– Мне тоже всегда казалось, что я способен это понимать. Но, как видишь, я разбит.

– Да, я читала. Читала о том, как ты страдаешь. И мне всегда хотелось прийти и дать тебе пощёчину.

– Пощёчину? – я удивлённо уставился на неё.

– Да, пощёчину! Ты её заслужил! Правда, вместе с этим я ещё очень хотела обнять тебя и уберечь от того ужаса, который терзает твою душу. Но это неважно! Ты заслуживаешь пощёчины!

Я смотрю на неё удивлённо и молча. А она продолжает говорить.

– Мир хорош. Я жалею, что мне его больше не увидеть. А ты имеешь этот шанс, но упускаешь его. Ты похоронил себя в своей комнате. Лишил себя столько прекрасного. Я скучаю по многим вещам, которые делали жизнь приятной. Только подумай, что ты можешь путешествовать! Можешь пробовать разные новые вкусные блюда. А ещё не забывай про хорошую музыку и интересные книги.

– А как же плохая музыка и скучные книги? – вырвалось у меня.

– Такого не бывает,- ей голос уверенный, и я верю ей. – На каждую картину найдётся свой ценитель.

– Может быть, ты и права. Но без тебя мне это всё не нужно. Я не полюблю мир. Ты была той причиной, которая заставляла меня любить всё вокруг.

Её лицо покраснело и приняло самодовольный вид. Но она быстро согнала эту краску и сказала:

– Чепуха! Кроме меня есть много других причин любить мир и жизнь! И самая главная причина, полюбить этот мир, - это то, что нужно научить любить его всех остальных. Но для этого начать нужно с себя.

И тут неожиданно пошёл снег. И плевать, что сейчас середина весны. Плевать.

– Снег? – спрашиваю я.

– Да, я знаю, что ты любишь зиму. Она, как ты. Поэтому я тоже её люблю,- Фаер протянула перед собой руку.

На её ладошку упало несколько снежинок. Они упали, но не растаяли.

– Я ведь мечтала о том, чтобы все были счастливы, помнишь? – в её голосе появляются грустные ноты.

– Помню. Я помню все твои мечты. Ты мечтала о всемирном счастье и о вечной жизни твоего имени.

– Точно! – она вся вдруг оживилась.

Если обычно в её глазах светятся огоньки, то теперь там вспыхнул настоящий пожар.

– Макс! Помнишь, твоё обещание? Ты поклялся мне, что, если я умру молодой, ты не дашь моему имени умереть! Помнишь?

– А ты обещала, что не за что не умрёшь, раньше меня.

Огонь в её глазах дрогнул.

– Но это веди ничего страшного, что я не сдержала своё обещание? Ты ведь своё сдержишь?

Я не мог сказать ей «нет». Но мы-то с вами понимаем, что это просто невозможно. Как я могу сделать так, чтобы её имя жило вечно?

– Ты такой проблемный ребёнок,- я усмехаюсь. – Другие девушки мечтают о сто одной розе или белой машине.

– И дуры! Пусть я и девушка, но я не понимаю логику девушек! Зачем это всё? Через сто лет розы, машины, тряпки и косметика потеряют своё значение. А имя! Моё имя будет жить вечно! И через сто лет, и через двести, даже через пятьсот я всё ещё буду Анной Фаер,- она посмотрела на меня и доверчиво спросила.
– Ведь буду?

Я обезоружен.

– Разве у меня есть выход? Я обещал.

– Именно! – она радостно спрыгнула с качелей и посмотрела на меня свысока.

Даже если бы она стояла под моим окном, она бы всё равно смотрела свысока.

– Но я не знаю, как я это сделаю. Это же невозможно.

– Всё-таки мы, люди, действительно глупые,- произнесла она задумчиво, а потом, словно очнувшись, перевела на меня свой взгляд. – Это возможно. Для тебя это возможно.

– Нет,- я опустил лицо на руки. – Я жалкий. Не на что не способный. Ничтожество.

– Что за чушь?! Ты удивительный,- у неё покраснели уши, но она продолжала говорить. – Я всегда мечтала быть такой, как ты! Это тяжело – признавать, что кто-то другой, такой, каким хотелось бы быть тебе. Я бы хотела быть тобой. Это твоя история, Макс! И ты здесь главный герой! А я просто неприметный гараж около огромного особняка. Ты сможешь добиться всего, чего захочешь. Поэтому я хочу, чтобы ты всю жизнь добивался исполнения моей мечты о мире, где каждый мог бы быть счастлив.

– Я тряпка, Фаер.

– Нет! Ты ведь даже не подозреваешь, как ты выглядишь со стороны! Никто не считает тебя тряпкой.

– Мне плевать, что считают другие. Я волнуюсь только о том, что думаю сам.

– Разве тебе никогда не бывало интересно, что о тебе думают остальные люди?

– Нет,- я безразлично пожал плечами. – Мне не интересно, нравлюсь я или не нравлюсь окружающим. Меня волнует только то, что я сам о себе думаю. Всегда найдутся те, кому ты нравишься, а вот не нравиться самому себе – это куда интереснее.