Впереди полыхнуло пламя, послышался испуганный и возмущенный вой. В очередной раз свернув, Регулус, наконец, догнал остальных. Гермиона, взмахнув рукой, отправила в отскочивших в сторону существ струю пламени. Ближайшие зеркала оплавились, твари, завопив от боли, заметались, но почти сразу пламя погасло, и они, в целости и сохранности, бросились назад. Сириус отшвырнул их, взмахнув рукой.

– Что это? – изумленно воскликнула Гермиона.

– Не могут же они быть бессмертными! – отозвалась Нарцисса.

Регулус отметил, что расплавившиеся зеркала не восстанавливаются.

– Но они не реагируют ни на одно проклятье! – с истеричными нотками в голосе воскликнула Талия.

Они с Гиневрой были в многочисленных царапинах и укусах. «Да быть того не может», – подумал Регулус и нацелил волшебную палочку на ближайшее из упрямо подступающих чудищ:

– Авада Кедавра!

– Сектумсемпра! – одновременно с ним выкрикнула Гермиона.

Оба проклятья прошли сквозь тварей, словно привидения. Сириус опять поспешил отбросить их назад.

– Думаете, мы не пытались? – ощетинилась Талия.

– Этого не может быть! – Регулус помотал головой, сбитый с толку. – Значит, они не живые!

Это было единственным логичным объяснением. Гермиона повернулась к нему.

– Да, и что они тут ели бы все это время? – задумчиво протянула она. – Мне кажется, я что-то такое читала у вас в библиотеке.

Регулус удивленно моргнул. Не то чтобы он прочел все книги в Гриммовом Логове, но все равно неожиданно, что он не знает чего-то такого, что известно Гермионе. Она взмахнула волшебной палочкой, оплавляя остальные зеркала. Горячая волна полукругом прокатилась по помещению. Обойдя Сириуса и Гиневру, Гермиона наколдовала еще одну волну обжигающего воздуха.

И действительно – лохматые существа, и те, которые стояли на полу, и те, которые спускались по цепям, растворились в воздухе. А вместе с ними исчезли и раны Гиневры и Талии.

Все медленно повернулись к Гермионе и удивленно воззрились на нее.

– Это были страхи, – она с подозрением покосилась на Талию с Гиневрой. – Думаю, кто-то из вас подумал, что было бы жутко увидеть в зеркалах нечто такое. Все дело в магии зеркал. Хотя волшебникам обычно мало о ней известно: это магия вампиров, они ею неохотно делятся.

Ее щеки немного порозовели от восхищенных взглядов, устремленных на нее. Регулус почувствовал, что расплывается в улыбке. Гермиона в последнее время просто поражала своей сметливостью, и он только сейчас начинал в полной мере понимать, насколько ему повезло с невестой. Больше, чем он мог даже мечтать.

– Гермиона, ты – мозг, – весело подытожил Сириус. – Ладно, Санта Клаус, давай, заморозь здесь все, а то как-то горячо идти.

– Спасибо за подсказку, – хмыкнул Регулус. – Без тебя не догадался бы, пасхальный зайчик.

– Обращайся, – хохотнул Сириус, оценив подкол.

Через пару минут обледеневший коридор в лесу расплавленных зеркал был готов. Когда все двинулись дальше, Регулус отстал и придержал за локоть Гермиону, чтобы пойти последними. Она бросила на него быстрый, чуть недовольный взгляд – кажется, все еще обижалась на него за вчерашнее поведение.

– Ты восхитительна, – искренне сказал он. – Чувствую себя недостойным вас, миледи.

– Не выдумывай, – недоверчиво поморщилась она и, сурово поджав губки, с неприступным видом уставилась прямо перед собой.

Регулус ухмыльнулся – она была просто очаровательна в гневе.

– Не обижайся, – попросил он, поймав ее за руку и переплетя их пальцы. – Ты мне не безразлична, – и с неимоверно серьезным видом заверил: – Во всех смыслах этого слова, даже в самых неприличных.

Она закатила глаза, но все же улыбнулась уголками губ и сжала его руку в ответ.

– Все-таки в тебе есть одна ужасная черта, – неожиданно заявила она.

– Я – коварный подхалим? – предположил Регулус, скорчив покаянную рожицу.

Гермиона хихикнула.

– И это тоже.

– А есть что-то еще? – растерялся он.

– Ага, – сверкнула глазами она. – Ты – настоящий английский джентльмен.

– Фу, нет, не может быть, – притворно возмутился Регулус. – Это же омерзительно. Я постараюсь исправиться.

Она тихонько рассмеялась в ответ, уткнувшись лбом в его плечо. Регулус вдохнул медовый аромат ее волос и подумал, что выполнить свое обещание будет легко.

***

Тонкс с Ремусом уже были на подступах к вращающемуся центру лабиринта, когда оттуда прилетел незнакомый Патронус – филин, и голосом Блейза Забини уведомил, что в центре ничего нет.