– С ними ничего не случится, – заверила Блэк.

Гермиона порывисто обернулась.

– Откуда такая уверенность? – колко произнесла она. – Это война – каждую минуту может что-нибудь случ…

«Гарри Поттер».

Гарри схватился за голову: шипящий голос заполнил его сознание, эхом отдаваясь в ушах и острой болью – в голове. Он крепко зажмурился, стараясь поставить блок, однако перед мысленным взором возникло змеиное лицо, и цепкий взгляд красных глаз впился, казалось, в саму душу.

– Гарри, что случилось? – раздалось где-то на задворках сознания.

– Это Лорд!

Вертикальный зрачок расширился, красная радужка все приближалась, пока не остался лишь этот алый цвет. Гарри показалось, будто все его тело становится невесомым, отрывается от земли и падает в море крови.

– Подожди, я знаю, что делать…

– Ты что! Это может повредить его рассудок…

«Гарри, где мои предатели?»

Вокруг то ли какая-то алая жижа, то ли красный туман, Гарри то ли падает, то ли тонет, не понимает, где он и как сюда попал. Туман постепенно редеет, в нем мелькают какие-то образы, выплывают человеческие фигуры.

– Это была карта Нурменгарда, – перед ним возникает Сириус, и Гарри вдруг осознает, что мелькающие фигуры – это его воспоминания.

«Нет, нет, прекрати! Прекрати вспоминать! Ты ничего не помнишь», – твердит себе Гарри, пытаясь мысленно сделать туман гуще, так, чтобы в нем уже ничего нельзя было разглядеть.

– Когда я это смекнул, передо мной мгновенно раскрылась потрясающая перспектива. Мои друзья, разумеется, не обладали столь гениальными мыслительными способностями… – но Сириус все продолжает говорить, вокруг его образа проступает зеленоватое свечение, а где-то вдали голос Гермионы настойчиво зовет Гарри по имени.

– Все будет в порядке, – материализуется образ Тонкс. Она держит в руках три новенькие волшебные палочки. – Мам, мы все проверили.

Фигура девушки тает в тумане. Голос Гермионы где-то совсем близко.

– Думаю, в самом скором времени мы отправимся во Францию, – перед Гарри вынырнул образ Малфоя.

– Ты погляди! – в дымке возникает брешь, она все расширяется, и кроме Малфоя и говорившего Грюма проступают очертания зала в Гриммовом Логове.

– Как же вы собираетесь предпринять этот вояж? – насмешливо интересуется Грюм.

«Нет, нет, нет», – Гарри напрягает все силы. Края прорыва дрожат, вновь затягиваются, но зеленые искры пробегают по ним, словно закрепляя воспоминание.

– Портальные камни, – торжествующе провозглашает Сириус.

Гарри силится растворить воспоминание, забыть его, стереть, его нет, не существует. Голос Сириуса становится невнятным, теряется в многократном эхе, однако уже поздно, должно быть совсем поздно, он знает, прочь из моей головы…

– Гарри! – воспоминание разлетается лоскутками тумана: Гермиона протягивает руку прямо сквозь него и хватает Гарри за запястье.

Ослепительно белая вспышка.

Гарри несколько раз моргнул, прежде чем начал различать очертания предметов и понял, что лежит на спине, глядя в белесое зимнее небо, расчеркнутое голыми ветвями деревьев. Шок был настолько сильным, что пару минут он лежал, даже не ощущая собственного тела. В ушах еще стоял отзвук разъяренного вопля Волдеморта, раздавшегося, когда Гермиона схватила его за руку, и от этого умиротворенная тишина леса казалось ватной, ненастоящей. Гарри машинально облизнул пересохшие губы и почувствовал стальной привкус крови на языке. Он резко сел, вытирая кровь, текущую из носа, и не сразу заметил, что девушки смотрят на него испуганно и выжидающе. Он замер.

– Гарри, – у Гермионы лицо тоже было испачкано в крови. – Ты как?

– Нормально, – сипло ответил он.

Где-то на задворках сознания он почувствовал пульсирующую ярость Риддла. По спине внезапно продрал мороз. Как много он успел узнать?

– Ты могла превратить его в овощ! – гневно воскликнула Стелла и толкнула Гермиону в плечо.

– Не превратила же! – с неожиданной злостью ответила та, в ответ стукнув Стеллу по руке.

Они с яростью уставились друг на друга.

– Что произошло? – растерянно спросил Гарри.

– А то, что Гермиона тоже применила к тебе легилименцию, – ответила Стелла, все так же испепеляя подругу взглядом. – И решила посоревноваться с Риддлом прямо в твоей голове, перетягивая твои воспоминания на себя.

Гарри уже открыл рот, чтобы выразить свое недоумение по поводу возмущения Блэк.

– Это могло навсегда повредить твой рассудок, – отчеканила Стелла, глядя в глаза Гермионе. – Нужно быть настоящим мастером, я бы никогда на такое не решилась!

– Я знала, что у меня получится, поняла?! – вспылила Гермиона, подавшись к ней. – И прекрасно, что ты не решилась, потому что у тебя не получилось бы! Но я – не ты, ясно?