– Детектив Зиль, полагаю? – он протянул руку и сильно сжал мою. Слишком сильно. Огромным усилием воли я постарался не скривиться. – Я Алистер Синклер. Можете называть меня Алистер.

По манере речи и поведению он казался менее чопорным, чем я представлял, прочитав его английское имя. Чуть позже я узнаю, что он много путешествовал по миру, а детство вообще провёл в Риме.

Мужчина снял шляпу и пальто.

– Позволите? – кивнул он на деревянную вешалку у двери.

– Прошу вас, - ответил я.

– Рад, что вы встретились со мной после столь краткого сообщения. Могу представить, как вы заняты в свете вчерашних событий. Обещаю, что не займу у вас времени больше, чем требуется.

Я вежливо кивнул, но про себя подумал, что у меня не было особого выбора после его телеграммы.

– Присядем? – хоть Алистер Синклер и показывал на стул для посетителей напротив моего стола, он вёл себя, словно это был его кабинет, а не мой. Когда мы расселись друг напротив друга, он начал молча на меня смотреть, не зная, с чего начать.

– Должен признать, я был удивлён, получив вчера ночью от вас телеграмму, - начал я. – Не представляю, как вы узнали об убийстве так скоро, не говоря уже о том, чтобы обладать какой-либо информацией о подозреваемом.

– Ах, да, - мужчина откинулся назад, предвидя мой вопрос. – За многие годы я создал очень полезную сеть информаторов – среди работников полиции, журналистов, пожарных. Информацию по данному делу об убийстве прошлым вечером я получил от одного из моих контактов в газете. Поразительно, если учитывать, как они были заняты вчерашними выборами.

Мой собеседник кивнул на статью в «Таймс», лежащую на столе.

– Этих ребят не остановить, когда дело касается сбора информации, - он усмехнулся мне, полагая, что мы поняли друг друга.

– Это точно, - согласился я.

Репортёры новостей были похожи на хищников. Я знал, что не все из них одержимы мыслью, заполучить хорошую историю любой ценой, но всё равно относился к ним без уважения.

– Как много вы знаете о вчерашнем убийстве? – поинтересовался я. Я хотел быть уверен, что он знает, о чём говорит и не станет тратить моё время впустую.

Алистер Синклер сложил руки перед собой и начал перечислять факты:

– Молодая женщина двадцати с небольшим убита вечером в поместье в этом городке. На теле были многочисленные рваные раны и ушибы.

И он продолжил говорить и о других фактах, так что мои сомнения о том, что он плохо информирован, развеялись.

– И почему же подобное местное убийство заинтересовало профессора факультета права Колумбийского университета?

Он взглянул на меня с удивлением и уважением, поскольку сам он не рассказывал, чем занимается и кем работает.

– Похоже, у вас есть своя сеть информаторов. Те, кто описывал вас чрезвычайно умным и находчивым, были правы.

Ну, если можно так выразиться… И мне очень хотелось знать, с кем же он обо мне говорил. Но я не стану радовать Алистера и спрашивать об этом.

Моё собственное расследование его положения было довольно простым: короткий звонок в седьмой отдел Департамента – и я уже знаю основные моменты жизни Алистера Синклера.

Из личного: он недавно отметил пятидесятидвухлетие.

Из общественного: он был из богатой семьи, входящей в четыре сотни самых влиятельных семей, приглашаемых на ужины к миссис Астор9.

Из профессионального: у него есть научные степени в Гарвардском и Колумбийском университетах, где он преподавал последние десять лет на факультете права по специальности криминального права.

Малвани раскопал для меня эти факты и даже вспомнил кое-что ещё, поскольку этот суровый ирландский коп любил просматривать статьи о высшем обществе в журналах. Он рассказал мне, что Алистер живёт с женой раздельно, потому что женщина переехала за границу после трагической гибели их сына около двух лет назад.

– Только вот не могу вспомнить, как их сын умер, - поведал мне Малвани. – Крутится только в голове запись в некрологе, что он погиб во время археологической экспедиции в Грецию.

Эти детали вполне удовлетворили моё любопытство о том, кем является этот мужчина, но они не могли объяснить его интерес к местному убийству. Пришлось снова его об этом спросить.

– Как вы уже знаете, я преподаю криминальное право, - произнёс он, вытягивая ноги и устраиваясь поудобней. – Но сам я считаю себя криминологом. Вы знаете, кто это такой?