколадку, которая продавалась в магазине около нашего старого дома. Потом я ещё попросил, чтобы не нужно было убираться в комнате, и она убиралась сама. А третье… Ах да, вспомнил! Ещё одну рыбку.

– Чтобы можно было ещё три желания загадать? – хитро улыбнулась я.

– Нет. Я просто люблю рыбок. У меня и сейчас аквариум в комнате стоит.

– Рыбки это неинтересно. Вот собака, это классно. С собакой играть можно, а рыбки что?

– У тебя, наверное, просто никогда не было рыбок. Вот ты и не понимаешь. Наблюдать за ним тоже классно. Это так успокаивает. Тебе полезно было бы иметь рыбок.

– Ты на что это намекаешь?

– Нервная ты какая-то.

Это точно брат Макса. Такой же бесцеремонный! Нет, правда, они оба очень прямые. Даже слишком.

– Отстань со своими рыбками, лучше ещё что-нибудь расскажи!

– Я даже не знаю, про что… Последнее время я просто-напросто не знаю, что в его жизни случается интересное.

– Последнее время меня не интересует. Про последнее время я знаю лично. Ты лучше расскажи, что было раньше, когда он был маленьким. Он был таким же?

– Вообще другим.

– Как ты?

Мстислав почему-то сильно удивился, а потом радостно улыбнулся. Да, он тоже наверняка улыбается только тогда, когда ему хочется.

– Как я?

– Да,- растеряно произнесла я.

– А разве я другой?

– Конечно, вы вообще не похожи. Ты в десять раз интереснее этого зануды. Он ведь даже ничего рассказать о себе не мог.

Мстислав улыбнулся ещё ярче.

– Ты чего так радуешься? – спросила я.

– Просто всем всегда кажется, что я его копия. Все думают, что мы очень похожи.

– А на самом деле?

– Внешне только немного. А так мы разные.

– Это хорошо.

– Нет, это плохо. Я бы хотел быть, как он. Он ведь во всём лучше меня, везде первый.

– Он? Не может этого быть! Знаешь, ты как минимум истории рассказываешь интереснее. Да и должны быть у Макса свои недостатки и заморочки. Он же кофе литрами хлещет!

– Ну, да, заморочек у него хватает. Чего только стоят его глупые страхи!

– Страхи?

– Ага. Представь себе, он боится белых кроликов! Они не просто ему не нравятся, он их действительно боится,- Мстислав заулыбался.
– Однажды мы были в цирке, и там было что-то типо маленького зверинца. Вот там его за палец и укусил белый кролик. С тех самых пор он их и боится.

– Трусишка.

– И снова не угадала. На самом деле он иногда бывает даже очень храбрым.

– Разве? Я у него однажды седой волос нашла!

– Нет, он на самом деле иногда бывает очень храбрым. Вот эта история была не так уж и давно. Он ждал с Кирой папу на улице, когда тот был в магазине.

– О, это храбро,- перебила я.

– Нет, ты дослушай. Так там откуда-то появилась огромная собака. Я не знаю, бешеная ли она была, но она хотела броситься на Киру. Так Макс её загородил. Помню, как ему ещё кололи уколы целый месяц из-за этой собаки. У него до сих пор на руке шрам есть.

– А ему идут всякие шрамы.

– Ему просто везёт с этим. Вот из-за той собаки у него шрам в виде серпа остался.

– Как месяц? – тотчас оживилась я.

– Как месяц.

– О, это же так здорово!

– У него всегда всё как-то классно получается. У него даже есть родимое пятно в виде сердечка.

– Разве? Я что-то не видела.

– И никогда не увидишь. Хотя…

– Так, где оно? Я хочу посмотреть!

– Ну, тебе придётся очень постараться,- он загадочно улыбнулся.